Оратория для Теплоприбора

Теплоприбор – это название нашего завода. Приборы у нас делали не то что тёплые, а прямо скажем, горячие, с инфракрасным наведением. Танковую броню на полигоне прожигали как бумажный лист. Я там после армии работал в столярном цеху, плотником. Без плотника ни один завод не обойдётся, без разницы, какие там делают ракеты – тактические, МБР, земля-земля, земля-воздух, или противокорабельные.

Самый главный инструмент у плотника какой? Сейчас скажете что пила или рубанок. А ни фига! Главный инструмент – гвоздодёр. Только не тот что в виде ломика, а такой, у которого с одной стороны боёк как у молотка, а с другой рожки загнутые. Я его из руки не выпускал. А если не в руке, значит в кармане. Теперь понятно, откуда у меня погоняло?

Отец у меня баянист, на пенсии. Всю жизнь проработал в музыкальной школе, детишек учил на баяне. Ну и я, понятно, с детства меха растягивал. С музыкой жить завсегда легче чем без музыки. Я и в школе всегда, и служилось мне нормально, потому что баянист – он и в армии человек необходимый, и на заводе тоже постоянно в самодеятельности. Это теперь она никому не нужна, а тогда самодеятельность – это было большое партийное, государственное дело. Чтобы рабочие не водку жрали, а росли над собой, как в кино один кент сказал.

Короче, как какой праздник, я на сцене с баяном. Баян у меня готово-выборный, голосистый. Юпитер, кто понимает. Играл я всегда по слуху, это у меня от бати. Ноты читать он меня, правда, тоже научил. Ну, для начальства и для парткома мы играли всякую муру, как мы её называли, «патриотику». А для себя, у нас инженер по ТБ, Бенедикт Райнер, из бывших поволжских немцев, приучил нас к джазу.

Бенедикт – трубач. Не просто трубач, а редкостный, таких больше не слышал. Он нам на репетиции притаскивал ноты, а чаще магнитофонные ленты. Короче, Луи Армстронг, Диззи Гиллеспи, Чет Бейкер, кто понимает. Мы снимали партии, разучивали, времени не жалели. Моя партия, была, понятное дело, органная. А чё, баян это ж тот же орган, только ручной. Короче, у них Хаммонд с колонкой Лесли, кто понимает, а у меня – Юпитер без микрофона. И кстати, звучало не сказать чтобы хуже.

Но вот однажды наш секретарь парткома пришёл к нам на репетицию и приволок какую-то папку, а там ноты и текстовки. Говорит, к ноябрьским праздникам надо это выучить и подыграть заводскому хору. Оратория называется «Пафос революции». Кто композитор, вспомнить уже не могу. Точно знаю что не Шнейдерман. Но если забудешь и потом хочешь вспомнить, то обязательно вспоминается Шнейдерман. Мистика какая-то!

У нашего секретаря парткома два голоса – обыкновенный и партийный. Наверное и регистровые переключатели есть, с одного тембра на другой, как у меня на баяне. Короче, он переключил регистр на партийный голос и говорит – значит так! Кровь из носу, но чтоб на праздничном концерте оратория прозвучала со сцены. Из обкома партии инструктора пришлют по части самодеятельности. Потому что это серьёзное партийное дело, эта оратория. Потом подумал, переключил голос с партийного опять на обыкновенный и говорит, не подведите, мужики!

Вот только одна загвоздочка. Нет в этой оратории партии баяна. И органа нет. И пришлось мне выступать в новом для себя амплуа. А когда такое происходит, то первый раз непременно облажаешься. Это как закон. Ну, короче, разучили мы эту хрень, стою я на сцене вместе с симфонической группой и хором, и передо мной малая оркестровая тарелка на треноге. Тарелка новенькая, блестит как котовы яйца. И всего делов – мне на ней в середине коды тремоло сделать специальной колотушкой. Ну, это палка такая с круглым фетровым наконечником.

Ну вот, симфоническая группа уже настраивается. Я тоже колотушку взял, хотел ещё разок порепетировать моё тремоло, и тут подскакивает ко мне наш дирижёр, юркий такой мужичонка, с виду как пацан, хотя по возрасту уже давно на пенсии. Флид Абрам Моисеевич, освобождённый профкомовский работник. Он только самодеятельностью и занимался. Хоровик и дирижёр. Тогда на каждом заводе такая должность была.

И говорит, Лёха Митрошников, зараза, заболел. Небось запил. Где мужское сопрано взять? Надо в коде пропеть речитатив, акапелла. Давай ты, больше некому, у хористов там аккорд на шесть тактов, на вот держи ноты и текстовку. Потому что сопрано только у тебя. А я и правда верха беру легко, не хуже чем Роберт Плант.

Ну короче, я колотушку куда-то засунул, взял в руки ноты, текстовку сразу выучил чтобы потом не заглядывать. А так у меня до самой коды – пауза. Ну ладно, отстоял я всю пьесу. Ну вот, слава яйцам, уже и кода. Хористы взяли аккорд. Значит мой выход. И я пою с выражением:

Павших борцов мы земле предаём

Скоро уже заколотят гробы

И полетят в вечереющем воздухе

Нежные чистые ВЗМАХИ трубы

спел я. А нужно было – не взмахи, конечно, а ЗВУКИ, ясен пень…

А почему взмахи, я объясню. Дело в том что когда Бенедикт лабал Луи Армстронга, он своей трубой на все стороны махал, как поп кадилом. Говорит что у Майлса Дейвиса так научился. Но не в этом дело, а в том что в зале народ ржать начал. А дело-то серьёзное, партийное.

И тут мне надо сделать тремоло на оркестровой тарелке, а колотушка моя как сквозь землю провалилась. Ну я конечно не растерялся, вынул из кармана железную открывашку для пива, и у меня вышло такое тремоло, что я едва не оглох. Жуткий медный грохот со звоном на весь театр. Колосники, блин, чуть не попадали. Ну я же сказал, новый инструмент, незнакомый, обязательно первый раз облажаешься. Это как закон!

И в этом месте у Бенедикта сразу идёт соло на трубе на шесть тактов и на последней ноте фермата до «пока не растает». Ну то есть, должно было быть соло… Бенедикт, конечно, трубач от Бога, но он ведь тоже человек. А человек слаб, и от смеха, который до слёз, у него во рту слюни происходят. Короче, Бенедикт напускал слюней в мундштук, кто понимает, и вместо трагических нот с оптимистической концовкой у него вышло какое-то собачье хрюканье, совершенно аполитичное.

Зрители от всего этого согнулись пополам, и просто подыхают от смеха. Абрам Моисеевич, посмотрел на Бенедикта, а у него вся морда в соплях, потом выщурился на меня и как рявкнет во всю еврейскую глотку: “Сука, Гвоздодёр! Убью на…!” и метнул в меня свою палочку как ниндзя. А эту палочку ему Серёга Пантелеев выточил из титанового прутка, который идёт на крепления ракетного двигателя. Летела она со свистом через всю сцену прямо мне в глаз. Если бы я не отдёрнул голову миллиметров на триста влево, быть бы мне Моше Даяном.

Как писало солнце русской поэзии, “кинжалом я владею, я близ Кавказа рождена”. Только я думаю, у Моисеича не Кавказ, а совсем другая география. Если бы он кинжал метнул, это одно, а убить человека влёт дирижёрской палочкой – такому только на зоне можно научиться. Короче, после покушения на мою жизнь я окончательно потерял сознание, встал и сделал поклон зрителям. Рефлекс, наверное. А зритель чё? Ему кланяются, он аплодирует. Тоже рефлекс. У людей вся жизнь на рефлексах построена. Короче, устроили мне зрители овацию.

Моисеич ко мне подскочил и трясёт меня как грушу. “Ты! Ты… Ты, блять, залупа с отворотом! Обосрал мне весь концерт! Блять! Лажовщик!” Рядом с ним микрофон включённый, а он его видит конечно, но никак не может остановиться орать в силу своего горячего ближневосточного темперамента.

Народ, понятно, уже просто корчится в судорогах и со стульев сползает. Это при том, что дело-то серьёзное, партийное. А тут такая идеологическая диверсия прямо со сцены. Хор на сцене уже чуть все скамейки не обоссал, а только без занавеса уйти нельзя. Они шипят, Володька, сука, занавес давай!

А у Володьки Дрёмова, машиниста сцены, от смеха случилась в руках судорога, пульт из руки выпал и закатился глубоко в щель между стеной и фальшполом. Володька его тянет за кабель, а он, сука, застрял в щели намертво. А без пульта занавес – дрова. Хороший антрактно-раздвижной занавес из лилового бархата, гордость театра.

Хор ещё минуты три постоял, а потом по одному, по двое со сцены утёк, пригибаясь под светом софитов как под пулями. Очень он интересный, этот сгибательный рефлекс. Наверное у человека уже где-то в подсознании, что если в тебя прожекторами светят, то того и гляди из зенитки обстреляют.

Моисеич оторвал мне половину пуговиц на концертной рубахе из реквизита и успокоился. Потом схватился за сердце, вынул из кармана валидол, положил под язык и уполз за кулисы. Я за ним, успокаивать, жалко же старика. А он уселся на корточки в уголке рядом с театральным стулом и матерится тихонько себе на идише. А выражение глаз такое, что я сразу понял, что правду про него говорят, что он ещё на сталинской зоне зэковским оркестром дирижировал. Бенедикт сливные клапаны свинтил, сопли из трубы вытряхивает, и тоже матерится, правда по-русски.

Вот такая получилась, блять, оратория…

А эту хренову колотушку я потом нашёл сразу после концерта. Я же её просто в другой карман засунул. Как гвоздодёр обычно запихиваю в карман плотницких штанов, так и её запихал. На рефлексе. Это всё потому что Моисеич прибежал с этим речитативом и умолял выручить. А потом чуть не убил. Ну подумаешь, ну налажал в коде. Сам как будто никогда на концертах не лажался… А может и правда не лажался, поэтому и на зоне выжил.

Речитатив ещё этот, про гробы с падшими борцами. Я же не певец, а плотник! Я все четыре такта пока его пел, только и представлял, как я хожу и крышки к тем гробам приколачиваю. Там же надо ещё заранее отверстие накернить под гвоздь, и гвоздь как следует наживить, чтобы он в середину доски пошёл и край гроба не отщепил. Мало я как будто этих гробов позаколачивал.

Завод большой, заводские часто помирают, и семейники ихние тоже. И каждый раз как их от завода хоронят, меня или ещё кого-то из плотников отдел кадров снимает с цеха и гонит на кладбище, крышку забить, ну и вообще присмотреть за гробом. А то на кладбище всякое случается.

В столярном цеху любую мебель можно изготовить, хотя бы и гроб. Гробы мы делаем для своих крепкие, удобные. Только декоративные ручки больше не ставим, после того как пару раз какое-то мудачьё пыталось за них гроб поднять. Один раз учудили таки, перевернули гроб кверх тормашками. Покойнику-то ничего, а одному из этих дуралеев ногу сломало.

Оратория для нас, конечно, даром не прошла. Остались мы из-за неё все без премии. И без квартальной и без годовой. Обком партии постарался. Абрама Моисеевича заставили объяснительную писать в обком партии, потом ещё мурыжили в первом отделе, хорошо хоть, не уволили. Секретарю парткома – выговор по партийной линии с занесением в учётную карточку. Он после этого свой партийный голос напрочь потерял, стал говорить по-человечески.

А Бенедикт с тех пор перестал махать трубой как Майлс Дейвис. Отучили, блять. У него от этого и манера игры изменилась. Он как-то ровнее стал играть, спокойнее. А техники от этого только прибавилось, и выразительности тоже. Он потом ещё и флюгельгорн освоил и стал лабать Чака Манджони один в один. Лучше даже!

А, да! Вспомнил я всё-таки фамилию того композитора. Ну, который нашу ораторию сочинил. Даже его имя и отчество вспомнил. Шейнкман! Эфраим Григорьевич Шейнкман. Я же говорил, что не Шнейдерман! Ладно уже, расскажу, так и быть.

Короче, наш обком партии пригласил его на концерт, для большей торжественности. Ну типа как авторский надзор за внедрением в производство. Оплатили ему билет из Йошкар-Олы и поселили в обкомовской гостинице и с питанием в обкомовской столовой.

Мужики рассказывали как он после концерта успокаивал нашего Моисеича. И сказал ему, что услышать такое правдивое исполнение его оратории со сцены областного театра и в присутствии обкома партии – за это ещё десять лет зону топтать не жалко.

Моисеич его взглядом посверлил минуты две, а потом сунул ему в руку свою дирижёрскую палочку, типа в подарок. А что он при этом ему сказал, никто конкретно не понял, потому что на идише, но они-то поняли. Два еврея между собой всегда договорятся.

Объектно-ориентированный бутерброд

Итак, задача по программированию. Я отрезал пластик рижского хлеба и аккуратно разложил на нём пластики копчёной сёмги. Налил пива. И тут я вспоминаю что я не намазал хлебушек поднизом сыром Виола.

Стаскивать рыбку с бутерброда не хочется, она порвётся и будет чвяк. Без сыра тоже неинтересно. Как быть?

Самое простое и неправильное решение – намазать бутерброд Виолой из-под низу. То есть, положить его на тарелку уже будет нельзя, но есть, держа за края на весу – можно. Но геморройно как-то. Неизящное решение и не робастное, но именно так поступают с кодом все индусы, и в таком виде сдают в QA и потом в Production.

Но я не индус, а русский еврей, поэтому я продолжаю думать, и почти сразу мне в голову приходит изящно объектно-ориентированное решение. Можно объединить два класса в один путём наследования от обоих предков и получить объект с нужными свойствами. Следуя этому принципу, я отрезаю ещё один тоненький пластик хлеба и намазываю сыром. Потом сверху на него кладу кладу ранее сделанный бутерброд с сёмгой, и получается объект, обладающий требуемой функциональностью – то есть, имеется хлебная прослойка, слой сыра и слой рыбки.

Вот по такому принципу мне на работе приходится писать софт, потому что ТЗ часто меняется по ходу проекта.

Про божий промысел и смысл человеческой жизни

Если посмотреть на развитие Вселенной с точки зрения физики и на эволюцию биологических форм на планете Земля, можно увидеть основное ограничение природы или Бога, который её олицетворяет, как кому ближе.

Нельзя отрицать Бога, либо же надо наделить саму природу его функциями, потому что то что мы знаем о природе есть простое наблюдение, высшей абстракцией которого является понятие причинности.

Но у причинности нет никакого объяснения. Причинность – это не более чем идея тог что знание доступно только как аккумулированный результат наблюдения и умение использовать предыдущие наблюдения для предсказания грядущих событий.

Однако вопрос, ПОЧЕМУ Вселенная устроена именно так а не иначе, почему физические законы таковы какие они есть, почему физика устроена так что физически возможно создание ДНК на основе нуклеотидов и синтез белков – это вопрос некорректный.

Чтобы ответить на этот вопрос, надо пойти дальше причинности, надо взглянуть на природу глаза бога, который определил изначальные вещи такими какие они есть, и которые мы можем только наблюдать и иногда немножко предсказывать.

У бога есть одно принципиальное ограничение. Каждое последующее изменение его дизайна должно быть жизнеспособно. Иначе оно отсеивается естественным отбором. Бог не может изменить существующий дизайн. Бог не может комбинировать дизайны. Он может начинать всё только с нуля. С кварков, с молекулы ДНК, с первый живой клетки.

Человек во всём уступает Богу кроме одного: человек может продумать сложный дизайн и сделать его физическое воплощение, не начиная с полного нуля. Человек может комбинировать дизайны. Человек может изобретать сложные вещи, а сейчас он уже учится создавать живые организмы, на что Богу понадобились миллиарды лет.

Именно в этой свободе дизайна и заключается смысл существования человека, и именно в этом его принципиальное отличие от животного мира. Человек – это животное, часть природы, которая научилась создавать новые сложные физические формы, которая сама природа создать не в состоянии.

Человек, таким образом, это выход бога из тупика, из необходимости каждый раз создавать всё заново, без возможности рекомбинации и усложнения уже существующих конструкций. Человек – это проект Бога, цель которого научиться рекомбинировать и повторно использовать те сложные вещи, которые уже им созданы.

Как и в программировании – сперва всё выписывалось в машинных кодах, потом на ассемблере, потом на языках высокого уровня, потом в объектах. Так и бог, наводит порядок на своём сервере, упорядочивая код и вводя стандартизацию модулей и их повторное использование. А человек – это специализированный модуль у бога, который как раз этим и должен заниматься.

А вот что в результате бог хочет создать – это уже вопрос, на который мы при нашей жизни ответ вряд ли получим.

Поиск бизнес-партнёра по-российски

Я живу в США почти четверть века. За это время выходили на меня пару раз какие-то российские фирмы с партнёрскими предложениями. Один раз предлагали купить пару подержаных лаптопов и выслать им. Они их там продадут и вышлют мне денежку с наваром. Другой раз предложили открыть компанию в Техасе чтобы продавать музыкальный софт. Компанию я открыл, продажи были дохлые, причём все два года что она существовала, они пытались у меня её отжать. В конце концов я плюнул, передал им реквизиты компании и самоустранился. Дохлая фирма, оставшись без управления, за пару месяцев сдохла совсем.

Пару дней назад я нашёл объявление о поиске партнёра в США. Компания солидная, с миллионым оборотом, обретается в Москве, продаёт облицовочные материалы по России и хочет выйти на американский рынок.

Списался по емэйлу, поговорил по телефону с человеком, который своей должности мне так и не сказал. Объяснил ему, что я айтишник, поддерживающий торговую фирму. Торговый бизнес знаю с информационно-технической стороны во всех деталях, но сам продажами не занимаюсь.

Мне понятно, что им нужно сертифицировать товар, написать декларацию, форму декларации слизать у конкурентов. Открыть дочернюю компанию в США. Для этого согласно закону нужен офис. Офиса одного мало, нужен операционный склад, держать образцы продукции. Значит, нужно снимать офис со складом.

Налогообложение местное и отчётность по местным образцам они не потянут, значит в офис надо сразу сажать местного бухгалтера. За непредоставление отчётности штат навешивает на корпорацию штрафы.

Дальше надо либо открывать магазин, либо торговать со склада. Значит, понадобятся деньги ещё и на рекламу. Которые они должны перекинуть на счёт новорожденной американской дочерней компании.

Понятно, что у меня хватит беготни только чтобы обустроить компанию. А всю сопроводительную документацию, рекламную, техническую, маркетинговую, ценовую, российский холдинг должен мне предоставить в ясном и связном виде, чтобы мне не ковыряться на их сайте и не выискивать разрозненные куски. У них миллионная организация, а я пока – один человек, при этом работающий на ответственной работе.

Вместо этого в меня швыряют по емэйлу опросник для мальчиков-маркетологов, которые только что окончили колледж. И предлагают мне провести маркетинговое исследование с телефонными звонками, встречами с местными дистрибьютерами. Не давая мне никаких документов о моих полномочиях, никакой сопроводительной документации, и вообще ничего.

“Вы ответили на вопросы неправильно. Надо было сделать не менее 50 телефонных звонков и не менее 5 встреч!” То есть, мне предложили бесплатно поработать на них маркетологом. И для этого я, по всей видимости, должен немедленно бросить основную работу, которая оплачивает мои счета, и трудиться на них бесплатно.

Это при том, что из РФ можно прекрасно звонить по телефону и выяснять конъюнктуру, и точно так же можно проводить контент-поиск в интернете. Всё что для этого требуется – знание английского языка.

Посмотрел на англоязычную версию их веб портала. Самая главная страница с демонстрацией зданий с их облицовкой – убожество. Композиция фотографий отстойная, резкость нулевая, цвета искажены. То есть, кто-то наскоро пощёлкал копеечной мыльницей. Сопроводительного текста нет совсем. Короче, не реклама, а антиреклама.

Когда я дружески высказал неведомому мальчику все эти соображения и предложил сперва сделать домашнюю работу, дать мне всю сопроводиловку и оговорить условия работы, на меня фыркнули и пожелали удачи.

Мне непонятно: в России с 1991 года, когда прогнали большевичков, наступил капитализм. Уже целое поколение выросло с тех пор, а у людей до сих пор нет элементарной грамотности в вопросах ведения бизнеса и в поиске партнёров в том числе.

Никогда им не выйти на наш рынок при таком отношении к делу. А вот их конкурент из США продаёт по России аналогичную облицовку, и на их портале имеется грамотная документация по продукту, и умелая профессионально сделанная реклама, и всё как положено. Всё ведь на расстоянии одного клика. Учитесь, распиздяи! Но нет, мы учиться ни у кого не желаем, и круче нас только яйца.

КРЕДИТОРЕЗИСТЕНТНЫЙ ДИАБЕТ МИРОВОЙ ЭКОНОМИКИ

КРЕДИТОРЕЗИСТЕНТНЫЙ ДИАБЕТ МИРОВОЙ ЭКОНОМИКИ

1. Пререквизиты.

Перед чтению моей статьи необходимо ознакомиться с журнальной заметкой про полёт мировой экономики в минуса, вот по этой ссылке:

https://lenta.ru/articles/2019/08/28/easy/

Для того чтобы разбор этого полёта был увлекательным и результативным, нам обоим – и писателю, и читателю – придётся по ходу изложения подчитывать учебник экономики чтобы узнать, например, чем базовый ссудный процент центробанка отличается от процента по межбанковскому кредиту, коммерческий банк от инвестиционного, а предельный продукт труда от предельного продукта капитала. Весь учебник экономики читать не придётся, а только то подмножество знаний, которые будет необходимо привлечь к ответу.

Очевидно, большинство читателей не экономисты, поэтому нам обоим придётся учиться на ходу. К счастью, экономическая наука хороша уж тем, что формулы в ней несложны, а описываемые ими понятия интуитивны и просты для понимания. Поэтому отсутствие экономических знаний может быть быстро восполнено. Другими словами, экономике можно учиться по ходу изучения интересующей экономической проблемы.

2. Введение в проблему.

В ссылочной статье довольно много буков, из которых ключевая буква – ПЦ”. В силу ограниченности кода ASCII я не могу воспроизвести этот хорошо известный символ, скомбинированный из двух процитированных выше букв. Интерпретация этого символа в локальном контексте более чем простая:

ХАЛЯВА КОНЧИЛАСЬ!

В прежние времена ты имел возможность положить свободные или даже с кровью оторванные от себя деньжата в такое хомячее место, где они в процессе лежания притягивали к себе ещё немножко денег, и твой хомячий кошелёчек чуточку толстел. Самое приятное в этом толстении – это отсутствие необходимости тебе работать чтобы получить желаемый приварок. Простое правило инвестмента в те времена гласило: положи ОДИН фкусненький кусочек в волшебный холодильник, и тогда через оговорённый срок ты вытащишь из него и скушаешь ДВА фкусненьких кусочка.

Самое приятное и желанное в инвестменте – это то, что если ты надёжно и доходно инвестировал достаточно солидную сумму, тебе больше не надо работать, от слова ”совсем”. Вместо тебя на тебя будут работать твои деньги, а ты будешь жить непринуждённо, интересно, со вкусом, и твои пальцы будут постоянно расставлены веером.

Понятное дело, что к такой клёвой жизни стремятся все. Никто не хочет работать сам. Каждый хочет просто получать удовольствие от жизни, чтобы при этом на него работали другие. Есть подозрение, что именно от этого всеобщего неуёбного стремления и настали нынешние времена. То есть, произошли те самые неприятные изменения в экономике, описанные в ссылочной статье.

Так или иначе, а сладкие времена прибыльного инвестмента закончились. Теперь, когда ты откладываешь деньги на будущее, тебе придётся отдать часть своих сбережений тому, кто в состоянии уберечь оставшуюся их часть, чтобы её не спи… или не прое… – короче, чтобы другие люди не потратили твои деньги без тебя.

Правило инвестмента резко изменилось. Теперь если ты хочешь что-то кушать, когда тебе нечего будет кушать, положи в волшебный холодильник ДВА фкусненьких кусочка, и тогда у тебя будет гарантия, что через оговорённый срок ты вытащишь из него и скушаешь ХОТЯ БЫ ОДИН. А если пожадничаешь и заныкаешь у себя, то оба кусочка сожрёт страшный вирус под названием инфляция.

Давайте попробуем влезть в механику инвестмента чуток поглубже и построить чуть более сложную схемку. Итак, ты мог бы свой вкусненький кусочек сразу съесть, но не стал, а решил сберечь и преумножить. Но кусочек сберечь нельзя, даже в холодильнике. Он испортится. Значит надо найти такую специальную фишку, стоимость которой можно несколько преумножить без боязни потерять. Денежка на эту роль не подходит. Она тоже может испортиться в результате инфляции или деноминации.

Такие специальные фишки есть, их много, и они называются инвестиционными инструментами. Самые надёжные из них – гособлигации. Ты их покупаешь, и тем самым даёшь свою сэкономленную денежку в долг государству, а государство даёт её в долг кому-то ещё, и этот кто-то ещё теперь должен государству взятую в долг сумму плюс проценты, а государство должно тебе.

А этот самый должник государства, неважно кто, должен теперь заработать денег и расчитаться с государством в течение оговорённого срока, чтобы государство могло вернуть тебе сумму долга вместе с процентами. И если должники не расплатились с государством, то и государству нечем расплатиться с тобой, и плакали твои денежки.

Чтобы минимизировать инвесторский риск, долги секьюритизируют, то есть упаковывают так чтобы множество должников обслуживали долг множества кредиторов. Это делают все кредитно-финансовые организации, и государство в их числе. В этом случае, если кто-то из должников не заплатит, долговая нагрузка перераспределится на оставшихся должников, и кредиторы не понесут заметного убытка, если только значительная часть должников не перестанет платить.

Предположим что в реальном секторе экономики есть всего тысяча фкусных кусочков, а в денежном обращении находится тысяча денежек. Каждый фкусный кусочек стоит одну денежку. Ты поменял десять денежек, сэкономленных за десять несъеденных кусочков, на десять фишек, и хочешь получать по одной фишке интереса в год чтобы через десять лет обменять свои двадцать фишек на двадцать денежек. За эти денежки ты расчитываешь купить двадцать кусочков.

Предположим что через десять лет в обращении находится две тысячи денежек, а в холодильнике лежат две тысячи кусочков. Кусочков стало больше, соответственно и денежек начеканили пропорционально. Поэтому каждый кусочек сохранил свою цену в одну денежку. Количество фишек тоже увеличилось вдвое и одна фишка по-прежнему стоит одну денежку. Поэтому когда ты получишь свои десять денежек за свои десять фишек и вместе с ними десять денежек в виде набежавших процентов, тебе продадут за полученные двадцать денежек искомые двадцать кусочков.

А когда в холодильник будут закладывать следующие двадцать кусочков, новые денежки для них чеканить не будут, потому что эти денежки уже были выведены тобой из депозита и введены обратно в денежное обращение, когда ты вернул свои фишки. Таким образом, нашем примере всё идеально сошлось, цены не менялись, и инвестор получил в натуральном выражении то на что он расчитывал.

А теперь представим себе, что хлебушек не уродился, маслица нет совсем, а сыр завезли только пальмовый. И кусочков в холодильнике убавилось вдвое. То есть, когда ты получил свои двадцать денежек за купленные десять лет назад десять фишек, в холодильнике насчитывалось всего пятьсот кусочков. А денежек в обращении как было так и осталось тысяча. Поэтому каждый кусочек подорожал ровно вдвое.

При этом цена фишек осталась прежней. Как и в предыдущем случае ты со своих десяти фишек по истечение срока поимел двадцать денежек. И за эти денежки тебе без базара продали на рынке десять тощих обсосанных кусочков. Десять, а не двадцать, потому что даже такой утлый кусочек теперь стоит не одну, а две две денежки. А если бы в холодильнике было всего двести пятьдесят кусочков, тебе бы за двадцать денежек продали только пять кусочков. Таким образом, половину твоих инвестиций, считая вместе с процентами, сожрала инфляция.

Эта до безобразия упрощённая инвестиционная схемка призвана объяснить одну единственную вещь. Инвестиционные инструменты – не консервная банка. Они принципиально не могут сохранить покупательную способность денег, которую они имели на момент вложения денег в эти инструменты. Покупательная способность денежной стоимости инвестиций равна покупательной способности этой суммы денег в данный момент. Экономисты, не напоминайте мне о ликвидности и о цене, которую инвестор должен заплатить за быстрое обращение инвестиционных активов в живые деньги. Будем пока считать для простоты, что все активы обладают ликвидностью денег.

Поскольку все боятся инфляции, каждый желает от неё застраховаться, инвестируя свои деньги под возможно больший процент. Это только от страха. А есть ещё и мечта! Чтобы прибыль, получаемая на инвестиции, позволяла жить, не работая. Попробуем продолжить наш пример с фишками и посмотреть, что получится, если все люди разом захотели бы не работать, а жить на процент с инвестиций.

Для простоты примера мы абстрагируемся от цифр и представим что все люди одновременно решили копить средства для инвестмента и экономить на всём кроме самого необходимого. Они почти перестали покупать еду и предметы потребления, а вместо этого стали покупать акции и облигации. Цель этой акции мы обозначили: все вдруг разом захотели получать дивиденды и купонные платежи в таком количестве, чтобы можно было жить, не работая.

Что получилось в результате? Пока все потребители усердно экономили, у компаний сбыт был почти нулевой. Производители понесли огромные убытки и резко уменьшили объемы производства, а многие производители и вовсе разорились. Банки, которые ссужали убыточного производителя, тоже разорились. Убыточные компании дивидендов не выплачивают. Разорившиеся банки не выплачивают процентов по вкладам, и сами вклады тоже пропали. Разорившиеся страховые компании не могут выплатить страховку по утраченным вкладам. Эмитенты облигаций не имеют возможности выгодно вложить в реальный сектор экономики деньги, полученные за проданные облигации, и получить прибыль. Облигации тоже сгорают по дефолту.

Денег нет ни у кого, потому что деньги перестали оборачиваться. Без оборота денег и без продаж нет средств продолжать производство. Производство окончательно встаёт, ВНД падает ниже плинтуса, экономика ввергается в жесточайшую депрессию. В стране свирепствует гиперинфляция, правительство лихорадочно печатает деньги, пытаясь запустить экономику.

Необеспеченные наспех отпечатанные деньги вызывают гиперинфляцию, которая обесценивает деньги окончательно. Продукты питания, медикаменты и предметы первой необходиомсти убегают на чёрный рынок и приоберсти их у мафии можно только за золотишко и камешки. Правительство вводит карточную систему на продукты питания и предметы первой необходимости и начинает расстреливать спекулянтов и мародёров…

Короче, ПИЗДЕЦ. А почему? А потому что все граждане вдруг захотели жить на одни инвестиции, а необходимость работать переложить на других.

Разумеется, описанная ситуация – это мысленный эксперимент, в реальной жизни так не бывает. Но в жизни не бывает и абсолютно чёрного и абсолютно упругого тела и идеального газа. Тем не менее эти понятия с успехом используются в науке для моделирования реальных физических процессов. Вот так и мы смоделировали предельный случай инвестирования и немедленно увидели, что в результате вышло.

Кстати, классические кризисы перепроизводства именно так и происходят, с той лишь разницей что потребители не покупают производимую продукцию не потому что хотят накопить на инвестмент, а потому что тупые капиталисты платили им голимые копейки, стараясь сэкономить на заработной плате. У капиталистов своя правда.

В реальной жизни мы не можем знать, насколько степень закредитованности экономики близка к описанному выше предельному случаю, потому что существует коммерческая тайна, банковская тайна, и никому не дозволено знать в точности, кто во что инвестировал и сколько.

Всё что нам дозволено видеть, так это то что если в прежние времена тебе выплачивали за временное пользование твоими деньгами определённый процент от взятой у тебя в долг суммы, то в нынешние времена никто не хочет брать твоих денег в долг. И если ты хочешь сохранить какие-то сбережения на будущее, тебе самому надо заплатить сберегательной кассе определённый процент от суммы сбережений за то чтобы твою денежку сберегли.

Выражаясь экономическим языком, средняя доходность инвестиций в мировой экономике уверенно падала и наконец перешагнула нулевую отметку и стала отрицательной.

Почему это произошло? Потому что потребность экономики в инвестициях стала равна нулю. А это в свою очередь произошло потому что платёжеспособный спрос по каким-то причинам категорически отказался расти. Именно ним, то есть с платёжеспособным спросом нам и придётся разбираться в дальнейшем, потому что интуитивно понятно, что всё зависит именно от него.

Благодаря нашим нехитрым манипуляции с фишками мы уже поняли, что если все инвесторы дали деньги в рост в среднем под пять процентов годовых, то они могут получить обещаный процент только в том случае если ВНД возрастёт не менее чем на пять процентов от суммы вложенных средств.

Чтобы инвесторы получили назад свои деньги с прибылью, предприниматель в реальном секторе экономики должен подсуетиться с их деньгами, и получить выручки не менее чем пять процентов от полученных инвестиций, чтобы только выплатить проценты по кредитам. Если предприятие показало прибыль за налоговый период, надо поделиться ей с налоговыми органами. Оставшаяся прибыль идёт на маркетинговые исследования, техническую модернизацию производства, исследовательские проекты и прочие расходы, связанные с будущим бизнеса, а не с повседневными издержками производства, выплату дивидендов акционерам, и лишь остаток составляет предпринимательскую прибыль. Если предприниматель перестанет получать прибыль или будет нести постоянные убытки, он прекратит производство и выйдет из бизнеса.

Почему норма прибыли в целом по экономике не может превысить удельного роста ВНД за соответствующий период? Ведь многие выдающиеся финансисты способны нарисовать какую угодно прибыль, используя казуистические финансовые схемы и всякую нечестивую мерзость, называемую производными финансовыми инструментми или деривативами!

Да потому что возросшая в результате финансовых спекуляций денежная масса, существующая в виде безналичных денег и разнообразных ценных бумаг, которые на финансовом рынке торгуются точно так же как и реальные деньги, должна быть обеспечена пропорционально возросшим объёмом реально произведённых товаров и оказанных услуг.

В противном случае не оправданное ростом ВНД возрастание денежной массы приведёт к удорожанию товаров и услуг, как мы уже видели в мысленном эксперименте с фишками. И тогда норма прибыли в пересчёте на инфляцию окажется не выше удельного роста ВНД.

Но рядовые инвесторы как правило макроэкономикой не интересуются. Их поведением как и биржевыми игроками управляют не знание экономики и рынка, а всего две базовые эмоции – жадность и страх. В период высокого роста ВНД у инвестора нет проблем с поиском выгодных вложений. Инвестор чует наживу, и жадность заставляет его покупать наиболее выгодные ценные бумаги, то есть простые акции, которые дают инвестору более высокую прибыль взамен на риск её неполучения в случае убыточного года.

Когда же экономика стагнирует, инвесторская жадность сменяется страхом потерять торговый капитал. Перепуганный инвестор сбрасывает акции и вкладывается в облигации, по которым купонная прибыль выплачивается в любом случае, и которые выкупаются эмитентом по номиналу в оговорённый срок. И которые можно с выгодой перепродать ещё более отчаявшемуся инвестору, деньги которого с аппетитом пожирает инфляция, создаваемая финансовым рынком, потерявшим берега.

Инвестор, который продал акции и накупил на эти деньги облигаций – это уже не инвестор, а заурядный кредитор. Он не делает фундаментальный анализ и не инвестирует в выбранный им бизнес. Он просто даёт деньги в рост любому кто отдаст ему кредитованную сумму вместе со ссудным процентом вне зависимости, удалось ему обернуться с деньгами или нет. В конечном итоге, держателю инвестиционного капитала не остаётся ничего иного как разместить его в гособлигациях с отрицательной доходностью – то есть попросту платить сберкассе за сохранение его сбережений, которые в данной экономической ситуации никто не готов взять в долг и преумножить в реальном секторе экономики, а вся предыдушая игра с фантиками и фишками на финансовых рынках уже исчерпала свои возможности в мировом масштабе.

В экономике всё происходит как в экосистеме. Реальный сектор, то есть, товары и услуги – это травоядные животные. Деньги – это хищники. Деньги охотятся на товары и услуги, переходя из рук в руки при каждой успешной охоте. И если травоядные имеют достаточно корма на пастбищах, хищные деньги подстёгивают их к размножению, создавая платёжеспособный спрос, и популяция травоядных товаров и услуг быстро растёт. Это даёт возможность хищным деньгам больше и чаще охотиться. Скорость оборота денежной массы растёт. Кроме того, растёт и сама популяция хищников. То есть, по мере роста объёма товаров и услуг растёт и обслуживающая их денежная масса.

И наоборот, если пастбища дрянные, если наступает бескормица, и популяция травоядных уменьшается, часть хищников подыхает с голоду – это прежде всего финансовые инструменты, рыночная стоимость которых упала до нуля. Оставшаяся часть хищников худеет с голодухи, кожа да кости. Государство, вместо того чтобы подкормить травоядный сектор целевыми кредитами, ничтоже сумняшеся включает печатный станок. с которого сходят бледные призраки, по виду напоминающие настоящих хищников. Не надо быть семи пядей во лбу чтобы понять, что тощий инфляционный рубль, вылезший из дурного инкубатора в голодый год, много товаров и услуг в экономическом лесу не наловит.

Деньги, а точнее, капитал – это хищник не простой, а коллективный. Они гораздо успешнее охотятся большой стаей чем поодиночке. Большая стая денег не бегает за травоядным реальным сектором вприпрыжку. Она его планомерно загоняет всей стаей и скупает на корню. Она может основать свою ферму и выращивать на ней своих травоядных. Она может выкупить или попросту отобрать ферму у меньшей стаи. Она может разорять конкурентов, может выводить новые породы травоядных и много чего ещё… Про людей, которые собирают деньги в стаю и управляют их хищническими инстинктами, мы пока не говорим. Пока мы только следим за деньгами, чтобы понять их природу.

Хищники охотятся не только на травоядных, но и друг на друга. Капитал постоянно стремится контролировать другие капиталы, через скупку акций, слияния и поглощение компаний. Крупные хищники постоянно поедают мелких. Когда компания выходит из бизнеса, капитал ведёт себя как стервятник, выедая труп поверженного конкурента, скупая за бесценок его материальные активы, переманивая к себе его работников и клиентов.

Иногда поведение капитала напоминает поведение некоторых одноклеточных организмов. Когда они попадают в неблагоприятную для жизни среду, они превращаются в цисту, окружая себя плотной оболочкой. Циста – это временная форма существования, в которой они могут выживать в условиях вакуума и прочей радиации. Капитал тоже это умеет. Он превращается в золото и другие безопасные активы, в виде которых он пережидает тяжёлые времена. Иногда из цисты, образованной одной клеткой, выходят несколько особей, то есть, происходит размножение. Точно так же, в благоприятных экономических условиях, золотое содержимое одной банковской ячейки может превратиться не в одну, а сразу в несколько компаний.

Обратите внимание, что автор ссылочной статьи ни разу не задаёт главного вопроса: почему хищный капитал, который долгое время исправно создавал фермы, выращивал травоядные товары и услуги, кушал мяско и размножался сам, то есть, самовозрастал, вдруг разучился это делать? Обычными словами – почему правительства заливают экономику кредитами, а она не реагирует на них ростом, как не реагируют ткани больного тяжёлой формой диабета на огромные дозы вливаемого в вену инсулина (зачёркнуто) дешёвых кейнсианских денег?

В рамках монетарной теории такой вопрос просто нельзя задать, потому что в ней нет адекватных терминов чтобы его сформулировать. Вместо этого автор статьи говорит о том, что мировой экономике нужны новые способы стимулирования, и найти их должен не кто иной как новый председатель центробанка объединённой Европы. Используя медицинскую метафору, автор рассуждает о том, кто должен озаботиться лечением больной экономики, не потрудившись подумать о плане обследовании больного и постановке правильного диагноза.

А диагноза пока никто и не знает. Пока что все видят только угрожающий жизни ведущий симптом заболевания, выражающийся в том, что средняя предельная прибыль капитала в современной мировой экономике стала отрицательной. То есть, попытки предпринимателя освоить дополнительные кредиты, даже беспроцентные, оборачиваются коммерческими убытками. Именно эта ситуация и является причиной отрицательной доходности рыночных инвестиций.

После того как государство уже использовало свой потенциал регулятора, снизив базовую ставку до нуля, то есть, предлагая предпринимателям бесплатные кредиты, всем стало понятно, что стагнация в экономике не лечится кредитованием бесплатных денег. Действительно, зачем ей кредиты, если она не может их взять и обернуться с прибылью? Зачем больному инсулин, если его ткани инсулинорезистентны, то есть не могут правильно утилизировать глюкозу хоть их залей инсулином?

Очевидно, что мы попали в новую для нас ситуацию, когда привычные экономические теории исчерпали свой объяснительный потенциал либо утеряли его в связи с существенными изменениями своего предмета, которые они должным образом не приняли к сведению.

Лично у меня сложилось впечатление, что жизнь мирового сообщества интегрировалась в новые более сложные формы, которые нельзя описать в классической экономической парадигме, в силу чего научный аппарат традиционных экономических теорий уже не в силах адекватно отражать реальность. Ускоряющаяся динамика общественной жизни, прежде всего информационная вооружённость, приводит к всё более тесной и экономически значимой интеграции традиционных экономических мотивов человеческого поведения со всей гаммой его неэкономического поведения, которое в новой реальности всё сильнее отражается на экономике.

Эта повсеместная интеграция происходит вследствие изменения стиля жизни населения, при котором почти каждое желание индивида претворяется в экономическое действие – чаще всего в покупку или рентный договор. С другой стороны, производители товаров и услуг всё плотнее отслеживают частную жизнь населения чтобы как можно раньше удовлетворять желания потребителей и создавать дополнительные стимулы, увеличивающие потребление, а следовательно и продажи.

Сверхглубокое проникновение экономики в частную жизнь населения и усердная дрессировка населения удовлетворять любое желание совершением экономического действия – это именно тот принципиальный момент, который резко изменил и продолжает высокими темпами менять лицо современной экономики и её внутренние правила игры. Именно эти стремительные изменения привели к системному заболеванию экономики, анализу которого посвящён данный текст.

Для того чтобы по-настоящему понять этиологию и патогенез тяжёлого инсулино-(зачёркнуто) кредито-резистентного диабета современной экономики, нужен не теоретико-экономический, а мультидисциплинарный подход, потому что проблема коренится в качестве человеческого капитала, который в данный момент не позволяет ни одной стране в мире создать следующий конкурентоспособный технологический уклад экономики, необходимый для возобновления роста платёжеспособного спроса.

Для адекватного анализа качества человеческого капитала нам нужен соответствующий категориальный аппарат. С целью его создания необходимо перво-наперво провести ревизию качественных понятий экономической науки и при необходимости дополнить этот перечень понятий и содержательные характеристики каждого понятия. Начнём с определения / описания основных субъектов экономики.

3. Основные субъекты экономики и их роли.

Очевидно что формульный количественный анализ, основанный на подсчёте известных экономических показателей и лишённый системообразующего содержательного контекста, не проясняет сути качественных изменений в современной экономике, так же как и вырванная из контекста фотография женщины, вставшей раком, не показывает причины, по которой она приняла вышеупомянутую позу. А другой фотографии классическая экономическая наука нам пока предложить не может.

Становится понятным, что анализ качественно изменившейся экономики требует обновления категориального аппарата экономической науки.

Для того чтобы анализировать экономическую ситуацию, необходимо вернуться к теоретическим основам самого предмета экономики и перво-наперво пройтись по определениям субъектов экономических отношений и проанализировать их типичные роли в экономике и ведущие мотивы.

В противном случае, то есть, с применением имеющегося категориального аппарата, полноценный сценарный анализ современной экономической ситуации невозможен, ибо невозможно исследовать причинно-следственные связи, не зная основных видов и свойств взаимодействующих объектов и их способов взаимодействия друг с другом в причинно-следственных цепях. Это так же очевидно как и то что нормальный врач-сексопатолог должен хотя бы раз в жизни посмотреть на половой акт со стороны и подержаться за половые органы человека разумного прежде чем начать принимать пациентов.

Крайне интересен факт, что внутренняя механика современных экономических отношений полностью открыта, и лишь то обстоятельство, что она представлена в весьма хаотичной и неочевидной форме, объясняет, почему никто ей не пользуется для анализа, предпочитая изжившие себя схемы.

Традиционная экономическая теория рассматривает всего три типа игроков на экономическом поле. Перечислим сперва этих игроков и снабдим каждого из них существенной и краткой характеристикой, которой вы в экономическом учебнике не найдёте.

3.1. Домашние хозяйства.

Это небольшие группы обычных homo sapiens, которые вместе живут и вместе решают, как им заработать бабла и на что его потратить. Обычные люди создаются природой по тем же лекалам что и человекообразные обезьяны. Последние нигде официально не работают, за исключением разве что цирка и зоопарка, и при этом довольно хорошо живут. Соответственно и обезьянообразные люди тоже хотят хорошо жить и не работать.

В отличие от обезьян, такое оптимальное решение жизненных проблем доступно далеко не всем. Поэтому чаще всего мы наблюдаем субоптимальные решения, суть которых заключается в желании работать как можно меньше и хуже, а денег за это получать как можно больше и чаще, и при этом покупать продукты чужого труда как можно дешевле. И заплатить государству как можно меньше налогов.

Из вышесказанного очевидно, что включить домашние хозяйства в процесс не только потребления, но и производства, то есть, заставить людей продуктивно работать, можно только решительно поставив их в позу донного членистоногого, прославленного своей тесной связью с популярным слабоалкогольным напитком и с определённым способом интимных отношений.

В частности, в США, где проживает автор этой статьи, за неуплату по счетам отключают электричество, газ, интернет и даже аппарат искусственного дыхания, а за неуплату по ипотеке или арендной платы за жилплощадь, маму с папой вышвыривают из дома на улицу вместе с чадами и домочадцами, а вдогонку им летят их трусы и кроссовки, матрасы и стулья, кружки и пластмассовые вилки. Поэтому хочешь не хочешь, а приходиться работать и держаться за свою работу изо всех сил. Чтобы продолжать платить по счетам.

И наоборот, в СССР и счета, и зарплаты были игрушечные. В зарплату работникам платили какие-то смешные деньги, но и на улицу за неуплату никого не выгоняли. В результате, после того как перестали сажать работника в тюрьму на десять лет за опоздание на работу на пятнадцать минут, никто толком уже и не работал. Поэтому и государство, сколь огромное столь же и идиотское, основанное на принципах стимулирования, противоречащих биологической природе человека, расползлось в клочья как ссаная простыня при первом же обвале цен на нефть, на которых оно только и держалось.

Потому что система стимулирования труда в позднем СССР предполагала сознательность каждого члена общества, сверху донизу. А человек – это скотина. Вы где-нибудь видели сознательную скотину? Лично я её видел лишь раз в жизни, когда меня позвали помочь зарезать свинью. Закусывая замечательный деревенский самогон слегка обжаренной свежайшей свиной печёнкой, мы с приятелем обсуждали яркий жизненный урок: оказалось что свинья, впервые в жизни увидевшая свинорез, становится исключительно сознательной скотиной. Она осознаёт решительно всё, но ничего изменить в своей свинячьей жизни, увы, уже не может, как не смогли и приснопамятные граждане почившего в бозе СССР.

Но если свинье показывают свинорез каждый день, как при Сталине, она морально устаёт, и ей опять-таки становится всё похуй. Как ни крути, а лучше капитализма, способа стимулировать человекообразную скотину к продуктивному труду на результат никто ещё в мире не придумал. Но и у этого способа, очевидно существуют свои пределы. А может и не у способа стимулирования, а просто у человеческой природы есть свои пределы, чего вообще-то бы и следовало ожидать, памятуя, что выше собственной жопы не прыгнешь.

И вот она, эта жопа, пришла, и мы с вами в неё лезем, на ходу изобретая инструменты для анализа, чтобы хоть как-то разобраться в ситуации.

3.2. Частные коммерческие структуры

Это фирмы (или компании), которые производят товары и оказывают платные услуги домашним хозяйствам и другим компаниям. Они сильно отличаются между собой по размеру, а количество, как доказал нобелевский лауреат по немецкой классической философии Георг Гегель, непременно переходит в качество.

У индустриальных и торговых гигантов, где непосредственный результат труда настолько отделён от работающих, что не приносит им никакого морального удовлетворения, главной и единственной целью является максимизация коммерческой прибыли. Поэтому крупных дельцов не интересует ничего кроме чистогана, и это можно считать профессиональной деформацией мышления. Финансовые воротилы, интересующиеся только чистоганом, постоянно стремятся монополизировать производство, чтобы диктовать цены потребителю. И заплатить государству как можно меньше налогов.

Они также стараются всячески удешевить производство, покупая некачественное сырьё и нанимая в качестве рабочей силы самых дешёвых и тупых обезьян (наниматели в США не гнушаются даже индийцами), и при этом впаривать потребителю своё низкокачественное дерьмо как можно дороже. Если вам интересны примеры этой стратегии доведённой до абсурда, поинтересуйтесь, из какой дряни строят в США дома, в которых обитают живые люди, каковы они в эксплуатации, и сколько они при этом стоят.

Крупные предприниматели и финансовые воротилы не интересуются глобальными экономическими и социальными эффектами своей деятельности. Моральная сторона вопроса их не интересует, а когда на сцене появляется свинорез в виде глобального финансового кризиса, вызванного их попытками как можно быстрее преумножить свой капитал, изменить уже ничего нельзя. Свинорез требует жертвоприношения, то есть, мяса. И когда эта жертва принесена, и очередного Мэдоффа и Леман Бразерс разделывают на фарш и сосиски, уцелевшее поголовье крупного финансового скота с облегчением возвращается к привычным занятиям.

Поэтому становым хребтом экономики являются не уродливые финансово-промышленные монстры, а малый и средний бизнес. Такой бизнес не по уму и не по здоровью ленивым развращённым обезьянам, с великим трудом выучившим несколько трудовых операций. Его ведут крепкие здравомыслящие Люди с большой буквы Л, обладающие трезвым умом и практической сметкой, дорожащие своей клиентурой и репутацией.

В отличие от крупных корпораций они не могут прогнуть покупателя под себя и хорошо понимают, что они могут оставаться в бизнесе только пока они продают покупателям качественный товар и оказывают качественные услуги по вменяемой цене. Они видят результат своего труда и делают максимум возможного чтобы можно было им гордиться или по крайней мере не стыдиться. Людей, способных успешно вести небольшой бизнес, в любой стране меньшинство. В основном население состоит из обезьян, которые могут только продавать свою рабочую силу, а то и вовсе сидеть на шее у государства.

Не надо опять-таки думать, что относительная добротность мелкого и среднего бизнеса имеет причиной какую-то особую мораль с нравственностью. Дело всего лишь в конкуренции. При их размерах и небольшой клиентуре они вынуждены облизывать каждого заказчика, чтобы он не ушёл к конкуренту. А поди ты забреди в ебеня, где на всё про всё один захудалый лабаз, и больше нихуя нет, то в этом лабазе ты обязательно увидишь пасмурное мурло продавца из советского магазина. Не нравлюсь я тебе, или цена тебе не нравится, или товар тебе не подошёл – ну и вали отсюда на хуй! Пиздуй в райцентр и там выёбывайся сколько пожелаешь, а у меня бери то что есть, по моей цене, и не выёбывайся.

3.3. Государство.

В экономических учебниках его рисуют как всеобщий регулятор, функцией которого является формировать и поддерживать законодательную среду и следить чтобы все играли по установленным правилам, наказывая нарушителей по закону. Согласно учебнику, основная роль государства в экономической сфере – обеспечивать справедливые и комфортные условия для экономической деятельности в стране и добиваться преимущественного положения своей экономики на мировом рынке.

Но нам то всем хорошо известно, что эта роль всего лишь декларируемая, и что на самом деле государство существует совсем не для этого. А спрашивается, для чего оно вообще существует? А вот на самом деле – хуй его знает! Для начала – оно просто есть, и точка. А уж что оно делает, об этом можно рассуждать сколько угодно. Попробую и я.

Согласно какой-то там блять конституции, которую не пойми кто написал, а не читает вообще никто, государство также обязано гарантировать экономическую и социальную поддержку тем слоям населения, которые не могут обеспечить себя сами. Прежде всего это люто ненавидимые всеми чиновниками пенсионеры, которые работать, сцуко, уже не могут, а жить почему-то ещё хотят. Затем безработные, которые требуют от государства найти им работу непременно по специальности, а в её отсутствие имеют наглость требовать достойное пособие по безработице. А есть ещё всяческие инвалиды, хуиды, малоимущие прослойки населения, дети-сироты, матери-одиночки, семьи пострадавшие в результате наводнений и пожаров, и прочие асоциальные типы с пониженной моральной ответственностью, посягающие на налоговые деньги, которое государство собирало в поте лица вовсе не для них.

Многие граждане неправильно считают, что самое любимое занятие государственных людей – это собирать налоги, чтобы якобы пополнить казну. На самом же деле самое любимое их занятие – это тратить уже собранные налоговые деньги неизвестно на что. Конечно, оно только в деталях неизвестно, а так-то оно хорошо известно. На что государственные чиновники тратят государственные деньги? Подумаешь, какой бином Ньютона. На себя, блядь, они их и тратят! На кого же ещё?

Но к сожалению для всех, прямо сразу на себя потратить казённые деньги чиновники не могут, и приходится подключать какие-то фирмы, которые начинают что-то ломать, что-то на этом месте строить, что-то куда-то возить, грузить, покупать, продавать, бутафорить… Уже весь бордюрный камень в карьерах, сцуко, извели на распиливание госсредств, недра тоже распилили, и скоро начнут пилить живых людей. Как было хорошо, когда крестьянин должен был сразу делиться сельхозпродукцией и денежкой с бандитами, которые тогда назывались князьями и боярами! Все знали, кто за чей счёт живёт, и никто хуйнёй не занимался. А в современном государстве огромная масса лишних никому не нужных действий с бордюрным камнем, мостами и прочими отливаемыми из гранита монументами совершается только для того чтобы в конце концов отобранные у народа денежки незаметно осели на оффшорных долларовых счетах у мамы чиновника или у его жены или сестры. Сам-то чиновник всегда кристально чист.

А хули сделаешь – такова цена современной демократии!

Ещё госчиновники очень любит раздувать штат своих служащих, назначать себе всевозможные привилегии и расширять сферу своих прав и полномочий за счёт ущемления прав и свобод простых граждан, якобы для блага самих же граждан. И даже сомневаться в этом как-то неудобно, потому что телевизор долдонит об этом день и ночь. Как не поверить! Но ведь не верят, сцуки, и приходится принимать драконовские законы, чтобы простые граждане на чиновников не залупались ни устно ни письменно, а уж обвинять их в воровстве и в должностных преступлениях – это вообще государственная измена!

Как вести бизнес в такой стране? Да никак, если нет всюду где надо своих людей, которые тебя в обиду не дадут и спросят за это по-божески.

В итоге, если государство и гарантирует гражданам что-нибудь, то единственно тот факт, что любой чиновник, состоящий на государственной службе – это гнусная каналья с моральными устоями шкодливой свиньи, которая срёт на свои прямые должностные обязанности, и использует своё рабочее время, силы и решительно все возможности своего положения для увеличения и упрочения своих властных полномочий, а в итоге – для скорейшего личного обогащения. Ну и ещё чтобы как-нибудь напаскудить простым гражданам – чиста для самоутверждения.

Возможностей для личного обогащения у государевых людей – масса, начиная от примитивных взяток и чиновничьего рэкета и кончая рейдерскими захватами. Именно по этой причине в государственном аппарате так любят работать воры, мошенники, бандиты, вымогатели и прочий пустоцвет нации.

По этой же самой причине в государстве, где за голоса избирателей конкурирует несколько политических партий, и мерзавцы из одной партии постоянно следят и прилюдно разоблачают тёмные делишки прохвостов из другой партии, и где разные ветви власти не дают друг другу охуевать в атаке, ещё как-то можно исхитриться прожить. Но уж в стране, где всем государством заправляет одна единственная банда негодяев, обладающих полной неприкосновенностью (не будем показывать на эту страну пальцем, её и так все знают), лучше вообще не рождаться на свет, а если всё же случайно там родился, то благоразумнее всего будет тут же и сдохнуть.

Высшие государственные чины кровно заинтересованы в том чтобы все чиновники были замараны в коррупции. Если ты стал чиновником и не хочешь, сцуко, воровать, так тебя заставят. Не умеешь – научат. Если ты, сцуко, по должности в теме, и знаешь, кто и как и через какие изъёбы путает свой карман с государственным, и на какие суммы, а сам не воруешь, то как взять тебя за жопу? А если ты воруешь, то ты как все. Воруй честно, по чину, делись с кем велено, и всё будет пучком.

Короче, государство – это такая контора, которая крышует лохов. Начиналось это очень давно, сперва как всегда по беспределу, а потом уже и по понятиям. А потом бригадир правильных пацанов по имени Флавий Петр Савватий Иустиниан, отзывавшийся также на гордую погремуху Юстиниан Великий, свёл правильные понятия братвы, которая крышевала древний Рим, в двенадцать томов римского права и назвал эту ботву, без ложной скромности, кодексом Юстиниана.

И сказал своей бригаде, что отныне вы, братки, не просто крыша, а блять, государство! То есть продукт договорённости между лохами, которых надо крышевать, и правильными пацанами, которые этих лохов крышуют. А все правильные понятия я для вас записал вот в этих двенадцати книжках. И при это продолжал без базара судить лохов сам, то ли по понятиям, то ли без, а братва-то была уже грамотная, так что она смотрела и записывала, дополняя кодекс Юстиниана новыми законами и уложениями. Давно это всё было… Но оно и сейчас всё примерно так и происходит. И лохи те же, и братва такая же, и правильные понятия такие же, вот только кодекс чуток поменялся.

Ну и как и в древнем Риме так и теперь все дела в государстве решаются либо по беспределу, либо по понятиям, либо по кодексу. Если в основном по кодексу, то значит государство цивилизованное, и лохам дают немного жиреть. А вот если по беспределу… Но ладно, не будем о грустном, а с государством, мы вроде бы разобрались.

А, да блять, чуть не забыл! Был такой врач-психиатр Карл Ясперс, мой кстати коллега, который сказал, что демократия – это общественный строй, при котором сила преодолевается правом. То есть, если по Ясперсу, то государство, в котором все вопросы решаются по понятиям, а не по беспределу – это уже демократия. А уж если по кодексу Юстиниана, тады ваще!

Рассмотрим теперь экономических игроков, которые по непонятным причинам никогда не фигурируют в учебниках по экономике.

3.4. Биржевые площадки.

С точки зрения законодательства биржа – это просто коммерческая структура, оказывающая определённые услуги населению, но её роль в экономической системе совершенно иная чем у производителей товаров и услуг. Биржа – это негосударственный экономический регулятор, обеспечивающий перераспределение капитала между участниками финансового рынка по их взаимной договорённости.

Формально биржевые операции – это покупка и продажа биржевых инструментов. Но они отличны по сути тем, что никак не связаны с удовлетворением потребностей в обычных товарах и услугах, ни с их производством. Единственная услуга, которую предлагает биржа своим игрокам – это возможность по их собственному разумению разместить торговый капитал так чтобы он принёс наибольшую прибыль при наименьшем риске.

Роль биржи в экономики как регулятора реально стрёмная. Она связана с её функцией индикатора экономической деятельности по отраслям и в целом по странам и регионам. Биржевые показатели имеют большое психологическое значение и определяют действия не только биржевых игроков, но и всех участников экономической деятельности. А стрём состоит в том, что эти показатели зависят не от фундаментальной экономической обстановки, а всего лишь от настроения биржевой толпы, которая способна устроить смертельную давку от одного негромкого пистолетного выстрела.

Редкая птица использует биржу для вдумчивого долговременного инвестмента. Большинство биржевых игроков предпочитают наскоро прочитать пару книжек про волны Эллиота и прочие ведьмины кольца и играть на бирже как играют в казино, куда тоже постоянно приходят игроки с непобедимыми схемами и остаются без денег. В результате трейдеров-любителей довольно быстро освобождают от торгового капитала крупные игроки, которые манипулируют биржей по хорошо известным схемам. Но как известно, чужие неудачи ещё никогда дураков не останавливали.

Таким образом, биржа – это с одной стороны экономический регулятор, а с другой стороны, сама она регулируется непредсказуемой сменой жадности и страха в настроении биржевых игроков. Поэтому биржа является бомбой в чреве экономической системы, которую может привести в действие великое множество разнообразных взрывателей типа идиотского заявления какого-то политика, или апокалиптических прогнозов медийного экономического оракула, или небольшой бомбёжки нефтяных промыслов в Экваториальной Игуане. А осколки от этого взрыва могут чувствительно покоцать местную и даже мировую экономику. По этой причине я и выделил биржу в отдельный тип субъектов экономики.

3.5. Паразитический люмпен.

Это миллионы нигде и никогда не работающих бродяг, наводняющих улицы городов; обитатели гетто и трущоб, живущие за счёт воровства, разбоя и социальных выплат и пособий; вечные студенты, желающие продлить беззаботную молодость до полсотни лет; ультралибералы, не вылезающие из палаточных городков, псевдобольные и убогие, выжуливающие пособия по стойкой нетрудоспособности, и прочий позор нации, с которым государство не желает бороться, а предпочитает откупаться от него социальными пособиями, выплачиваемыми за счёт средств честно работающих налогоплательщиков.

Паразитический люмпен нельзя приравнивать к членам домашних хозяйств, потому что он не продаёт свою рабочую силу и не покупает товары и услуги, а получает их даром. Продаёт он свои избирательные голоса либеральным политикам левацкого толка, которые не гнушаются иметь такого рода электорат и бросать ему за отданные голоса кусок пожирнее. Вся эта неприятная и никчемная публика находится в том же отношении к национальной экономике что и червяки к яблоку.

Причина, по которой я выделил эту наиболее гнусную категорию населения в отдельный субъект экономики заключается в том, что в отсутствии имущественного ценза эти унтерменши имеют такие же избирательные голоса как и нормальные люди. Голоса, которые эти твари продают за социальные пособия. В результате к власти приходят партии популистов, члены которой исповедует ту же мораль что и избравший их люмпен, и которые ввергают национальную экономику в хаос, в результате чего теряет работу и та часть населения, которые в нормальной экономической обстановке могла бы и дальше продуктивно работать.

Паразитический люмпен создаёт необеспеченный спрос, который государство вынуждено удовлетворять, и который ложится бременем на налогоплательщиков. Благодаря его голосам к власти приходят самые паскудные правительства, которые умеют только повышать налоги на тех, кто работает, и задабривать ими тех, кто пинает хуи, чтобы как можно дольше оставаться у власти. Эта характерная черта данной категории как бы тоже населения заставляет выделить их в отдельный тип субъектов экономики.

3.6. Финансовые спекулянты.

Это паразитические финансовые организации, которые не инвестируют в реальный сектор экономики, а занимаются махинациями на финансовом рынке, атакуют других участников рынка и отбирают у них капитал путём различных финансовых схем, используя дыры в законодательстве или подкупая госслужащих, чтобы они реформировали законы в их пользу. Типичный представитель – позор еврейской нации Джордж Сорос, известный филантроп и ультралиберал, чтоб он, сцуко, сдох поскорее.

Финансовые спекулянты атакуют биржи, суверенные валюты, вызывают искусственную нестабильность в странах и регионах чтобы срубить денег на образованной их действиями неравновесности капитала, которую они тут же и уравновешивают с перекачкой дельты на свои счета. Это паразитические по определению субъекты экономики, которые умножают свой капитал, внося хаос в экономическую систему и получая прибыль на созданной ими нестабильности, поэтому я и выделил их в отдельный тип.

6. Политико-финансовые олигархические кланы.

Их отличие от финансовых спекулянтов типа хедж фондов или замаскированных под благотворительные фонды финансовых разбойников заключается в том, что они намного мощнее, дольше существуют, у них длительная история обрастания связями и распространения своего влияния, они имеют в распоряжении политико-административный ресурс, то есть, коррумпированных государственных служащих высокого ранга, которые реформируют законодательство с целью обеспечения благоприятных условий для этих кланов и поставляют им инсайдерскую информацию, которая позволяет совершать выгодные сделки, обогащая членов клана и разоряя других участников экономической деятельности. Кланы Клинтонов и Бушей вполне подходят в качестве примера. Известный либераст Барак Обама за восемь лет своего позорного правления тоже успел сформировать свой клан и научился зашибать деньгу неправедными путями.

В отличие от финансовых спекулянтов, мощные кланы просто сидят на финансовых потоках как глисты в кишечнике, и затрудняют предпринимательскую деятельность как глисты – процесс пищеварения. Их неблаговидная роль в экономике аналогична предыдущему классу.

3.7. Преступные кланы.

Они действуют так же как и олигархические кланы и тесно с ними связаны. Их отличие заключается в том, что они специализируются на эксклюзивной экономической деятельности как то: розничная продажа кокса, герыча, кристал мета и других лекарств, которых нет в аптеке, подгон незасвеченных ментами стволов борцам за справедливость, организация нормальных пацанских казино и публичных домов, поставка солидным людям девочек из Азии и прочих незамутнённых частей света, убеждение или физическое устранение одиозных личностей, которые мешают хорошим людям вести бизнес, и прочая ботва, которая лохам реально нужна, а крыша под названием государствоих иметь запрещает под страхом тюрьмы, а кое-где и вышака.

Основное внимание в деятельности преступных кланов должно быть обращено на способы их сотрудничества с государственными служащими и легальными коммерческими структурами для отмывания нелегальных доходов мафии и ввода их в легальное экономическое поле.

8. Медиа холдинги и сросшиеся с ними рекламные компании.

Формально это тоже коммерческие структуры. Отличительная особенность их состоит в том, что они формируют не только общественное мнение, но и спросовое поведение потребителей, а через него – экономическую стратегию компаний – производителей товаров и услуг.

Современная медиа способна создать ажиотажный спрос или наоборот, обрушить рынок. Олигархические группы могут организовывать медийные вбросы и целые медийные кампании с целью создания ажиотажного спроса на свою продукцию, опорочивания конкурентов, избрания нужных политических фигур, влияния на биржевую деятельность и так далее.

Основной продукт современной медийно-рекламной индустрии – это не информирование населения, а создание общественного мнения и спросового поведения потребителей под заказ. Эта особенность медийных холдингов позволяет выделить их в отдельный класс экономических игроков, которые по сути являются стихийными регуляторами экономической деятельности, изменяющими экономическую систему в пользу тех, кто оплатил медийную компанию, и полностью пренебрегая разрушительными побочными эффектами их действий на остальных участников экономической деятельности.

В качестве примера охуевшей до святости журналистики можно привести гнусопрославленную медиакомпанию CNN. Российские медиахолдинги мы трогать не будем. Они как бы и не медиакомпании уже, а просто милицейские рупоры государства, исступлённо изрыгающие официальную риторику как бешеная собака пену.

Одним словом, современная медиа способна взорвать экономику ничуть не хуже чем охуевшая в атаке или пересравшая от паники биржа. То есть, её тоже надо отнести к экономическим регуляторам. Уж какого качества, это другой вопрос, но тут уж маемо те, що маемо”.

3.8. Учебно-образовательные и научно-исследовательские учреждения.

Формально они тоже являются коммерческими организациями, оказывающими платные услуги. Тем не менее, специфика этих услуг придаёт им особую роль в сфере экономики. Учебные учреждения учат будущих предпринимателей, наёмных работников и государственных служащих, давая им необходимые знания для их профессиональной деятельности.

Разработка и практическое примерение научных теорий, методика преподавания, атмосфера в учебном заведении, доступность обучения прежде всего для талантливых и старательных студентов, а не для ленивых бездарных детей богатых родителей – всё это сказывается на профессиональном и морально-этическом уровне будущих специалистов.

Парадигма мышления, привитая студентам преподавателями, определяет профессиональные возможности и стиль работы будущих специалистов на многие годы вперёд. Можно утверждать без преувеличения, что учебные учреждения – это будущий расцвет национальной экономики. Или её закат. Это целиком зависит от того, кого они набирают, и как учат, а соответственно и кого они выпускают – грамотных и ответственных молодых специалистов или феерических долбоёбов, которым нивпиздушечные профессора не сумели привить ни профессиональных знаний, ни умения думать, ни просто отвечать за свои поступки.

3.9. Интернет-сообщества в социальных сетях и мега-блоггеры.

По сути эти структуры и персоналии играют ту же роль что и медиа корпорации. Они формируют общественное мнение, которое напрямую влияет на спросовое поведение потребителей. Помимо того, пользователи социальных сетей, вступая в различные сетевые сообщества, координируют свои действия, унифицирует свои предпочтения, тренды, вырабатывают общий стиль жизни, что также напрямую сказывается на их экономическом поведении.

3.10. Публичные политики.

Их роль аналогична роли медийных компаниий и мега-блоггеров, то есть некоторые их публичные выступления точно так же могут вызвать резкие изменения экономической ситуации в масштабах страны, а иногда и спровоцировать фатальные экономические события типа затяжных кризисов.

3.11. Банки.

Деньги, финансы, чрезвычайно важны для любой коммерческой организации как её конечная цель и движущая сила, но у банков, и только у них, финансы являются ещё и непосредственным предметом бизнеса, что принципиально отличает их от прочих коммерческих организаций, таких как автомобильный завод, больница, туристическое агенство и т.п. В связи с этой особенностью банки необходимо рассматривать как отдельный вид экономических субъектов.

У банка много различных функций. Начнём с демпферной. Банк по сути выполняет в экономике роль аналогичную роли амортизатора в автомобиле. Амортизатор – это посредник между корпусом автомобиля и дорогой, которая сглаживает толчки и тряску. Банк – это финансовый посредник между коммерческим учреждением и прочими участниками рынка. Можно ездить, в принципе, и без амортизатора, но тогда вместо автомобиля получится бульдозер, в котором нет никакой подвески, и жопа у водителя за пару часов отбивается в мясо.

Ты можешь пойти на базар и продать там мешок яблок, ведро кислой капусты и шапку из нутрии, а потом купить корзину сцепления в сборе, медовую рамку с прополисом и серебряный подстаканник. И при этом собственноручно принимать наличные деньги от покупателя и совать продавцам мятые рубли. Но когда ты в бизнесе, и у тебя сотни платежей, то от перспективы гонять курьера на джипе с мешком денег и списком адресов и сумм тебя затрясёт не по-детски. Чтобы избавиться от тряски, нужно открыть корреспондентский счёт в банке и проводить через банк все платежи.

Платёжная функция банка – это часть подвески, обеспечивающей мягкость хода твоего бизнеса, но не вся подвеска. Не менее важный момент заключается в том, что твой бизнес не всегда может прокрутиться на своих деньгах, и приходится работать на заёмных. Можно попросить денег в долг у соседнего предприятия, но у него их может не оказаться. Да и если окажутся, надо нанимать адвоката, составлять юридический договор и так далее.

Гораздо удобнее занять денег у банка. А если у тебя образовался излишек денег, можно положить их в банк на депозит под какой-никакой процентишко. А банк их даст взаймы другому бизнесу, который может обернуться на заёмных деньгах и возвратить долг банку с процентами, так что ты заработаешь чуток бабла. А банк на разнице процентов по депозиту и процентов по кредиту заработает ещё больше. Банк, он сцука, такой.

А если у банка у самого напряг с наличностью, и при этом есть возможность выдавать выгодные кредиты, то банк может занять денег у других банков, которым в данный момент свои бабки некуда приткнуть. Для этого существует межбанковский кредит. Есть долгосрочные кредиты под длительные проекты, а есть короткие деньги, которые постоянно мотаются между банками туда-сюда, покрывая сиюминутные нужды банков и их клиентов.

Банковская деятельность сглаживает флуктуации спроса и предложения и вызванную ими асинхронность появления в бизнесе денежных средств и потребности в них же в масштабе целой экономики. Деньги шуршат по волоконной оптике туда и сюда как масло в амортизаторе, и предприятия катятся по неровной дороге коммерции, покрытой многочисленными неровностями спроса и потребления, ухабами изменений налового законодательства, и прочими экономическими выпуклостями и впуклостями, более или менее плавно.

Таким образом, банк сглаживает не только текущие платежи своих клиентов, но и их изменяющиеся по ходу течения бизнеса финансовые нужды.

Банковские кредиты секьюритизированы, так что если какой-то должник обанкротился и не заплатил, убыток от одного неотданного кредита распределится на тысячи других, и никто не пострадает. Банковские вклады застрахованы государством, так что если банк прогорит, клиент не лишится своих вкладов, если конечно само государство не всплывёт кверху брюхом от финансового кризиса. Из сказанного следует, что банк до некоторой степени страхует финансы своего клиента от потери, что и составляет третью и заключительную часть банковской подвески для бизнеса.

Кредитные операции является наиболее прибыльной частью банковского бизнеса. Чем больше кредитов выдаст банк, тем больше бабок он заработает. Чтобы банки не охуевали в атаке, выдавая кредиты, законодательство предусматривает для них нормы резевирования денежных средств. То есть, когда банк выдаёт кредит, он кладёт на счёт своей крыши, каковой является государственный центробанк, оговорённый банковским законодательством процент от суммы кредита в качестве резерва. А иначе какой-нибудь люберецкий банк влёгкую обеспечит кредитами всю европейскую часть России. Не из собственных средств, конечно, а тоже из заёмных.

Казалось бы, всё учтено могучим ураганом, и всё должно быть заебись. И было бы, если бы банковское сообщество по роду своей деятельности не являлось естественной монополией. Монопольное положение относительно денег в экономике позволяет банкам безнаказанно грабить небольшие бизнесы и особливо население, подсаживая их на различного рода хитровыебанные кредиты, называемые финансовыми продуктами, и выжимая из них всё до копейки.

Взять хоть нашу Америку: не успеешь оглянуться, как ты уже купил двухэтажный дом, сделанный из бруса толщиной со спичку, рубероида, стекловаты, сухой штукатурки, картона и виниловых сайдингов, и подсел на мортгидж, который устроен так хитро, что первые годы ты выплачиваешь только интерес, а на приципал почти ничего не идёт, и сумма долга практически не уменьшается.

Есть такая наебательская математическая формула под названием – сложный процент. И чё-та сложный он нихуя не в твою пользу, а в пользу банка. Потому что он как раз и придуман для того чтобы ты многие годы выплачивал в основном проценты по кредиту, а не поровну проценты и основную сумму долга.

В умелых руках даже хуй – отвёртка, а уж банковскими математическими формулами можно любого умника раздеть и голым в Африку пустить. В итоге за тридцать лет ты должен выплатить две, а то и три стоимости этого блядского скворечника, который к тому времени уже рассыплется в труху, из которой его склеили нечестивые застройщики.

И если ты потерял работу и пропустил несколько платежей, получай форкложу. То есть, банк у тебя дом отбирает, а денежки, которые накапали с твоих выплат в счёт суммы долга, и которые на американской мове называются ”эквити”, банк тебе назад не отдаст, причём строго по закону. Банки, они не лохи. Они ещё и свою крышу, то есть, государство, научат как жить. Банки, они если чо, всегда расскажут государству, как надо лохов крышевать. Они ещё и посадят в государство своих людей, или просто государевых людей подмажут где надо, чтобы они делали чего им банк велел.

Банки ведь сглаживают бизнес клиента не ради клиента, а ради себя, потому что с гладкого клиента можно снять больше бабок чем с корявого. Точно так же они сглаживают свои отношения и с государством, то есть, всегда в свою пользу.

И поэтому когда банк очень просит, государство послушно принимает очередной закон, по которому банк имеет всё, а его рядовые клиенты – всё остальное, то есть, хуй на рыло. Это тоже такой скользкий, сцуко, моментик, когда чёткие пацаны всё делают по закону, да только сам закон был принят не иначе как по беспределу. И такого беспредела в любом законодательстве хоть жопой ешь.

Короче, отобранный у тебя дом банк выставляет обратно на вторичный рынок жилья и там впаривает его следующему мудаку. И так и продолжает юзать этот дом как рыболов блесну, пока он в труху не рассыплется или пока обозлённый заёмщик его нахуй не сожжёт от нервного расстройства и не сядет после этого в тюрьму.

Вот крупный бизнес и богатых людей на такие наёбки не поймаешь. У них есть и свои деньги, и адвокаты, и финансовые советники, и даже свои банки имеются в структуре холдинга, чтобы не делиться своими деньгами с чужаками. Наёбывают банки в основном людей бедных. Бедному человеку зарплаты не хватает, приходится брать в долг у банка чтобы заплатить по счетам и купить самое необходимое.

А потом долг надо отдавать, а зарплата по прежнему гавно, и должники перестают покупать товары и услуги, потому что бабок нет, и не предвидится. В магазинах всего дохуя, а купить не на что. И начинается очередной финансовый кризис который какие-то мудаки-экономисты назвали кризисом перепроизводства.

Какого фпесду, перепроизводства? Никто никаких излишков не производил, от слова совсем! Если бы у народа были бабки, то всё бы с прилавков смели и употребили с толком. Но у людей, блять, просто бабок нет! Поэтому если по чесноку, то это кризис никого не перепроизводства, а кризис, сцуко, постоянной и планомерной заработной недоплаты.

То есть, обувщик налепил кроссовок, а рабочим заплатил с гулькин хуй, так что им с трудом на хлебушек хватило. А тем временем булочник наделал тортиков всяких, блять, пирожных с заварным кремом, а работникам тоже заплатил голимые копейки, думая что обувщик своим гномикам заплатит чутка побольше, и они те пирожные раскупят. Да только обувщик как раз наоборот надеялся, что булочник раскошелится своим нищебродам на кроссовки.

А скорее всего что ни обувщик, ни булочник на эту тему вообще нихуя не думали. Им главное сделать свой продукт по наименьшей себестоимости, чтобы прибыль побольше получить. А для этого работникам надо заплатить как можно меньше. Произвели товар, а уж дальше его как-нибудь разберут. Товар-то куда как ходовой, так хули тут думать.

В результате работники ходят в рваных кедах, найденных на помойке, а в обед мусолят буханку кислого ржаного, а все тортики и кроссовки лежат в магазине, и никто их почему-то не берёт. И тут приходят дипломированные, блять, экономисты и объясняют: это кризис перепроизводства! Ага, щяз! И это не единственный случай, когда экономисты запутывают мозги долбоёбской терминологией, не проясняющей суть вещей, а засирающей людям мозги.

А булочника и обувщика тоже надо понять. Рабочий свою смену отпахал и ушёл, и ему всё похуй. А хозяева бизнеса пашут круглосуточно без выходных. На них и производство, и бухгалтерия, и банк с платежами и кредитами, и склады, и логистика, и тёрки с налоговой и пожарной и санэпидемстанцией. И каждая тварь рвёт у них деньги из жопы вместе с мясом как гиена Пржевальского. А деньги, блять, заёмные, и банк за них тоже жопу рвёт процентами по кредиту.

А банку-то хули? Разорился обувщик и булочник, они пустят обувную фабрику и хлебозавод с молотка вернут свои кредиты и проценты в счёт продажи, и будут разорять кого-нибудь ещё и продолжать пиздато жить, в то время как все вокруг живут хуёво. И только когда банки разорят некоторую критическую массу субъектов экономики, и их ебучие кредиты некому станет брать, и клиентские счета тоже сдуются в ноль, вот тогда только и отольются кошке мышкины слёзки. Финансовый кризис, он и банки не милует. Поэтому и банк тоже надрачивает заёмщиков с кредитами со всей мочи.

Короче, все доподлинно знают, что финансовый кризис в экономике неизбежен как дефекация в организме животного: раньше или позже он обязательно наступит. Ведь каждая тварь за своё гавно норовит содрать с покупателя с походцем, а работнику недоплатить. А ведь покупатель и работник – это один и тот же лох, и доить его бесконечно не получится. А значит, вселенского кризиса недоплаты никак не избежать.

А это значит что чё – не надо никому охуевать от жадности и лишнего с покупателя не надо брать? И работникам тоже платить честно? И себе оставлять чтобы только прожить, скромно так, без понтов, да? Да хуй вам агромный, ебитесь вы в рот! Всё вышеперечисленное как раз и значит, что пока платёжеспособный спрос есть, то есть, лох ещё как-то шевелит деньгами, то есть, кризис ещё не грянул, нужно вести бизнес с нахрапом! Нужно рвать жопу всем без разбора, не исключая себя. Драть со всех по верхнекй планке, а самому лишнего никому не платить и даже то что положено заплатить, постараться зажилить. А если можно что-то отжать, и не платить, значит надо отжать, базара нет.

А если отжимают у тебя, то надо маякнуть своей крыше, чтобы она оторвала беспредельщику яйца. За это крыше тоже надо отстёгивать. Или адвокатам, это смотря в какой стране живёшь. Короче, кровь из носа, а надо успеть урвать бабла до того как наступит всеобщий локальный пиздец, то есть экономическая рецессия.

Если ты ещё не понял, бизнес – это не посиделки с водовкой, а в натуре, война. Даже когда никто ещё не стреляет. И вести себя в бизнесе надо как на войне. А на войне благотворительностью не занимаются. И значит, надо помнить, что банк – это очень хитровыебанное вражеское подраздение, которое оказывает твоему бизнесу первоочередные финансовые услуги только для того чтобы завести тебя на минное поле из кредитов и прочих инновационных финансовых продуктов, как Иван Сусанин гитлеровских захватчиков.

Банки, как и биржи, тоже являются стихийными регуляторами экономики, и тоже стрёмными. Есть у банков такая фича как кредитный или денежный мультипликатор. Суть его в том, что кредитные суммы, выдаваемые банком клиентам-заёмщиков, проводятся по банковскому балансу как денежные активы на их депозитных счетах. То есть, это самые настоящие безналичные деньги, сумма которых при небольших нормах резервирования превышает капитализацию банка как Эйфелева башня хижину дяди Тома.

Чем ниже ставка рефинансирования и чем ниже процент резервирования, тем дешевле и доступнее банковский кредит, и тем легче и быстрее кредитный мультипликатор раздувает массу ничем не обеспеченных безналичных денег. В перекредитованной экономике, как мы уже знаем, предельная прибыль на капитал уходит в минуса, и рано или поздно должники начнут банкротиться. Стоит сдуться парочке больших заёмщиков, как начинается тотальный кризис неплатежей.

Секьюритизация долгов при большой степени перекредитованности уже не помогает, потому что не возвращают кредиты уже не отдельные должники, а вся их масса. Банковские резервы и резервы страховых компаний на фоне дефолта такого масштаба – это капля в море. И необеспеченная никакими активами дутая масса безналичных денег стремительно схлопывается в ноль, вызывая тотальный дефицит денежных средств в экономике, сокращение производства и потребления, и тогда спираль рецессии закручивается в полную силу.

Опять и опять мы сталкиваемся с одной и той же ситуацией: стремление субъектов экономики всех объебать чтобы побыстрее срубить побольше бабла оборачивается тем что все остаются без бабла, а иногда и без чего-нибудь и похуже.

Всё что было выше сказано о банках, касается только коммерческих банков, которые занимаются банковским обслуживанием клиентов. А есть ещё и инвестиционные банки, которые рулят на финансовом рынке, помогая эмитентам ценных бумаг размещать их на бирже, организуют слияния и разделения компаний, осуществляют защиту компаний от враждебного поглощения, проводят финансовый анализ для корпоративных клиентов. Короче, это такой же амортизатор, который помогает крупным бизнесам управлять их инвестиционными инструментами и изменять организационную и юридическую структуру предприятий так же как коммерческий банк помогает клиентам управлять их денежными средствами.

В борьбе за существование инвестиционные банки используют такое оружие как производные финансовые инструменты или деривативы, то есть вторичные ценные бумаги, которые обеспечиваются только первичными бумажками, а реальными активами они не обеспечиваются в принципе. Тем не менее эта ничего не стоящая дрянь почему-то торгуется на финансовых рынках точно так же как и первичные ценные бумаги, а последние торгуются так же как и живые деньги.

Другими словами, деривативы увеличивают виртуальную денежную массу на банковских компьютерных счетах гораздо резвее чем кредитный мультипликатор, потому что законодательство не требует для них никакого резервирования. Короче так: когда их печатают и кому-то впаривают, то они вроде и не деньги, потому что они не кредиты. Зато когда они попадают кому-то на баланс, то там они ничем не хуже чем нормальные деньги.

Перед кризисом 2007 года этого гавна напечатали на триллионы долларов, и оно чуть не убило всю мировую экономику. Произошло это потому что банкиры уломали конгресс и Билла Клинтона отменить акт Гласса-Стиголла, который запрещал банкам совмещать коммерческую и инвестиционную деятельность. Как только банки получили возможность наводнить финансовый рынок ничем не обеспеченным гавном, банкиры моментально потеряли берега и ломанулись за длинным долларом.

Желающим погуглить детали этого кризиса могу дать ключевые слова: subprime loans, credit default swap, toxic assets, а также ознакомиться с моей давней статьёй по этой ссылке:

http://samlib.ru/s/shlenskij_a_s/zakat.shtml

Должно быть, жадное хлопание жаберных крышек конкурентов настолько распаляет собственную жадность, что горизонт событий съёживается в точку, и глобальных последствий всеобщей движухи никто видеть не желает. У всех только одно желание – срубить побольше бабла вперёд всех, а всё прочее – не ебёт!

4. Рабочая гипотеза.

Сперва мне придётся на какое-то время покинуть экономику и обратиться к сугубой философии, которая поможет нам правильно анализировать мотивы экономических игроков. Я позволю себе привести в конспектном изложении часть малоизвестного широкой публике Трактата о добре и злеБаруха Спинозы, который он написал на несколько лет до ”Этики”, и который на русский язык никогда не переводился. Трактат был написан на латыни, которой автор не владеет. Прошу прощения за вольный перевод с найденного мной в библиотеке Конгресса США английского перевода латинского текста. Итак, согласно Спинозе:

4.1. Отрешаясь от всех частностей, можно утверждать, что зло есть человеческая тенденция использовать других людей для своего блага, несмотря на причиняемый им при этом вред. Добро же, напротив, есть желание принести другим людям благо, даже во вред себе.

4.2. Логично предположить, что совершать зло человека заставляют его пороки, а творить добро – добродетель.

4.3. Исходя из такого предположения, мы будем в дальнейшем обозначать совокупность пороков как зло а сонм добродетелей как добро.

4.5. Движущей силой истории является не борьба добра и зла, а тотальное столкновение разнонаправленного зла, при том что роль добра крайне ограничена.

4.6. Зло – это волк, который любит рядиться в овечью шкуру, в коей ему бывает легче добиться желаемого. Поэтому зло чрезвычайно заботится о том, чтобы официальные летописцы трактовали историю борьбы одержимых злом племён, кланов, религиозных конфессий, стран и государств как победное шествие добра.

4.7. Делается это весьма просто: постыдные факты утаиваются, их свидетели устраняются, и сотворяется миф, угодный сильным мира сего. Зло весьма умно и умеет использовать к своей выгоде невероятную страсть людей к мифотворчеству.

4.8. Добро и зло несопоставимы по масштабам. Добро существует лишь в едином человеке, оно не успевает объединить людей между собой, потому что их немедленно разъединяет зло. Зло столь же успешно разъединяет добро сколь успешно объединяется между собой. Зло не имеет ограничений по масштабу и поэтому оно безгранично.

4.9. Всё что сверх одного человека и видится как порождение добра, не есть истинное добро, но создаётся в процессе столкновения зла с другим злом. В арифметике два минуса неизбежно рождают плюс. В диалектике человеческого бытия столкновение двух зол может породить ещё большее зло, но иногда случайно может породить и то, что впору почитать за добро.

4.10. Добро столь же не абсолютно как и зло. Слепая добродетель, умело направляемая злонамеренным умом, может с высочайшей благонамеренностью уничтожить мир. Несколько зол, удачно сдерживающие друг друга, могут принести немало полезного, чего добром никогда не добиться.

4.11. Зло вездесуще, и никакая часть мира не свободна от зла. Посему всё то, в чём нет вреда, и есть польза, существует не в тех местах где нет зла, но там где силы зла надёжно уравновешены в борьбе, и баланс сил устойчив. Этот баланс почитается умными людьми за благо, и к нему одинаково стремится и умное зло, и умное добро.

4.12. Эпоха перемен – это период нестабильности, когда прежде сбалансированные силы зла потеряли свой прежний баланс и отчаянно ищут новый в неистовой борьбе друг с другом. Горе тем, кому выпало жить в эпоху перемен. Нет им ни ни покоя, ни утешения, ни надежды.

4.13. Когда новый баланс достигается путём искоренения одного зла другим, и победившее зло не имеет соперников, мир становится беспощаден. В этом мире правде и свободе нет места, и выживает лишь тот, кто вполне искренне отрешился от искренности и в совершенстве овладел искусством лицемерия.

4.14. Зло соединённое с мудростью осознаёт, что отняв у людей без остатка надежду на лучшее, оно вызывает в них отчаянную решимость, которая сокрушит это зло и вызовет к жизни новое зло, которое довершит победу.

4.15. Поэтому зло соединённое с мудростью знает пределы, до коих оно может испытывать людское терпение, и пресекает попытки других зол нарушать эти пределы, а зло, не признающее границ – уничтожает.

4.16. Зло же лишённое мудрости становится беспредельным и умирает под ударами ещё пущего зла, взращённого им по гордыне и неведению.

4.17. Везде где только возможно зло маскируется под добро. Там же где зло не может скрыть своей природы, оно искусно приводит всевозможные доводы в пользу того что зло свершается ради добра.

4.18. Зло настолько искусно в этой риторике, что многие верят в то, что это вовсе не зло, а добро организует и направляет этот мир, и поддерживает в нём необходимый баланс сил.

4.19. В то время как осмысленное зло есть движущая сила, организующая мир, добро есть не более чем простая животная потребность, которая неподвержена осмыслению. Потребность творить добро существует на тех же основаниях что и потребность время от времени опорожнять кишечник.

4.20. Люди никогда не садятся опорожнять кишечник совместно и не помогают друг другу в этом занятии. Точно так же люди не споспешествуют друг другу творить добро. Поэтому, как было сказано ранее, добро можно найти только в отдельном человеке, но никогда – в толпе. Любая толпа – это зло.

4.21. Зло порождает недоверие, а недоверие порождает зло. Обманутое доверие порождает зло десятикратно.

4.22. Кто-то может раскаяться в причинённом зле, но никто и никогда не раскаивается в своём недоверии к людям, ибо недоверие основывается на прошлом опыте, а прошлое не меняется.

4.19. Поскольку недоверие, как было сказано, порождает зло, а зло порождает недоверие, и то и другое могут только расти.

4.23. Естественное уменьшение зла и недоверия происходит только со сменой поколений, когда умирают старики, накопившие за свою жизнь обиды и недоверие, и рождается молодёжь, у которой всё это ещё впереди.

4.24. Зло по природе своей не может обойтись без того чтобы не обидеть и оскорбить людей. Обиды и оскорбления взывают о мести.

4.25. Обиды и оскорбления объединяют вокруг отмщения нанёсшего их злу множество людей, которых раньше ничего не объединяло. Поэтому зло постоянно следует древнеримской максиме разделяй и властвуй”.

4.26. Даже совершенная месть, точно поразившая насмерть обидчика, ранит других людей, вызывая в них желание мести, и тем самым умножает зло и недоверие.

4.27. Уцелевший в результате мести мстит своим мстителям десятикратно вовлекая в план своей мести множество непричастных людей. Поэтому разумная месть должна не наказывать, а уничтожать, чтобы не пострадали непричастные и в свою очередь не возжелали мести.

Очень жаль, что в дальнейшем Спиноза отошёл от своих первоначальных принципов и начал доказывать в Этике геометрическим способом, что разум может преодолеть аффекты, то есть другими словами, зло. Те мне менее, обобщая данный трактат в экономическом русле, можно сказать следущее: человекообразная скотина устроена так что желает получать от окружающей среды всё самое лучшее, с наименьшими усилиями, и как можно быстрее. Эта биологическая особенность и есть корень человеческого зла.

Поскольку люди живут не поодиночке как ежи, а в сообществе, они хотят получать все желаемые блага от других людей, причём в идеальном случае сразу и даром. Если даром не отдают, можно попробовать отобрать силой, потому что так и проще и быстрее. Если силой не тоже получается, то можно попробовать хитростью. То есть, как-то уболтать, выцыганить или просто украсть желаемое. А ещё лучше – украсть денег, на которые можно купить всё что требуется.

И уже только когда ни украсть, ни отжать невозможно, только тогда человекообразная скотина начинает производить какой-то продукт или оказывать какие-то услуги, зарабатывать деньги и вступать в честный экономический обмен.

Человекообразная скотина вступает в экономические отношения только в том случае, если она не имеет никакой возможности получить желаемое вышеописанными внеэкономическими методами. Человек остаётся в экономическом поле и производит товары и услуги не благодаря каким-то моральным качествам, а потому что его удерживает закон, предусматривающий суровое наказание, лишая его свободы на длительный срок и принуждая к тяжёлым работам.

Основное поголовье человекообразной скотины застревает где-то на полпути между честным товарообменом и воровством. То есть, где-то подработал, а где-то подворовал если повезло, или даже у кого-то что-то отжал по ходу. Несмотря на суровость закона, тюрьмы всегда забиты до отказа, и довольно часто приходится строить новые, поскольку население растёт.

Экономика работает и производит товары и услуги только благодаря хрупкому балансу сил между гоповатыми гражданами, принуждаемыми законом честно работать, и крышующим их государством, которое состоит из тех же самых гопников, и поэтому воровать и отжимать ништяки у граждан нисколько не стесняется. Это как раз и есть тот самый баланс злых сил, создающий некоторую жизненную стабильность, который, согласно Спинозе, мы должны почитать за добро.

Тем, кто считает описанную картину слишком мрачной, напомним, что случается в период государственных кризисов, когда вышеописанный баланс нарушается, и какие типажи появляются на улицах и громко заявляют о себе пистолетными выстрелами и автоматными очередями.

Тем же, кто считает, что большинство людей предпочитают честно работать, напомним, сколько в интернете подмётных писем о различных схемах интернет-заработка, предлагающих купить вебсайт, который будет сам зарабатывать тебе деньги. Напомним, сколько людей азартно играют в лотерею, желая разбогатеть, сколько людей потеряли свои деньги в финансовых пирамидах, и так далее.

Таким образом, ЖЕЛАНИЕ ЧЕЛОВЕКА НЕ РАБОТАТЬ И ПОЛУЧАТЬ ВСЁ НА ХАЛЯВУ НЕИСТРЕБИМО, И ПРИНУДИТЬ ЕГО К ТРУДУ МОЖНО ТОЛЬКО СИЛОЙ НЕПРЕОДОЛИМЫХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВ.

Это положение является основной аксимой экономики, и именно из него мы будем исходить, проводя сценарный анализ экономических ситуаций, в которых часть субъектов экономики, исходя из ряда непреодолимых условий и обстоятельств, вынуждена продавать свою рабочую силу, или использовать капитал и нанимать рабочую силу, чтобы производить материальные ценности с целью получения коммерческой прибыли, в то время как остальные субъекты используют различные внеэкономические способы присвоения себе чужих материальных благ.

Безвозмездный отъём материальных благ у их собственников с помощью различных схем, как формально не нарушающих закон так и преступных, условимся называть параэкономическими действиями, в том смысле, что эти действия имеют своим результатом перераспределение экономических ресурсов, но при этом они не связаны ни с производством материальных благ, ни с их экономическим обменом.

Самым древней и наиболее широко известной параэкономической деятельностью является война, которую воюющие стороны ведут для того чтобы победить в этой войне и ограбить побеждённого. Уличный бандитизм, рэкет, рейдерские захваты предприятий, вооружённые ограбления и прочие преступления против собственности с применением насилия есть не что иное как рудиментарные формы войны.

А теперь пришёл момент прямо применить философские выкладки Спинозы к экономике. Почтём производство товаров и услуг благом, а их внеэкономический отъём у производителя и собственника злом. Если исходить из того что миром управляет добро, предприятия должны работать на полную мощность, их количество и размеры должны увеличиваться, а ВНД должен непрерывно расти. Кризисов и рецессий в экономике не должно случаться.

Если же исходить из постулата о том, что видимое добро есть следствие определённого баланса из нескольких зол, то очевидно, что экономика способна произвести ровно столько товаров и услуг и продать их по ровно такой цене, при которых обеспечивается силовой баланс между всеми субъектами экономической деятельности, в том числе и теми, которые контролируют экономику внеэкономическими методами.

То есть между работниками и их профсоюзами, предпринимателями, государством, олигархическими кланами, мафией, организованной преступностью и так далее. Любое движение экономики во благо населению будет немедленно пресечено если оно при этом уменьшает доходы какой либо из крышующих её организаций, законных или незаконных.

Очевидно что душевой доход наёмных работников будет увеличиваться при росте ВНД и пропорциональном ему росте заработной платы или снижении цен на товары и услуги. Но поскольку этого не происходит, очевидно, что существуют причины, не дающие экономики возможности дальнейшего роста.

Это может быть неспособность работников увеличить производительность труда, нежелание предпринимателей увеличивать зарплату работникам даже при возросшей производительности, чтобы выжать из бизнеса сверхприбыль, вероятность финансовых потерь у олигархических кланов от тотального снижения цен в экономике, и так далее.

Частностей может быть много, но в целом очевидно одно: если экономика работает не на полную мощность и может легко увеличить производство товаров и услуг, но этого не делает, значит какие-то субъекты в структуре экономики понесут от этого убытки, а поэтому они искусственно сдерживают экономическое развитие, оптимизируя свой доход ценой сдерживания роста или даже уменьшения национального благосостояния.

Что делает индийскую азартную игру Шахматы столь азартной? То, что в ней, как и в человеческом обществе, существует материальные и позиционные ресурсы, и соотношения между первыми и вторыми весьма неоднозначны и проясняются только в процессе игры, что и придаёт ей такой необыкновенный азарт.

Итак, материальные ресусры – это обладание различными материальными активами, такими как средства производства, земельные участки, интеллектуальная собственность, денежные средства и так далее. Позиционные ресурсы – это политическая, военная и идеологическая власть.

Отдельно стоящим политическим, а точнее, популистским ресурсом, известным ещё в древнем Риме, является любовь и почитание толпой своего лидера и готовность этой толпы следовать за ним в силу этой любви, а не в результате подчинения власти. В нынешние времена эту любовь научились измерять в процентах и переименовали в рейтинг.

Добиться такой любви непросто. Для этого надо не бояться летать на дельтаплане со стерхами, спускаться в морскую пучину на подводной лодке, ебать Алину Кабаеву, быть острым на язык и не чураться гоповатого народного юмора в публичных выступлениях. Такому лидеру толпа прощает и утонувшие подлодки, и цинковые гробы с трупами военнослужащих, и несмотря ни на что продолжает пребывает в экстазе, пока в один прекрасный день любимый вождь всех не подзаебёт, и изменчивая толпа найдёт себе другого кумира.

Поэтому только наивные лидеры полагаются на одну лишь любовь толпы, а практичные властители располагают внушительными отрядами нукеров, готовых по одному слову расстрелять эту толпу из пулемётов, если её горячая любовь внезапно сменится столь же горячей ненавистью, как это часто бывает. Кроме того, они всегда имеют наготове судей и тюрьмы, свору тайных осведомителей и провокаторов, а также нигде официально не существующих убийц, которые тихонько подсыпают яд в шампанское или в текилу тем, кого по каким-то причинам нельзя заставить замолчать иными методами.

Не сомневаюсь, что древние авторы, прежде всего китайские, неоднократно рассматривали диалектику взаимоотношений между материальными и позиционными ресурсами во всей её полности и постараюсь отыскать эти материалы и использовать их в дальнейшем.

Пока что ограничусь общим замечанием о том, что правящая элита может ограничивать рост экономики даже если оно ведёт к заметному увеличению её материальных богатств, если в процессе качественных изменений в обществе, обеспечивающих этот рост, таковая элита может потерять своё позиционное преимущество, то есть, власть, а вместе с ним и материальное преимущество. В связи с этим элита вынуждена искусственно сохранять экономическую и политическую стагнацию в обществе, а иногда даже и искусственно вызывать регресс общества с целью упрочения своей власти.

Больше всего репрессивным властям мешает вольнодумство, истинная а не показная духовность, независимость поведения и суждений, чётко поставленное мышление, грамотность, образование, эрудиция и профессионализм населения, потому что такое население не чтит властную элиту и не желает пребывать в рабском подчинении у кучки необразованных и духовно неразвитых негодяев с примитивными животными потребностями, удовлетворяемыми на широкую ногу с использованием ресурсов всей страны.

5. Лирическое отступление о добре и зле и о сопутствующих понятиях.

Для того чтобы привлечь теоретические наработки Спинозы к современному анализу человеческого потенциала, необходимо далее исследовать используемые им категории добра и зла и сделать их как можно более операциональными. Оставим религиозно-догматические представления о добре и зле тем, кто кропит ракеты святой водичкой, и сосредоточимся на прагматике.

Прежде всего отметим, что добро и зло – это не сущностные, а оценочные категории. Другими словами, их невозможно выделить в чистом виде как железо из руды или крахмал из картошки. Это всего лишь два противоположных полюса оценочной шкалы. Принято считать, что добро – это всё что приносит определённому субъекту пользу, а зло – это всё что наносит ему вред.

Что приносит пользу, а что вред, а что оба сразу, и как оно конкретно проявляется, можно понять только в конкретной ситуации, и только в отношении выбранного нами конкретного объекта, и только с определённых позиций.

Вот допустим, ситуация, пацан пришёл из школы и принёс двойку по математике. Приебал с работы папаня, увидел у отпрыска в дневнике гуся, да ещё по такому предмету, вынул из штанов ремень и очень душевно расписался у сына на жопе. И смартфон отобрал нахуй. Ремнём по жопе – это очень больно. Самого отец пиздил, знаю. А когда больно – это вред. Без смартфона в игрушки не поиграешь, скучно. Значит, тоже вред.

Зато пацанчик понял, что прежде чем играть в игрухи надо выучить уроки, чтобы не опять выхватить ремнём по жопе. Так он мало-помалу втянулся в учёбу и вышел в отличники. Отличника в классе уважают. А уважение – это польза. Хорошие знания завсегда пригодятся. Ещё одна польза.

После школы пацан поступил в политехнический и стал толковым инженером. Инженер – профессия зачётная. Значит папанин ремень принёс в первый момент как бы вред, потому что пацанчик от боли орал, и жопа в синяках, но в оконцове польза всё-таки перевесила. Потому что так бы вырос пацан гопником и попал бы на зону. Или отслужил в стройбате, вернулся и работал бы на бетономешалке со всякими ублюдками.

Бездарная работа и бездарное окружение. Значит, вред. А папашин ремень помог сыну этого вреда избежать. А то, что помогает избежать вреда, приносит пользу. Хотя бы даже и ремень. Но если считать, что было это в советские времена, так рабочий на бетономешалке получал втрое больше чем инженер в конструкторском отделе. Деньги – это польза, если их правильно тратить. Упустить пользу – это вред. Получается, что во всём есть где-то польза, а где-то вред.

Вот только пацанчик, не приученный работать головой, да при таких деньгах непременно бы спился и все свои заработки пропивал, да так бы и сдох от пьянки. Получается, что одна и та же вещь, взять хоть и деньги, могут принести пользу, а могут и вред – смотря как с ними обходиться. И от больших денег может быть один сплошной вред, а от маленьких денег не так много и пользы, зато нет никакого вреда, если не считать того, что во всём надо ужиматься. А ужиматься – тоже вред. Но спиться и подохнуть – гораздо больший вред. Значит, из двух зол надо выбирать меньшее.

Вот так непросто она работает, оценочная деятельность человека, даже самая простенькая, только с точки зрения вреда и пользы. А ведь в жизни человеку приходится делать гораздо более сложные оценки и жизнь свою постоянно перемерять со всех сторон. И при этом оказывается, что нет ни абсолютного добра, ни абсолютного зла, а всё зависит от намерений субъекта и от его способности обращать различные ситуации себе на пользу.

Другими словами, чёткий пацан с тренированным телом и некислыми мозгами видит в мире гораздо больше добра и меньше зла, потому что знает как избежать вреда и извлечь пользу из любой ситуации. И наоборот, унылое гавно, который нихуя не умеет, всё хочет, и всем завидует, во всём видит зло. Даже в этом толковом пацане, который, рискуя жизнью, выпрыгнул на проезжую часть и отвесил ему пенделя под жопу, вытолкнув его из-под ЗИЛа, который его уже почти переехал.

Вернёмся теперь опять к философии и рассмотрим категорию воздействия. Рука плотника воздействует на молоток, молоток воздействует на гвоздь, гвоздь воздействует на доску, а доска на на строящуюся стенку сарая, к которой плотник эту доску пришивает гвоздями.

Доска тоже воздействует на гвоздь, и если плотник с утра нахуячился, и молоток у него в руке гуляет, то при кривом ударе от обратного воздействия доски гвоздь согнётся червяком. Таким образом, этиловый алкоголь через посредство организма плотника воздействует на гвоздь.

Этого воздействия конечно можно было бы избежать, если бы плотник был не мудак и не пришёл бы на работу датый. А если плотник вообще по жизни мудак, и за инструментом не следит, то у него от удара головка молотка сорвётся с рукоятки, улетит в угол и расшибёт там чекушку водки, приготовленную на обед. И правильно сделает.

Отсюда следует философский вывод, что нет в природе такой вещи как одностороннее воздействие, а есть взаимодействие. То есть, если одна вещь воздействует на другую, то эта другая воздействует на первую.

Тем не менее, в определённых случаях мы можем пренебречь одним из направлений взаимодействия и брать в расчёт только ту из них, которая включена в рассматриваемую причинно-следственную цепь.

Например, когда топор палача отрубает голову приговорённого к повешению (такие ошибки в судебной практике происходят сплошь и рядом), то обычные граждане думают только про то, как топор воздействует на шею. И только палач знает, что шея казнимого хоть и совсем немножко, а всё же тупит инструмент. Поэтому он проверяет остроту лезвия и подтачивает свой любимый топор по мере необходимости, на то он и профессионал.

Так или иначе, а есть у человека такая особенность мышления – рассматривать только воздействия молотка на гвоздь, топора на шею или повышения налогов на наполнение казны, не заморачиваясь на все сопутствующие воздействия и тем более, их отдалённые последствия, которыми человек решил пренебречь в рамках дискурса. А когда он потом за это пренебрежение поплатился, он так и не понял, за что и почему.

Вот поэтому категория воздействия успешно продолжает существовать в философии. А в философию она пришла из практики – откуда же ей ещё-то придти. Хуёвая она, в общем, эта практика, как мы ещё не раз увидим при анализе экономических процессов, а соответственно, и философия не лучше.

Короче, так: при серьёзном анализе категория воздействия должна использоваться только для того, чтобы разложить сложное взаимодействие как бы по векторам, и изучать каждый вектор по отдельности. А вовсе не для того чтобы какой-то из векторов посчитать ненужным и выкинуть из тензорного уравнения к хуям собачьим.

Исключение составляет только тот случай, когда что-то воздействует на тебя так, что после этого воздействия тебя уже ничего не колышет.

Теперь, после того как наш краткий экскурс в философию прояснил, что такое воздействие, мы можем точнее сформулировать понятие добра и зла, пользы и вреда, опасности и безопасности.

Итак, польза (она же благо) – это то, что помогает тебе жить лучше и дольше. А в ситуации когда тебе жизнь в тягость и исправить это не представляется возможным, помогает тебе эту гадость без лишних мучений прекратить. Ну, а вред, соответственно, наоборот.

А если что-то помогает тебе прожить лучше, но меньше? Или наоборот, хуже, но дольше? Это тогда как – польза или вред? Тут всё зависит от того, к чему ты стремишься – пусть меньше но лучше или хуже но дольше. А ты говоришь, а если я хочу и лучше и дольше?Ну, тогда тебе всё во вред, и добра ты в этом мире никогда не увидишь.

А добро – это такой вид воздействия, который приносит пользу тому, на кого оно воздействует. Соответственно, зло – это такой вид воздействия, который приносит вред. Источник воздействия в первом случае называют добрым, а во втором – злым. А есть ещё такая вещь как опасность.

Чтобы понять, чем опасность отличается от вреда, необходимо ввести в модель такое понятие как вероятность. То есть, опасность – это не вред, а только вероятность причинения вреда. Если вероятность реализовалась, и опасный объект уже воздействует на человека, то он кокретно приносит вред. Поэтому выражение опасное воздействиене имеет смысла. Воздействие может быть только вредное или полезное. Или в редких случаях, нейтральное.

Исходя из сказанного источник опасности отличается от источника вреда тем, что источник опасности может принести вред, например, при неумелом обращении. Но есть вероятность, что может и не принести. А источник вреда – это то что приносит вред сразу, со стопроцентной вероятностью.

Итак, опасностью называется вероятность пострадать от какого-то вреда. А безопасность – это отсутствие такой вероятности. А как назвать одним словом вероятность получить какую-никакую пользу? Чтобы жить стало чуток получше. Мысль о такой вероятности, а не сама вероятность, называется светлым женским именем Надежда. А сама вероятность каким словом? А нет такого слова! Есть только выражение благоприятная ситуация”.

А есть ещё выражение неблагоприятная ситуация”. Это значит, что пока непосредственной опасности ещё нет, но если так дальше будет продолжаться, то она будет. А неблагоприятная она потому что если ничего не делать или делать неправильно или несвоевременно или не в полном объёме, то оно никак не поможет. А если вообще ничего нельзя сделать, то это называется ”безвыходная ситуация”. То есть, пиздец, если одним словом.

Для чего я выписал все эти ситуации? Для того чтобы показать, как работает естественное мышление в процессе анализа и моделирования явлений, и как оно использует широко употребительные понятия естественного языка, и извлечь из практически бессознательной и потому нисколько не формализованной работы обыденного мышления пусть слабо формализованный, но всё же метод.

Этот метод нам пригодится, когда мы будем создавать набор управляющих переменных для моделирования такой сложной сущности как человеческий капитал, и в его составе – человеческий потенциал. Напомню, мы уже пришли к выводу о том, что характер вывихов в современной экономике заставляет заподозрить, что нехорошее происходит именно в этой сфере.

6. Социально-политические и социально-экономические мегатренды.

В этой главе я постараюсь обозначить наиболее значимые изменения в человеческом социуме, которые в свою очередь изменили глобальные экономические условия. Эти изменения придётся анализировать со всех сторон, чтобы понять где они принесли пользу, а где вред, и каковы перспективы.

Первое изменение я уже отметил – это глубокое проникновение агрессивного маркетинга в частную жизнь. Это проникновение объясняется возросшей материальной обеспеченностью платёжеспособной части населения. У людей, продающих более-менее квалифицированную рабочую силу, всё есть – еда, одежда, жилище, транспортные средства, бытовая техника, средства для развлечения. Они уже накупили дорогостоящий крупняк, и теперь в основном покупают только расходные материалы, а на них много не наторгуешь.

Чтобы заставить покупателя продолжать тратить деньги, когда у него уже всё необходимое для жизни есть, надо заставить его поменять что-то, что у него уже есть. На это направлен соответствующий технический подход. Перечислим основные варианты:

Предложить что-то внешне намного более привлекательное, чтобы владелец трейданул имеющийся аппарат и взял новую цацку. Поменять дизайн, отделку салона, увеличить зеркала.

Или более навороченное по функциям. Поставить на руль телефон, экран навигатора размахнуть на всю панель, воткнуть спутниковое радио, вторую пепельницу, подруливатель для сохранения рядности и парковочного ассистента. В идеале – автопилот.

Или впарить что-то более брендовое и понтовое, чтобы обладатель этой вещи мог гнуть пальцы. Вместо Тойоты предложить Лексус, вместо Хонды – Акуру.

Или придумать что-то новое, чего раньше не было. Например, Теслу на электрической тяге с шайтан-аккумулятором.

Или лепить голимое гавно в конфетной упаковке, чтобы оно рассыпалось в труху как только отходило по гарантии, без надежды отремонтировать. Это Киа с Хундяем.

Или сделать так чтобы ничего не могли ремонтировать своими руками даже по мелочи, и тащили в дилершип по каждому пустяку и платили конские бабки. Опломбировать основные узлы или сконструировать их так чтобы они разбирались только специнструментом, который нигде не продают, поставить секретные коды на бортовой компьютер и тому подобные подлянки.

При любом ремонте вместо замены вышедшей из строя детали, которая стоит сорок баксов, заменять весь модуль за полторы тысячи.

Гарантию продавать только на те модули, которые практически не ломаются, а всё что сыплется исключать из гарантийной замены мелким шрифтом.

Разумеется, подобный подход к потребителю можно увидеть не только в автопроме, а практически везде.

Кроме технического подхода к деньгам потребителя есть ещё и рекламно-маркетинговый подход. Он заключается в том чтобы во-первых, заёбывать потребителя рекламой всюду где можно – в телевизоре и радио, в интернете, в офисе, наружной рекламе. Чтобы у человека от рекламы рябило в глазах. Рекламщики вероятно считают, что человека надо прессовать рекламой до тех пор пока у него не начнётся эпилептический припадок.

Вторая часть атаки на свободу воли потребителя заключается в том чтобы окружить его частную жизнь плотнейшей слежкой. Шпионить за ним в социальных сетях, нашпиговывать его компьютер следящим софтом, изучать все его привычки, социальные предпочтения и интересы, изменения жизненных условий и финансового статуса, чтобы не пропустить момент когда по всем признакам он может что-то купить. И в этот момент, не дожидаясь пока потенциальный покупатель созреет, с лютым напором попытаться впарить ему всё что можно выжать из ситуации.

Получается интересная вещь. По мере усложнения технологической, юридической и социально-политической составляющей экономики, финансово-технократическая элита выбрасывает из активной творческой деятельности всё больше людей, не способных справляться с возросшими информационными нагрузками. Квалифицированный труд вымывается их экономики и всё больше подменяется унылым сидением в офисе на простейших трудовых операциях. В то же время труд оставшейся творческой части интенсифицируется, требования к объёму и глубине знаний растут, и ведущие корпорации выискивают и переманивают суперспециалистов как футбольные клубы суперталантливых игроков.

Можно также проследить тенденцию уменьшения стоимости промышленного производства за счёт глобальной унификации базовых элементов. Как программисты больше не пишут код, используя операторы языка программирования, а собирают его из библиотечных классов, так и инженеры конструируют изделия не из отдельных элементов, а из готовых модулей. При этом уменьшается время и стоимость разработки нового изделия, а промежуток времени между окончанием НИОКР и началом серийного выпуска становится всё короче.

Всё увеличивающаяся модульность современной индустриальной системы изменила основные принципы распределения и хранения знаний в обществе. Когда инженеры-конструкторы начинали обдумывать решения с физических характеристик наиболее подходящих материалов, фундаментальные знания и системный характер мышления были необходимы, и ими обладал весь инженерный корпус. На всех основных предприятиях работала масса квалифицированных и широко эрудированных специалистов.

С приходом модульных технологий в основные сферы экономики фундаментальные знания оказались не нужны большинству прикладников, и они инкапсулировались в горстке ведущих лабораторий, где и на них был наложен гриф секретности как и на любую интеллектуальную собственность компании. На наших глазах происходит приватизация фундаментальной науки и всё ускоряющаяся имущественная поляризация в области знаний. Распределение знаний в обществе происходит не менее уродливо чем распределение национального дохода. Образование, как и все прочие услуги, дорожает, становится всё менее доступным, при этом вместо фундаментальных академических знаний и постановки системного и профессионального мышления студентов накачивают популистской либеральной идеологией, уродливо смешанной с элитарностью, и выдают никчемные дипломы, с которыми нельзя получить нормальную работу.

В постиндустриальной среде со знаниями произошла та же самая метаморфоза что и с персиками и с клубникой. Раньше они была местные и вкусные, а потом их стали выращивать централизованно и развозить в супермаркеты по всей стране. В результате персиками можно забивать гвозди, клубнику приходится резать ножом, а твердокаменные несъедобные яблоки хотелось бы запихать в жопу производителям.

Увеличение модульности производства и тесно связанный с ним процесс вымывания знаний из трудовых ресурсов имеет сугубо экономические корни. Дешевле платить миллионы небольшой группе суперспециалистов-разработчиков и жалкие гроши всем остальным всем участникам производственного процесса чем достойную зарплату всей массе производственников.

Поэтому ведущие разработчики обязаны создавать предельно технологичные конструктивные решения. Технологи стали более важной фигурой на производстве чем конструктора. Они тщательнейшим образом разрабатывают технологические процессы, с упором на удешевление производства и эффективный аутсорсинг, так чтобы производственный процесс мог без ущерба обходиться дешёвой рабочей силой, приученной безукоризненно следовать инструкциям и жёстко соблюдать технологическую дисциплину, при минимуме знаний и умений.

Точно так же фундаментальные знания вымываются из медицины, где врачи из клинически думающих специалистов превратились в клерков в белых халатах, сверяющих результаты обследования с инструкциями и лечащих больных по официальным протоколам (вспоминается немеркнующее Гашековское касторка и клистир!” “промывание желудка и хинин!”).

Централизация конструкторско-технологической мысли и повышение её материальной вооружённости делает производство всё меньшей проблемой в экономике, а эффективный и прибыльный сбыт готовой продукции всё большей проблемой. Поэтому производственники всё меньше в цене, а продавцы, торговые агенты, маркетеры и рекламщики, которые толкают продажи, ценятся всё больше.

В жестокой борьбе между конкурирующими компаниями за потребителя всё больше повышается роль корпоративных адвокатов, которые бодаются за права компании на торговые знаки, патенты и прочие спорные предметы.

Важно понимать, что у продавцов условия работы совершенно иные. Несмотря на то, что существует великое множество корпоративных методик впаривания и убалтывания для торгового персонала, невозможно инкапсулировать разработу методик продаж в элитных подразделениях и спускать сверху набор инструкций тупой неквалифицированной рабочей силе, работающей за копейки и делающих продажи на многие миллионы.

В отличие от производственников, хорошим продаванам надо платить соизмеримо с денежными объёмами их продаж, иначе продаван перебежит к конкуренту, и продаж просто не будет, потому что продавать станет некому.

Умение продавать гораздо более связано с индивидуально-психологическими особенностями продавца. Нельзя стать хорошим продавцом без врождённых способностей, таланта, как нельзя без таланта стать хорошим художником или музыкантом.

Таким образом, в постиндустриальных условиях фундаментальные знания в массе работников стремительно заменяются вульгарной наблатыканностью в области психологии продаж, и менталитет населения по качеству всё более смыкается с менталитетом тюремных ветеранов, признанных экспертов жёстких психологических тёрок.

Широкий спектр знаний и умение системно мыслить в постиндустриальных условиях потеряли ценность. Зато резко поднялись в цене знания психологии потребителя, умение втереться в доверие, уболтать, поднажать, поднаебать когда можно, и таки впарить товар лоху, там где все остальные не смогли.

Получается весьма уродливая картина развития. Фундаментальные знания, которыми всегда гордились специалисты, стремительно изгоняются на задворки цивилизации, а мутное умение добиваться желаемого от людей всеми правдами и неправдами становятся всё более ценной и массовой суммой знаний. Технологический полюс экономики становится всё более инкапсулирован в элитарных сферах, а социальный её полюс всё более дегуманизированным и агрессивным, поистине иезуитским.

Образно выражаясь, население не только обобрали, но ещё и опустили, как в беспредельной хате.

Несомненно, к таким уродливым последствиям привела неизменная парадигма капитализма, согласно которой движущей силой экономики является только чистая прибыль и постоянно самовозрастание капитала. Но в условиях ограниченных ресурсов самовозрастание не может продолжаться бесконечно.

По исчерпании экстенсивных ресурсов развития, то есть новых рынков, капитал отчаянно ринулся на стезю удешевления производства. Произошло небывалое в истории ограбление трудящихся в плане знаний, умений и квалификации, инспирированное с целью уменьшения существенной статьи производственных расходов – заработной платы. Но поскольку работник является также и покупателем, уменьшение его доходов подкосило платёжеспособный спрос, что свело на нет все усилия производителей по удешевлению себестоимости за счёт заработной платы.

Я пока не буду вдаваться в социальный аспект и описывать социально-культурные последствия беспрецедентного вымывания знаний у населения. Ограничусь лишь указанием на резкое возрастание невротизации и депрессивных состояний у населения, потерю нравственных ориентиров, тревожность и неуверенность, свойственную неинформированным и необразованным людям, расцвет всяческих культов, мифов и суеверий, повышенная внушаемость и зависимость от социальных индукторов – всяческих медийных идолов, селебритиз, телепроповедников, социальных сетей и так далее.

Потерявший навыки социальной навигации, объедаемый со всех сторон кровожадной стаей маркетинговой пираньи, уродливый кит постиндустриального общества осатанело бьёт хвостом и готов выброситься на берег. Каков будет этот берег, никому не ведомо.

7. Влияние постиндустриальной экономики на человеческий потенциал.

Религия и маркетинг чрезвычайно схожи в том, что они являются ловцами человеческих душ. Более того, они и ловят-то их с одной и той же целью: подсадить клиента на свой продукт и регулярно изымать у него бабло. Разница только в продукте. У коммерсов это разные ништяки и прибамбасины, а у божьих людей – голимый базар, и ни хуя более.

Во всём остальном рыночная конвергенция свела разницу на нет. Религиозные организации коммерциализованы до предела, а религиозному накалу корпоративного духа в компаниях могут позавидовать даже радикальные исламисты. И вся эта агрессивная, по-армейски организованная шобла-ёбла непрерывно давит на слабые мозги массового потребителя со страшной индустриальной мощью, как не умеют самые отмороженные выблядки из зомбоящика.

И надо сказать, давить на дремучее мутное сознание необразованного плебея эта религиозно-маркетинговая блядвотура умеет весьма искусно. Вот, к примеру, что означает ещё не забытый в народе простенький с виду лозунг Кто не в Праде, тот лох”? Сперва ведь думаешь по наивности, что он лох, потому что у него нет бабок купить Праду. Но на самом деле всё не так просто.

Натурально, если у пассажыра нет бабок, то он не лох, а обыкновенный нищеброд, то есть, тупое никчемное жывотное, потому что с него нечего взять. А вот если у него бабки есть, а он, сцуко, до сих пор Праду не купил, вот тогда он конкретный лох. То есть, тупое жывотное с бабками, которое не желает или просто ещё не вкурило, как стать неповторимой личностью.

Вот такой он непростой этот маркетинговый лозунг. Казалось бы, обыкновенная тупая подъёбка для дебилов, а смотри как резво она психологически встраивает Праду в ядро личности.

Давайте разберёмся с точки зрения науки, как это происходит. Для этого рассмотрим какую-нибудь уникальную личность и попробуем разобрать её по составу как грамматическое предложение. Сразу выясняется, что таких личностей повсюду дохуя, и перепутать их было бы как нехуй делать. Но по воле Божьей каждая личность имеет опознавательную часть организма на передней поверности головы. То есть, конкретно, ебальник.

Помимо умного красивого ебальника, у неповторимой человеческой личности есть ещё целый ряд уникальных характеристик, таких как рост, вес, анатомические подробности (длина, диаметр и продолжительность эрекции у мужской особи и вагинально-топологические характеристики у женской: коронка, средняя или сиповка). А помимо того, индивидуальные черты характера, такие как тупость, жадность, наивность, наглость, лень и выёбистость. А также размер зарплаты или нетрудовых доходов, марка и год выпуска автомобиля, на котором ездит личность, во что одевается, куда ходит, что пьёт и что курит и тому подобная хуета. А теперь, сцуко, есть ещё и Прада.

Вот так, по отдельности, вроде хуета, а всё вместе – личность. Давайте теперь выделим среди массы личностных характеристик системообразущие факторы. Другими словами, какие главнейшие признаки делают тупое двуногое жывотное личностью?

Ну понятно, у мужской личности это наличие бабла и умение им пользоваться. А у женской личности это прежде всего отпадные сиськи и умение правильно делать минет, а также юзать кульные словечки в разговоре, элегантно лезть без спроса за пивом в чужой холодильник, предпочитаемая поза в сексе, любимый напиток в баре, манера стряхивать пепел в кофейную чашечку, атасная причёска, чёткие тату, запах дезодоранта, цвет маникюра, задумчивое выражение лица, с которым женская личность смотрит порнофильмы, и так далее.

Одним словом, достаточно немного пообщаться и выяснить, что весь набор необходимых признаков имеется в наличии, после чего можно смело делать вывод: да! Это, беспесды, личность!

И тут у приценивающегося к тебе субъекта как раз и срабатывает Гениальная Маркетинговая Прошивочка: если у тебя сигареты не Ротманс, а Мальборо, или тачка не Порше, а Лексус, ты всё равно незабываемая феерическая личность, если на тебе есть Прада. Но если на тебе нет Прады, то даже последнему бомжу понятно, что никакая ты, фпесду, не личность, а натуральный лох!

И от этой прошивочки ты никуда уже не денешься. Купи, сцуко, Праду и стань уникальной и неповторимой личностью, как все!

Давайте вспомним теперь, как учёные определяют предмет экономической науки. Экономика, в её классическом определении – это наука о том как человеческое сообщество производит, распределяет и потребляет редкие ресурсы. То есть, по большому счёту, это наука о том как ведут себя люди, когда они не могут получить всё что хотят, и постоянно приходится выбирать то что нужнее всего.

Приведённый выше пример, изложенный для большей убедительности колоритным до гениальности интернет-языком удаффкомовских пАдонков, показывает, что когда умственно недоразвитый никчемный люмпен, составляющий большинство населения, не подыхает от нищеты, голода, холода и болезней, как ему бы следовало, и его потребности в безопасности и в комфорте удовлетворены за счёт высокой автоматизации производства, единственной его актуальной потребностью остаётся статусная потребность в её крайне примитивном понимании.

Соответственно, потребление с целью удовлетворения действительных нужд всё больше замещается неуклюжим, примитивным и разорительным статусным потреблением. Если в средние века плебей был безумно счастлив когда ему удавалось съесть кусочек мясца, то в нынешние времена он счастлив только когда он может напялить на себя дорогую и модную цацку и показать всем окружающим, какая он неповторимая личность.

Ну а если серьёзно, то неповторимость человеческой личности объясняется выраженной вариативностью строения и функции человеческого мозга, которая по мнению специалистов достигает уровня межвидовых различий. В очень незначительном проценте случаев на свет появляются особи с высоким интеллектом, целеустремлённостью и беневолентностью, благодаря которым креативность такой особи на многие порядки выше чем у никчемного говна, составляющего основную часть населения.

Благодаря этой немногочисленной когорте одарённых предшественников произошла научно-техническая революция, укрупнение и автоматизация производства, и человеческая история после многих тысячелетий нищеты и мытарств вышла на виток относительного изобилия. Этот виток сопровождался резким увеличением разрыва в информационной вооружённости между элитой и плебеями, который в свою очередь привёл к наблюдаемому нами имущественному неравенству.

Высокая генетическая вариативность вида homo sapiens делает возможным как быстрое интеллектуальное и эмоциональное развитие отдельных подгрупп этого вида, так и его быструю деградацию. В постиндустриальную эпоху мы наблюдаем дивергенцию homo sapiens, которая может привести к созданию нескольких видов.

Так мы наблюдаем становление крайне немногочисленного вида ”человек интеллектуальный”, к которому надо отнести ведущих учёных, представителей искусства и предпринимателей, работников элитных исследовательских лабораторий, конструкторских и технологических бюро и так далее.

Наиболее же многочисленный вид, назовём его ”человек никчемный”, создаётся быстрыми темпами в результате деинтеллектуализации и дегуманизации труда в эпоху крупного автоматизированного производства. При этом самые никчемные особи, неспособные ни к труду ни к творчеству, не уничтожаются естественным отбором, а напротив, поощряются к усиленному размножению жирным слоем социальных пособий.

Таким образом, уже в следующем поколении мы видим массу дегенератов с грубыми психическими отклонениями, которые не способны найти для себя позитивной социальной роли и остаются маргиналами на всю жизнь. Население из трудовых резервов стремительно превращается в массу неспособных к труду дебилов и подонков, озабоченных в основном половыми и статусными проблемами и стремлением развеять постоянную скуку небезопасными для общества способами, чему немало способствует городская скученность населения.

Вышеописанные изменения можно смело характеризовать как поведенческую клоаку”, известную из эксперимента Вселенная-25. По сути, это надвигающаяся социальная катастрофа. Но общество, движимое капитализмом, как мы знаем, благотворительностью не занимается. Его цель – увеличивать чистую прибыль, а для этого надо увеличивать продажи. Маркетинговые исследования установили, что стимулировать рост продаж гораздо быстрее и дешевле умелым разжиганием статусных потребностей несчастных ублюдков чем попытками развивать их интеллектуально и духовно и делать их потребление более осмысленным и сбалансированным.

Понятно, что постоянная озабоченность статусной потребностью не только не повышает и без того крайне низкого интеллектуального, а следовательно и трудового потенциала населения, а напротив, ускоряет его и без того быструю деградацию. Да, действительно, мощные средства производства извергают невиданное ранее в истории количество материальных благ. Но при этом вклад населения в это производство становится всё меньше, а вклад машинной части всё больше.

В то же время заработная плата работников, занятых на примитивных трудовых операциях, оценивается по их реальным трудовым усилиям и квалификации. И она слишком мала чтобы работники могли купить все произведённые материальные блага. Хорошо бы конечно если бы промышленные роботы начали получать зарплату и тратить её на покупки, но пока они к сожалению ещё не научились бороться за свои права и работают бесплатно.

В результате вышеописанных изменений сильнее всего страдает распределительная часть экономики. Тупым неквалифицированным работникам не за что платить приличных денег. А таковых подавляющее большинство. Но поскольку им платят мало, то и их покупательная способность крайне низка. В результате экономика задыхается от нехватки позитивного человеческого капитала как двигатель внутреннего сгорания от нехватки кислорода.

Но предприниматели не могут платить массе дебилов за дебильный труд соизмеримо с тем что они платят интеллектуалам за крайне напряжённый и ответственный интеллектуальный труд. Иначе интеллектуалы предпочтут работать на дебильной работе и использовать свой интеллект для собственного развлечения, что им будет гораздо интересней.

Интеллектуалам надо платить намного больше чем дебилам, и поэтому с целью дальнейшего удешевления стоимости продуции интеллектуалов на производстве становится всё меньше, а дебилов всё больше. Соответственно меняются эти пропорции и в обществе. Дебил – он дебил не только на производстве, он везде дебил.

Налицо антагонистическое противоречие, как выражались бородатые классики недоброй памяти марксизма-онанизма. Противоречие между интересом капитала увеличить прибыли за счёт удешевления производства, приводящим к деградации общества, и интересами общества, которое должно развиваться, а не деградировать.

Совершенно ясно, что продолждать кредитные вливания в экономику с целью заработать на кредите совершенно бесполезно. Заёмные деньги могут быть использованы для увеличения объёмов, улучшения качества и расширения ассортимента производимой продукции, но без равенства совокупной оплаты труда и ВНД выпускаемая продукция никогда не будет продана, а следовательно экономика будет обречена на постоянную рецессию вызванную всё большим дефицитом оплачиваемого спроса.

Единственный вид инвестиций, который может преодолеть системный кризис человеческого капитала и со временем оживить экономику – это долгосрочные целевые инвестиции в человеческий капитал. В воспитание и образование будущих работников, в качественное изменение структуры их потребностей, в интеллектуализацию и гуманизацию условий труда и превращение монотонного подневольного наёмного труда в творческий процесс, требующий качественного образования и высокой квалификации.

Такое преобразование общества не под силу ни банкам, ни предприятиям. Оно требует длительных, интенсивных скоординированных усилий гражданского общества и государства. А для этого на чиновничьих должностях должны сидеть не глумливые обезьяны в костюмах и галстуках, озабоченные своими материальными, половыми и статусными проблемами, а умные и патриотичные государственные работники. Но кто повыгоняет мразь с чиновничьих мест, и где взять нормальных людей чтобы их заменить?

Общество, движимое рыночным мотиватором под названием чистая прибыль загнало себя в цугцванг. Наблюдаемые изменения в экономике – это всего лишь видимая часть общественно-политического айсберга, современное общество всё более становится похожмс на Вселенную 25, и дальнейшая его эволюция в том же направлении вполне может завершиться катастрофой, сравнимой по ущербу с мировой войной.

Возможно что только такая катастрофа может быть подтолкнуть общественное сознание к качественным изменениям, достаточным для осознания проблемы во всей её полноте и созданию принципиально новых принципов стимулирования экономики, не оторванных от развития личности, как рыночные методы, а полностью интегрированных с всесторонним развитием человека и зависящим от качества всей массы человеческого материала, а не только от его тонкой интеллектуальной прослойки, талантливо организующей производство, и совершенно не способной организовать достойное и справедливое распределение не только материальных благ, но также и знаний, умений, культурных ценностей и всего что нужно человеку для того чтобы он развивался, а не деградировал интеллектуально и духовно, несмотря на всю мощь постиндустриальной экономики.

Грядущая катастрофа вероятнее всего проявит себя в виде коллапса пенсионной системы и систем социальной безопасности и приведёт к вымиранию деградировавшей части населения, полностью утратившей навыки выживания в отсутствии мощной жизнеобеспечивающей инфраструктуры. Тем не менее, колоссальные потери в количестве населения Земли могут оказаться идеальными условиями для тотальной перезагрузки общества и предшествовать началу его развития на более сбалансированных принципах стимулирования труда и общественной деятельности, увеличивающих человеческий капитал и дающих каждому возможность найти позитивную роль в общественном производстве и в частной жизни.

Как будет происходить восстановление, и какие системообразующие детерминанты будут положены в его основу, предсказывать рано. Скорее всего, новое понимание сущности человека и общества и новые принципы общественного устройства будут постепенно найдены лишь после того как окончательно развалится перекошенная до предела общественная и экономическая постиндустриальная инфраструктура.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ……

Писательская депрессия, во всей красе

Сперва причина. Загнал себя в неё сам. С какого то ляда решил что мои аудиокниги на английском языке будут продаваться. Потратил полгода жизни, сочиняя текст, музыку, записывал, редактировал, продаж нет. Переслушал несколько раз. Видимых ошибок нет. Качество приличное. Тематика интересная. Продаж нет. Недосыпал, сидел сотни часов в звуковом редакторе чтобы сделать девять часов звучащего текста. С разгона начал писать вторую книжку чтобы помочь первой продаться. Выложил печатный вариант. Сделать аудио сил не хватило.

После этого. Сил едва хватает на работу. Постоянно хочется спать, но стоит лечь чуть пораньше, подбрасывает как электрошоком. Мозги не соображают. От слова совсем. Хочется что то прочитать чтобы отвлечься, но текст не воспринимается. Полностью поменялось чувство времени. Время не идёт совсем, стоит на месте, и его ничем не сдвинуть вперёд. Интереса ни к чему нет. Все дела делаются на автомате, без удовольствия. Неожиданно время, которое стояло, прыгает вперёд, и вдруг оказывается что если сейчас лечь спать, то через 6 часов уже вставать. Когда оно успело? Оно же стояло.

Периодически хочется застрелиться нахуй, но лень искать пистолет. Его ещё надо почистить и зарядить. После того как застрелишься, надо замыть кровь, или мозги или чо там ещё выливается из человека после того как он застрелился, а в застреленном состоянии это сделать будет трудновато.

Хочется поймать живое существо и зверски выебать. Женщину, собаку, свинью, козу, овцу, белку, крысу, главное чтобы у неё была пизда, и чтобы она истерически визжала во время процесса. После употребления выебанное существо спустить в унитаз, а самому встать под душ. Желание до сих пор не осуществил. Нет сил.

На дороге все машины превратились во врагов. Раньше они мне не мешали ехать, а теперь как сцуки все побесились. Никак не могу никого объехать. Хочеться пересесть на тяжёлый танк и передавить всех уродов к ёбаной матери.

Коньяк не берёт. После употребления вместо того чтобы приятно попустило и наступило облегчение, наступает утяжеление. На верхнюю часть организма наваливается какая то тяжесть, настроение становится совершенно угрюм-бурчеевское, и хочется разбить бутылку с напитком, который утерял благотворные свойства, об кафельный пол. Пока не разбил. Лень, и денег жалко.

Писать и читать в этом состоянии совершенно невозможно, поскольку не работает соображалка.

Ещё в голове постоянно какое то мерзкое ощущение, что оттуда выкачали весь воздух вакуумным насосом, и остался там один вакуум, а мыслей никаких. Остались, правда, ещё матерные слова, но соединять их в выражения, имеющие смысл, я больше не могу, а бессмысленный мат — это ужасно пошло.

С какого то хуя губы обметало мелкими пузырями системы «герпес», а во рту с утра как будто кошки насрали, это наверное от рефлюкса. Так в принципе вроде вполне здоров за мелкими исключениями, а ощущения такие что аж всего выворачивает. И крутятся в голове какие то подленькие мыслишки, что всю жизнь проебал, хуйнёй маялся, когда умные люди бабки зарабатывали и загодя думали о старости и прочих паскудных вещах, о которых я всегда думать боялся.

Короче, депрессия — это ужасная мерзопакость, и надо жрать амитриптилин, которого у меня дома нет, а идти сдаваться доброму доктору и объяснять ему что я не псих, а просто писатель, книжки которого не читают и не покупают, тоже в лом. Наверное надо переходить с коньяка на водку или на текилу. Или уезжать в другой штат, где можно легально курить шмаль. Потому как заебало уже так, что как оно блядь меня заебало, так уже заебало, что просто заебало, уже так что ну просто заебало, что блядь жить уже нельзя, вот как оно меня заебало. Заебало до куриной печёнки.

Слова перестали звучать и стали неинтересны. В нормальном состоянии они всегда складываются в мелодию, а сейчас даже не шелестят, а издают какой то мерзкий скрип, напоминающий ковыряние проктолога в чьей-то жопе.

Вот так вроде ничего совсем в жизни не поменялось. Снаружи. Тот же ёбаный офис на работе с люминисцентными ёбаными лампами, которые выжигают жизнь из мозгов. Та же дорога домой с ёбаным трафиком. Те же ёбаные дожди каждый день. Та же квартира с кучей ненужных вещей.

Но ещё неделю назад это не напрягало. Был занят. Писал, редактировал, работал над звуком. Потом вдруг силы кончились, и пиздец. Потому что началась депрессия. Или наоборот — депрессия началась потому что силы кончились.

Нахуя я родился писателем? Ну нахуя?

Когда святые сволочеют

Вот и сегодня российский интернет переполнен соплями и воплями изобиженных россиян, которым резко понизили качество жизни в виду нехватки бабла. Я этому нисколько не удивляюсь. В России так было всегда. Когда с неба сваливаются всякие фкусности и бесплатности, то все радуются, делают друг другу подарки, душевно напиваются вместе, пляшут, поют, устанавливают на гранитные постаменты всякие памятные сувениры, и под этими же постаментами от полноты радостных чувств дружески бьют друг другу в ёбла. Короче, самая радостная русская радость всегда была и навсегда останется ХАЛЯВА, которая переводится с иврита как “молоко”. Такое вот бесплатное молоко за вредность для русских. Вредность – это сам факт проживания в России.

Но картина меняется диаметрально, радиально и даже не побоюсь сказать, ортогонально, как только халява улетучивается, и материальных благ становится на всех мало. Тут вступает в силу старинный русский закон – Каждая сволочь сама за себя! И даже если ты по природе вещей не сволочь, ты обязан немедленно стать первостатейной сволочью, потому что настали сволочные времена. Не можешь первостатейной, не умеешь, ну стань хотя бы сволочью второй статьи. Тоже неплохо. Ну хоть самой заурядной, поганенькой сволочишкой, но стань, голубчик! Уж не погнушайся, а то ведь и не выживешь.

Что делают Русские Святые – это мы все знаем. Русские Святые – это страстотерпцы. Страстотерпие – это главное русское чудо. Святые, они чо? Их страсти обуревают, а они терпят. Им хочется славы, популярности, икры, хамона, а они терпят. Хочется насовать ближнему в табло, а они терпят. Хочется яхт, мерседесов, бизнес джетов, собственных островов в тропическом заполярье, а они терпят. Хочется чтобы жизнь прыгала на цырлах вокруг их неебически светлой личности, хочется праздника, фейерверков и голых баб с минентными губищами, а они блять – терпят! Всё это терпят, ещё и не такое терпят, и силы духа и мужества ни на минуту не теряют. И в этом как раз и заключается Великая Русская Духовность!

Но на то они и сволочные времена, и тем они и отличаются от тучных лет, наполненных сладкой Халявой, что в эти времена Великое Терпение кончается. В отсутствии Халявы Великая Русская Духовность не работает, и черви сомнения, нетерпения и сладострастия разъедают великую русскую душу до основанья. А затем…. А затем Святые неожиданно переходят на стороны сил зла и превращаются в Сволочей.

Русская Сволочь – это не какой то там монстр из Преисподней. Это обычный заурядный Русский Святой, которого Сволочные Времена пробудили от страстотерпия. Он проснулся и вдруг осознал, что нет смысла больше терпеть, потому что Халява закончилась. Когда вокруг все плавают в благонирванной, богом ниспосланной Халяве, терпеть страсти легко. Кажется – да хоть щас перестань я терпеть, и сию же секунда всё мне будет, в награду за моё долгое русскотерпение. На Халяву будет! Другое же дело – сволочные времена, когда ни одна тварь тебе в стакан водки не плеснёт. Всё было, а теперь ничего нет, и не будет. Вот в такие времена и происходит массовый перекид Русских Святых в Русских Сволочей.

Русская Сволочь – это перекинувшийся Русский Святой. Святой наизнанку. Со знаком минус. Все страсти, которые он раньше терпел, он им теперь всячески потворствует. Вся терпимость к чужим слабостям и грешкам превращается не то что в нетерпимость, а жгущую колющую ненависть к тем, за чьё духовное спасение ещё минуту назад страстотерпствовал.  Наебали, суки! Наебали! Я за вас! А вы… Где? Где Халява? За что я страсти терпел? И – да! И – хочется всего, и сразу и вперёд всех, и зуд, и жадность до тошноты, и любой кто протягивает руку к тому что вчера было Халявой, а сегодня стало Дефицитом, воспринимается как личный враг. И руку эту чужую хочется немедленно отгрызть по самые яйца. И протянуть свою, и захапать всё самому, и смачно и грозно сожрать, обливаясь слюной и пищеварительными соками, на виду у поганой шакальей стаи, которая ещё вчера, во времена Халявы, считалась людьми и была родней родных, и с которой хотелось поделиться самым сокровенным, чтобы усилить и увековечить праздник души.

А теперь, когда Мировая Закулиса лишила самых духовных в мире людей полагающейся им по праву рождения Халявы, какой может быть Праздник Души? Пока враги Халяву не вернут, или пока не удастся выгрызть её из горла Мировой Закулисы силой русского чудо-оружия, будут продолжаться Сволочные Времена.

Но Мировую Закулису надо убедить, что русским и без ихней Халявы жить припеваючи. И что не только охуевшим до святости Святым, а и каждой никчемной сволочишке на жизнь хватает не заграничной Халявы, а простых повседневных и посконных щедрот Русской Земли. И что Россию трудности только закаляют, и  готовит она, матушка, Железный Кулак, которым она вышибет причитающуюся ей Халяву из любого врага.

А потому видимость Праздника Души – надо поддерживать! В Сволочные Времена – видимость это самое главное! Видимость святости – надо поддерживать! Видимость могущества и великодержавия. Видимость Прогресса. Видимость заботы о ближнем. Видимость духовности. Благочинное, благопристойное, халявно-державно-величественное выражение лица – надо поддерживать!

Когда каждая душа выедена изнутри изнурительными страстями Сволочных Времён как змеиное яйцо, до полной пустоты – каждая харя должна быть наполнена величественным выражением до лёгкого треска. Но не каждая харя выдерживает. Некоторые хари куксивятся и плаксивятся, и портят величественную картину неуместными воплями, пытаясь давить на Жалость и Справедливость. Эти борющиеся за справедливость хари есть Внутренние Враги русского мира, и их надо пиздить и сажать в Яму с Гавном за одно только жалобное выражение голоса, лица и тела.

Все обвинения в попрании прав, агрессии, аннексии и прочих обыденных сволочных делишках, которые неизбежны в сволочные времена – отрицать с громогласным треском! Лучше начать отрицать в полную силу ещё до предъявления обвинений. Они ещё обвинять не начали, а мы уже всё отрицаем, чтобы они суки и не начинали!

В виду всей вышеописанной картины российский Интернет и вызывает столь смешанные чувства. С одной стороны, грозно и величественно прут оттуда на читателя контента надутые щёки, вундервафли, победные кличи, лязганье и бряцание, и давление бульдозером вражеской пропаганды. С другой стороны слышатся гневные отрицания – Россия к этой войне не причастна! Это они сами! Какая аннексия? По результатам референдума! Их там нет! А если они там есть, то это не они! Кто его сбил? Вы его сами сбили! Нет у нас никаких наёмников! У нас все – добровольно! А между этим имперским громыханием слышатся сдавленные вопли, писки и пиписки придавленных нуждой серых людишек, по которым санкционным бульдозером проехались Сволочные Времена, и в которых не нашлось достаточно гавна, чтобы стать нормальной полнокровной Сволочью и благополучно пережить отсутствие Халявы и новый виток холодной войны с  Мировой Закулисой, поддерживая величественную и нерушимую морду лица. Прав их видите ли лишили, жильё им ветхое, зарплата им маленькая, доктора им не те таблетки выписывают, интернет им запрещают, на митинги их не пускают, мысли им, блять, свободно выражать не дают…

Какие мысли? Какие на хуй мысли? Когда вся планета ополчилась против твоей страны, когда даже самым страстотерпным Святым пришлось перекинуться в Сволочей и отчаянно потакать своим страстям и обогащаться, и роскошествовать, чтобы набраться силушки богатырской, и защитить родную страну от мировой блудократии – какие могут быть мысли кроме как отдать жизнь как свечечку за то чтобы Главные Сволочи Страны наконец то обожрались всех благ, напружились мощью великой, и выполнили свою Вселенскую Миссию – вернули матушке России причитающуюся ей Халяву, и опять превратились в страстотерпцев! А они, суки, не понимают! А они – ерепенятся и имеют наглость требовать кусочек еды и хоть немножко уважения. Была Халява, был патриотизм. А пропала Халява, и погляди на них, блядей… За копейку еды Родину срамят! Приходится самим за них вопить во весь голос, как им хорошо живётся. И нещадно пиздить тех, кто пытается противоречить.

Ох и ох… Никакого удовольствия – читать русский интернет в Сволочные Времена. И Главные Сволочи тоже хороши… Придумали какие то Духовные скрепки и заколки. Для Великой Русской Души этого мало. В Сволочные Времена уберечь эту душу от Нехорошего – от мыслей от Халяве и её справедливом распределении среди народа и людей – это сложнее чем бешеную собаку удержать на цепи! Перегрызёт, блядь! Нужны Духовные Тиски, чтобы зажать эту душу за яйцы так, чтобы она бзднуть не могла. Вот так и только так можно пережить в Русском Мире Сволочные Времена, чтобы об этих временах осталась в исторических скрижалях славная и добрая память. А как оно было тогда на самом деле – да кого это ебёт? Тебя что ли?

Лингвистические корни Хуйлократии и Хуйлономики

Для того чтобы понять коренную причину очередной напасти, постигшей страны и территории, где люди общаются между собой на русском языке резиновыми дубинками и прочими штатными спецсредствами, надо прежде всего уяснить, что же лежит в самой основе этого общения. Начать надо с русской азбуки. Вопреки тому, что пишут в школьном Букваре, азбука эта начинается отнюдь не с букв АБВГД, и не с КГБ, и не с ФСБ, и даже не с ПДРСТ, а с ЩАУЕБУ.

Когда русскоязычный человек, неважно какой национальности и какого цвета кожи, учит свою азбуку — не по уссывательскому школьному букварю а по настоящему, по уличному, и впервые впитывает разбитым ебальником начальные строки родного алфавита, он вместе с начальной грамотой усваивает главенствующие принципы взаимоотношений между людьми, говорящими на этом языке.

Этот уличный букварь по совместительству является библией, из которой усваиваются духовные ценности. По этому букварю-библии русскоязычный человек начинает учить грамоту вместе с основами отношения к окружающему миру. Прежде всего он учит основные заповеди.

БОЯТСЯ — ЗНАЧИТ УВАЖАЮТ.

БЕЗ ПИЗДЮЛЕЙ КАК БЕЗ ПРЯНИЧКОВ.

КОГО ЕБЁТ ЧУЖОЕ ГОРЕ.

РАБОТА НЕ ХУЙ, ОНА И ГОД ПРОСТОИТ.

НЕ ЕБИ ГДЕ ЖИВЁШЬ, НЕ ЖИВИ ГДЕ ЕБЁШЬ.

Впитав основные заповеди из уличных скрижалей, ученик переходит к изучению коротких выразительных псалмов, содержащих основы отношения к другим людям, говорящим на том же языке:

Я ТЕБЯ НА ХУЮ ВИДАЛ! (бытует так же ВЕРТЕЛ).

ХУЙ НА РЫЛО!

МЕНЯ НЕ ЕБЁТ!

ИДИ НА ХУЙ!

МНЕ ПОХУЙ!

МНЕ ДО ПИЗДЫ!

СОСИ ХУЙ!

КАКОГО ХУЯ?

ТЫ ЧО, ОХУЕЛ?

НИ ХУЯ СЕБЕ!

По мере взросления все вышеперечисленные житейские основы гранитно отливаются в универсальные железобетонные конструкции длиной в жизнь:

Я ВАС ВСЕХ В РОТ ЕБАЛ!

НЕ НАЕБЁШЬ — НЕ ПРОЖИВЁШЬ!

Эти две универсальные конструкции как раз и являются настоящими духовными скрепами любого русскоязычного человека. Эти две морально-нравственные максимы создают жесточайшую дихотомию в его душе. Мир, предельно жестоко располосованный на две неравные половины. Из одной половины, меньшей, в большую половину засунут огромный, невероятно твёрдый хуй, который ебёт слабейшую половину бездарно и безжалостно. Периодически сильнейшая половина вынимает своё орудие и грозно помахивает им перед носом слабейшей половины — чтобы та пуще боялась.

Как человек, проживший полжизни в США, я могу почти наверняка утверждать, что подобное отношение к миру проистекает из рабского менталитета. Оно хорошо прослеживается в культуре американских негров, которых освободили от рабства в том же году что и крепостных рабов в России. Их английский язык по способу употребления гораздо более схож с русским чем английским языком белых граждан, предки которых не были рабами. Отношение наших ниггеров к миру и их уличные заповеди почти совпадают с русскоязычными.

Раб — это живое существо, которое используют как орудие труда. Вследствие своего положения это существо признаёт только силу, и совершенно никакой морали. Первоначальная задача раба — выжить. Если получилось выжить, то дальнейшая задача — убить хозяина, забрать себе его рабов и стать хозяином самому. Раб не работает на перспективу. Раб не создаёт ценностей, ни материальных, ни тем более моральных. Раб выполняет приказы хозяев и борется за свою жизнь с хозяевами и с другими рабами. Раб готов объединиться с кем угодно чтобы выжить и моментально предать своего союзника и объединиться с бывшим врагом, если это требуется чтобы выжить.

Бывший раб может быть талантлив, изобретателен, умён, находчив, иметь воображение, идеалы, мечты. Но при всём при этом он продолжает жить и выживать как раб. Он должен бить, давить, ебать во все щели и прессовать всё живое вокруг, потому что иначе окружающий мир увидит что он слаб, немощен, не страшен, и начнёт бить, давить и ебать его самого.

Когда этот рабский менталитет, питающийся животными страхами, вскормленный настоящими начальными буквами русского алфавита, проявляется на системном государственном уровне, мы видим чиновничий беспредел, феодальные порядки, мздоимство по ранжиру, бездарную государственную политику запугивания собственного народа и всего мира, с полной готовностью заключить союз с любой мерзостью, если таковой союз несёт какие-то барыши. Мы видим нищее запуганное население, которому не дают нормально жить ни в экономическом, нив политическом смысле, видим дубинки опричников, избивающие отчаявшихся людей, и множество труб, перекачивающих природные ресурсы из земли, на которой живут рабы, в другие страны, где за этот нефть и газ платят товарами, которые могут изобрести и произвести в промышленных масштабах только свободные люди.

The Judge Hutchinson’s Gavel – commercial edition

The Judge Hutchinson’s Gavel

by Alex Shlenski

Copyright © 2018 – 2019 by Alex Shlenski

All right reserved

I have to tell you, this is a mind blowing story, hard to believe. On the other hand, unbelievable things happen almost every day, you know. Like one of these days, I was at my home in San Antone slicing me a piece of onion. I thought it was in the morning but in fact, it was after midnight, ’cause I was asleep and I was just dreaming that I was in the kitchen, early in the morning, holding a knife in my hand and cutting that onion. I was at home alone, nobody around. And the next moment my nana, who died very long ago, is standing right in front of me, asking, why are you cuttin’ this onion? And I like, nana, I’m all hungry and my tummy is rumbling like a thunderstorm! So I am fixin’ me some grub. And she comes, leave that onion alone, boy! You’re asleep and you’re supposed to be sleepin’, not eatin’. It ain’t no good to eat while you’re sleep. And I say, nana, you know how much I love you, but please, mind your own business. I am starving and I’m gonna eat that dang onion! And then she comes again, no, you toss that onion now, you’re supposed to be asleep. And then I say, nana, if I’m supposed to be asleep then you’re supposed to be dead, in the cemetery, and not tellin’ me what to do. And then she comes, don’t you get fresh with me, boy! And then I say, nana, you’ve been dead way too long! I ain’t a little boy no more! I am over fifty matter of fact, and my beard is half gray, how ’bout that? But anyway, it’s a different story and I’ll finish it some other time. ‘Cause right now am gonna tell you that unbelievable story about judge Hutchinson’s gavel. It’s a somewhat twisted story, mind you, but to the same talking, it’s worth listening. It happened one day in a courtroom up North in the state of Illinois…

***

– ALL RISE! THIS COURT IS NOW IN SESSION. THE HONORABLE JUDGE GLENN W. HUTCHINSON IS PRESIDING.

District judge Glenn Hutchinson walked majestically to his seat and occupied it in a way a king is taking his royal throne. He glanced at the courtroom, waited for silence, then looked at the bailiff, who just announced the beginning of the trial, and asked,

– What’s on the docket, Mr. Thompson?

– People of the state of Illinois versus David Houdini, Your Honor!

The judge’s fleshy hand solemnly slammed the gavel into its wooden base. The blow was strong enough, to assert the inevitability of justice and inspire respect to the judicial procedure, but was not excessively loud. The judge’s gavel stuck to the center of its stand, seriously and meaningfully. It did not make an attempt to bounce back in a playful manner – such behavior may be appropriate for a tennis ball in a tennis court but would have been very indecent for a gavel in a court of law.

Judge Hutchinson’s gavel was a remarkable piece of art a large and heavy instrument of venerable appearance, made of ebony and adorned with nifty carvings. It was ornate in moderation, though, which made it look even more solid and respectable. Such a mighty gavel could not only open and close court sessions, announce fifteen-minute breaks and call for order, but also execute death sentences in one decisive blow right in the courtroom.

In order not to bore the reader, I won’t dwell on the gavel’s stand too much. I’ll only mention that it was a flat cylinder made of ebony, its bottom was covered with thick velvet cloth so that it did not slide on a table. The golden letters engraved over its side would say: “Fiat justitia et pereat mundus”. No one in the courtroom, including the judge himself, had a slightest idea what language it was, let alone a translation. Which was sad because the judge, who went online every night to watch some porn before going to bed, could have looked it up long ago, if only he craved for words as much as for big young boobs. It’s pure shame that with that many people from Latin America in the country nobody could translate a simple Latin proverb, let alone Cicero, Tacitus, and Virgil.

Both the gavel and the stand had been in the judge’s possession for eternity, and he never parted with them in his entire judicial career, just as a violinist never parts with his precious Stradivarius violin. On a second thought, comparison with a violin might seem far fetched. If prosecution, defense, judge and jury, witnesses on both sides, bailiffs and court reporter all together comprise a kind of an orchestra, and the judge is the conductor, then the judge’s gavel, without a doubt, is a conductor’s baton. The solemn swings of this holy tool of justice relate to the judicial process as the artistic moves of conductor’s wand to classical music. Both types of music – symphonic and judicial – have plenty of passionate fans, who never miss a single concert. The courtroom was full of observers, who come to court like theatrical play lovers come to a theater.

– YOU MAY BE SEATED NOW.

After these words the members of the judicial orchestra and their fans started perching their asses on the rough court benches worn from long continuous use. As it routinely happens in a court of law since time immemorial, the prosecution took the floor first. In our story it was the chief criminal prosecutor of Livingston county Kyle Stevens.

The chief prosecutor announced the indictment, which, by the way, was rather unusual. The defendant by the name of David Houdini’s was charged with a premeditated murder of Don Monteleone, the former chairman of the city council. The said murder was committed by suffocating the victim to death with a huge pile of cash.

There still are a lot of unclear circumstances in the David Houdini’s case, Mr. Stevens said. The defendant is a convicted felon, he was trialed and found guilty of manufacturing and dealing counterfeit money. However, criminal investigation could not figure the size of his earnings nor find any of his stashes where he hides his unlawful savings. What is even more suspicious, the investigators were unable to find the address of residence of the defendant, his birth certificate, parents, or any other relatives. His origination and real name are still unknown to the police, justice, and even to three letter agencies. Once in custody, the convict tried to fake a mental illness. He was claiming that he is not a human being and not even a life form.

The defendant was claiming that he is a artificial human created by a civilization far more advanced than the one on Earth, and his body consists of physical fields unknown to human science. He insisted that he is an extraterrestrial infiltration device disguised as a human and sent to Earth with a very important mission. He complained that his convincing human appearance is affecting his task very negatively. Humans doubt his extraterrestrial origin and therefore, do not pay due respect to his mission and the questions he asks. Because of that, he cannot conduct detailed interviews and study humans. He said that the civilization that sent him to Earth had no idea that their scout will have to deal with utterly disorganized and ignorant creatures, who know nearly nothing about their own nature and have no skills and desire to learn themselves and their environment the right way.

The consistently inadequate behavior of the convict, and especially his preposterous but amazingly well elaborated extraterrestrial plot finally convinced the administration of the correctional facility that the convict’s mental disorder might be real and they scheduled a psychiatric evaluation. The psychiatric panel and later, a panel of physicians, repeatedly examined the convict, created his psychological profile and made a series of medical tests. No sign of bodily illness or a mental disorder have been found, and the prison administration retired to the opinion that the convict is faking it. There was an incident with his blood work, however. The lab reported that the vials with the convict’s blood samples contained pure ethanol.

– Apparently this scoundrel somehow switched the vials. – concluded the judge – Did the medics repeat the blood test, anyway?

– Yes, they did, and the second time the vials contained diesel fuel. The convict was told not to mess with the vials and he said that he never did. He claimed that his system does not need blood and runs on any liquid fuel like alcohol, vinegar, gasoline, diesel, even liquid nitrogen. – replied the prosecutor.

In the correctional facility the defendant has shown an inexplicable ability to disappear from his cell and resurface in the most unexpected places on the prison compound. He could suddenly appear in the prison office, in the dining room for the prison personnel, in the armory, in the laundry facility, in the kitchen, in the boiler room and other places, including even the warden’s office… The convict never tried to escape from the correctional facility, neither he showed any signs of malicious behavior. Instead, he constantly tried to engage into a conversation with the other convicts and the personnel, asking them strange questions, none of which seem to have an obvious answer.

– What sort of questions would that be, dare to ask? – said the judge. The gavel in his hand sketched an inquisitive trajectory in the air.

– For example, he asked, why humans prefer to kill their excessive population in wars and suffer the consequences like wounds, injuries, dismemberment, PTSD, damage to the infrastructure and family losses rather than simply control their birth rate and kill redundant offspring. He was asking why humans have a strong movement against abortions but no movement against murdering adult people.

– That’s pretty neat! Any other examples?

– There’s plenty, your Honor. The defendant was also asking, why people get awarded for killing other people at war and get severely punished by law for killing people in many other circumstances. When the prison chaplain visited him in his cell and offered him to pray together, he asked him, why humans have limited their communication with God to repeating dumb words written by some idiots and called “prayers” rather than just talk to him in their own words and carefully listen to his answers.

The courtroom spectators started giggling. A couple of jurors chucked.

– It’s getting more and more interesting! This defendant is something else! Please, tell us everything you know. Don’t skip a thing!

– As you wish, your honor! Here are some other questions he asked: why people in the state of Florida drive their slowly clunkers in the leftmost lane on a freeway and go berserk when someone tries to pass them. Why prostitution and recreational marijuana are legal in Netherlands and illegal in the US. Why humans keep speaking so many languages instead of choosing just one and discontinue the rest. Why Muslims kill people for the religion they don’t understand well enough themselves. Why people who fight against abortions do not raise those unwanted babies to give them a chance not to grow up in the street and become druggies and criminals. Why people cannot sue a state for violating their constitutional rights and nevertheless call their regime “democracy”.

– Look at him! – snorted the judge. – He, who prints counterfeit money, is concerned about his constitutional rights and has the nerve to question sovereign immunity! Anything else?

– He asked many times why high intelligence makes human behavior highly competitive, hostile and aggressive, comparing to way less intelligent species that behave very cooperatively, especially cockroaches. He asked why humans don’t try to cross-breed with cockroaches in order to create a new species, not less intelligent but also peaceful and cooperative.

– My goodness! – exclaimed an old pious-looking juror.

– Goodness has nothing to do with it, dearie! – the judge objected.

– He asked people on many occasions if they know Barbara, Celarent, Darii and Ferio.

– Who the hell knows? People with those names could be rock stars, drug dealers, Greek philosophers or illegal immigrants in Arizona! – the judge’s gavel rose and fell.

– To prevent further violations of prison regulations, – continued the chief prosecutor, – the rogue inmate was transferred to the maximum security unit, placed in an impenetrable cell and secured to the wall with reinforced handcuffs and leg shackles. Despite of all restraining measures, the defendant continued to disappear and arise like a ghost in different parts of the prison. His shackles and handcuffs remained properly locked and chained to the massive steel hooks in the wall as if the inmate suddenly evaporated. Since the true identity of the inmate has not yet been found, the prison administration gave him the code name “David Houdini”. In fact, just a combination of David Copperfield’s and Harry Houdini’s names, that is, the men known for their ability to easily disappear from where they were supposed to be and then appear where they were not supposed to be.

Last but not least, the defendant had been fingerprinted eleven times, and each time his fingerprints were completely different like it was another man. He was asked to stop messing with the fingerprint technicians and change his prints every time. He promised to do so. The next time the print set indeed, coincided with the previous one, but somehow individual prints has jumped from one finger to another, as if the man detached his fingers from his hands, threw them into a basket, shook it and then attached the fingers back on in a completely different order.

– Your Honor, the chief prosecutor concluded, – I believe that this scoundrel remains in prison only because he enjoys making a mockery of the American penitentiary system. Otherwise he would have vanished without a trace. That would be all… So, can I call my first witness?

The gavel made a slight move in the judge’s hand, – Prosecution, you may call your first witness.

– The prosecution calls Stacy Beckett – announced Mr. Stevens. A tight red-haired man took the witness stand.

– Do you swear to tell the truth, the whole truth, and nothing but the truth, so help you God? – asked bailiff Thompson.

– I do! – the witness replied.

– Mr. Beckett, what position did you hold under the late Chairman Monteleone? the chief prosecutor asked.

– I had the privilege to be his personal assistant and secretary.

– Please tell us how and under what circumstances you met the defendant.

– With pleasure! On the thirteenth of August two thousand fifteen this man arrived to our office in the state Capitol building. He first called me from the lobby downstairs and said that he had an appointment with Mr. Monteleone at two o’clock in the afternoon. It was 1:50 pm already, so I asked him to take the stairs or the elevator to our office on the third floor and sign himself in at our visitor log.

– Did the defendant take the stairs or the elevator? – asked the judge with a subtle smile.

– That is the strangest part, your Honor! I can swear, he took neither one. He emerged in the reception room out of nowhere, right in front of my desk. I thought that something wrong happened to my eyes. I even went to see my eye doctor the next day but he said that my eyesight was fine.

– Mr. Beckett, do you remember the name that the defendant put into the visitor log? – asked the prosecutor.

– Yes, sir. It was Jonathan Swift.

– Really! Why, this is a pretty famous name, don’t you think? – chuckled the judge.

– It definitely is! – the witness replied. – When I was a boy, one day I swallowed my father’s watch for a bet. When I got it back from the potty, it didn’t run anymore. So I took it to a watchmaker, whose name was Jonathan Swift, and he was a very famous man in our small town, indeed! Sadly, he refused to repair my watch because of the smell. He said, “hey boy, did you drop her into a pile of…”

– Boom! – said the gavel. – Irrelevant! – clarified judge Hutchinson. – Prosecution, please proceed with the questions.

– Mr. Beckett, do you remember when the defendant called you to make an appointment? – asked chief prosecutor.

– No, sir! This is another funny part because I could not recall anything. I was handling all the appointments for Mr. Monteleone and I never need to look at the schedule. I always remembered all appointments I scheduled. This was the only time I could not recall when and how I set up the appointment with Mr. Swift. He called from the lobby and caught me by surprise. I told him that he does not have an appointment but he insisted that I looked at my schedule. I did and to my dismay found his name, the date and the time written by my own hand, with ink on paper. Mr. Monteleone did not trust computers and wanted me to keep all his records in paper books.

– Did the defendant produce any documents at the name of Jonathan Swift?

– Yes, sir! He showed a valid Illinois driver’s license in that name, and it had his photograph. The ID was real. I am a retired police detective, I would have spotted a fake ID right away.

– Okay. Please tell the jury what happened next.

– Right after Mr. Swift signed in, Mr. Monteleone came out of his office and left, saying that he needed to see the mayor on a short notice, and he’ll be back in an hour. I told Mr. Swift that unfortunately he would have to wait. Mr. Swift replied that he’d rather leave and asked me to pass to Mr. Monteleone a little souvenir he brought for him. He handed me a small cardboard box, then he said his goodbye and immediately left.

– Please tell us about this box. Have you opened it?

– Yes, sir! I opened it and checked its contents meticulously. That was a part of my job as well. The box contained a unusual device of a size and shape of an iPhone. It was bright orange and there were four green buttons at opposite sides of the unit.

– What else was in that box, Mr. Beckett?

– A couple of pages with user instructions, sir. The instructions said that it was a high capacity portable cash printer that prints dollar bills. I thought, it must have been some sort of a prank.

– Did the instruction say what kind of dollar bills this device could print?

– Indeed, sir. It said that the device could prints dollar bills of any denomination. You just need to wish what kind of bills you want to be printed.

– To wish how?

– Just to think about it, that’s what the instruction said.

– Didn’t you think it was illegal to build, have in possession and use such a device?

– Of course, it was my first thought. But I was absolutely sure it was a prank or some sort of publicity stunt. Mr. Monteleone had many influential and eccentric friends. They had a funny tradition to send him all sorts of ridiculous gifts, both expensive and useless. I thought, this thing was just another prank, so I was not surprised at all.

– What kind of gifts? – asked the prosecutor. – Can you bring us an example?

– Sure! A golden model of a Tesla car with double exhaust, a toy cell phone that was yelling profane words very loudly instead of a ringtone, a green dildo with little paws, that hopped and croaked like a toad, a sex doll with shaky boobs and a very hairy…

– That’s enough, Mr. Beckett! I believe the jury got the idea. – said judge Hutchinson.

– Did you try to put this device in action and print some money? – asked the prosecutor.

– Yes, sir! I pressed the buttons and the device, indeed started working. Sir, it really was a joke. It printed three-dollar bills. Everybody knows that bills of such denomination do not exist. It was fast, too! In just few seconds this little thing squirted more than two hundred three-dollar bills out of its gut! It looked surreal, sir! The size of this device was way too small to hold that much paper. And I have to say, other than the denomination, those bills looked like a real deal. They felt right to the touch and even smelled like true money. If they were five dollar bills, they would’ve taken them in any store or restaurant, even in a bank! If not the portraits, of course.

– What portraits? – asked chief prosecutor.

– The face on the bills. It was not a face of any of the US presidents. I recognized that face right away. I saw it in our criminology textbook in the police academy. It was a portrait of Victor Lustig, a con artist who came to Paris and sold Eiffel Tower to French businessmen for scrap. That bastard sold the damn tower twice!

– Praise Lord, our Empire State Building is not made of steel and wire! – said Mr. Stevens.

– Lord has nothing to do with it! – said the judge.

– Well, tell us what happened next? – asked chief prosecutor.

– I remember, I tried not to laugh when I handed Chairman Monteleone the box with the funny device and the instructions as he returned from the mayor’s office. After a couple of minutes he asked me to make sure that no one disturb him for the rest of the day. He looked very excited. I mean, his eyes were wandering and he was almost choking. Next second he locked his door from the inside and I have not heard from him since. On the next morning I entered the office and noticed that the Pitbull’s door was still locked from the inside. I’m sorry, that’s how we called our boss behind his back. Pitbull… I got worried and called our security guard. The surveillance footage showed that Mr. Monteleone hasn’t left his office since yesterday. We knocked on his door and called his phone but he did not answer. Then we immediately called the sheriff’s office. Deputy Robinson and the rest of sheriff’s team arrived ten minutes later. We met them in the office. Kermit Ruffins, our security guard, brought the spare key and we opened the door. Your Honor… Mr. Stevens… you already know the rest.

– Thank you, Mr. Beckett. I have no more questions for you. – The chief prosecutor turned to the judge. – Your honor, may I call the next witness?

– Yes you can.

– Thanks, your Honor. The prosecution calls Brian Culbertson, the CSI officer with the Livingston county Sheriff office.

A huge police officer, taller than six feet, built like a wrestler, passed to the stand, covered the court Bible with his palm like a matchbox, and took an oath, promising to tell the truth and nothing but the truth so help him God.

– Mr. Culbertson, you’re a CSI with the Livingston county sheriff office, correct?

– Yes sir, that’s correct.

– Please describe to the jury what you have found after you and the deputy opened Mr. Monteleone’s office door.

– The door lock got stuck because something was pushing the door with a great force from the inside. I had to use some muscles to overpower the stubborn lock. The very moment the lock gave in, the door slammed open, and we all saw an avalanche of cash pouring out and flooding the reception room.

– What kind of cash did you see, Mr. Culbertson?

– It was brand-new hundred-dollar bills all over, sir! The office was stuffed with them from the top to the bottom, so the deputy called the janitor and asked him to bring the shovels. We began to shovel that huge pile of cash out of the office. Deputy Robinson grew up on a farm, his is really good with a shovel! It took us almost four hours just to remove most of the cash from the office and the reception room to the lounge. We needed help to safely impound that huge amount of cash, so the Deputy called for a backup. When we finally dug out Mr. Monteleone we naturally, broke quite a bit of sweat.

– In what condition did you find Mr. Monteleone, when you saw him?

– He did not move nor breathe, did not talk either. He had a bluish puffy face and his body was cold and very stiff. He did not have no pulse. We made no attempt to resuscitate him. He was dead as a door nail. Considering the temperature of the body, his death occurred between one and three o’clock in the morning. Later our coroner Warren McKenzie defined his cause of death as suffocation. You should have it in your files. That cash have crushed his body like a gardener stomps a snail.

– What else have you found at the crime scene?

– Late Mr. Monteleone was holding a small orange box in his hands and that box kept spraying a strong stream of cash right in the air like a fire hose. We had to pry it out of his dead stiff hands. Once the green buttons on the box got released, the device stopped spraying the cash. My goodness! I’ve never seen anything like that even in a movie!

– As the judge said already, goodness had nothing to do with it, dearie! – screeched the defendant suddenly in a thin squeaky voice.

– I gave the box a try to figure how it works and pressed those buttons. The box burst a spray of cash. I released the buttons and examined the result. The box produced almost a hundred seven-dollar bills in just a few seconds. We impounded the box along with the other material evidences and passed to our tech experts. I guess, Mr. Jamal will tell yous more about this unholy device. I have nothing more to say, your Honor.

– Thank you, Mr. Culbertson. You may be seated now. – Judge Hutchinson pointed his gavel to the chief prosecutor. Next witness, please!

– The prosecution calls Ahmad Jamal. Mr Jamal, do you need a Quran to take the oath?

– Thank you, Mr. Stevens. Actually, it’s A-kh-mad. I know my looks and my name suggest that I must be Muslim but I was raised as a foster child in a Buddhist family, so the Bible is all I need.

– What a shame! – squeaked the defendant. – I guess, you’re not even circumcised.

The judge slammed his gavel on the base real loudly. – Defendant! One more remark of that sort from you, and you’ll be in contempt of this court, which means more jail time for you! Cease and desist!

– Mr. Jamal, you work as a lead computer hardware engineer in Textronics corporation and you are also a forensic technical consultant for the Livingston county Sheriff office. Is this correct?

– That is correct. – The expert turned to the defendant. – And just for you to know, your guess is wrong. I am circumcised and I can prove it to you right after the trial.

The people in the court room burst laughing.

– Order! – the judge and the gavel barked synchronously. The courtroom gradually calmed down.

– Your honor! Ladies and gentlemen! I am about to show you a miraculous device built by a criminal genius that yet has to be found and put behind bars, unless this trial proves that its creator is our defendant himself. Before demonstrating the device, I’d like to briefly describe what it’s capable of. Don’t be tricked by its small size. Since Mr. Monteleone locked his office door and started printing cash until the Sheriff’s men slammed in and stopped the device, that is, in less than twelve hours, it had printed two billion one hundred and thirty-seven million seven hundred and ninety-two thousand four hundred dollars, all in hundred-dollar bills. It is more than the amount the Federal Reserve planned to print in four batches and loan to the leading national banks, interest-free, in the next twelve months to revive our country’s economy. The weight of this money exceeds forty-seven thousand pounds, which is more than twenty-one metric ton!

The murmurs and exclamations of astonishment flew throughout the courtroom, quickly turning into a storm. The district judge had to resort to his favorite tool, that is, his gavel, to restore order and silence. Little by little, the noise subsided, and the courtroom calmed down.

– Please continue, Mr. Jamal! – judge Hutchinson wiped his forehead with a long sleeve of his mantle, as he broke a light sweat, exercising with a heavy gavel for a few minutes.

– Yes, your honor. – the expert witness replied. – And now is the time to actually demonstrate the device.

Mr. Jamal opened his briefcase and produced a small metal box with a white sticker on its side. He opened the box, carefully pulled out its contents, and solemnly demonstrated to the courtroom audience an Apple iPhone, brand-new, as if it had just come from the store.

The expert witness looked at the iPhone, and the iPhone looked back at him with a devilish smile. Mr. Jamal’s hand flinched and dropped the unholy device on the floor. He crouched to pick it up but instead of an iPhone he grabbed a beat up old school Nokia phone with a long twisted antenna sticking out of its top. The expert witness dropped it again and screamed “kus emek!”, as if he was stung by a dozen of bees. The bees must have flown from the courtroom because it started buzzing like a disturbed beehive. Judge Hutchinson once again had to take up the gavel, and after a short while, resort to the bailiff. By the time the room was in order, Mr. Jamal had already picked up the device from the floor. Hell knows how but the unholy device changed its appearance once again and now looked like an iPhone, as it was before. The expert witness looked like a lost dog. He was staring fearfully at the devilish gizmo and his hands were slightly shaking.

– Your Honor! It was impossible to replace the material evidence. We kept it in the armored safe in the Sheriff’s office evidence room! I’ve never lost sight of my briefcase on my way to court even for a split second! I swear before God I never opened the briefcase and the evidence box.

– I have no doubt that you did everything possible to protect the evidence, Mr. Jamal. – answered the judge. – But I am pretty sure that little sticky fingers of this scoundrel managed to do it! – the voice of the district judge rumbled with righteous anger, and the gavel in his hand pointed to the defendant – a plain looking little man. He was a shorty, or like we say in the South, a knee-high to a grasshopper. His inconspicuous face left no chance to recognize it even to his own mother. He sat modestly, dressed in the orange robe of an federal prison inmate, with enormous handcuffs shining brightly on his tiny hands. His feet were chained with very serious shackles linked to a thick metal chain that was wrapped around a massive concrete dock several times.

– You are right, Mr. judge. – said the man in the orange robe – I did replaced the device, it was a safety measure. Only I did it not with my hands. I used a different way of handling things that you humans don’t know. – His plain face twisted into a grimace that was probably intended to be a smile. – Strictly speaking, I have no hands or any other body parts. – The defendant spoke loudly and distinctively. However, his voice was completely devoid of individual timbre. If a drinking glass could talk it would probably talk just like that.

– What you see, Mr. judge, is not a real human body, it’s a very convincing fake. – the defendant raised his handcuffed hands and they slowly disappeared, leaving the handcuffs hanging in the air. – By the way, Mr. judge, may I ask, what is the purpose of this heavy wooden hammer of yours?

– What hammer? – the judge asked, embarrassed by a strange question.

– This one. – the defendant’s little hand suddenly appeared over the judge’s table apart from his body. It grabbed the gavel and hit the wooden stand twice. The little hand gently put the gavel back in place and gradually evaporated, appearing at the same time in its rightful place in the company of the other hand and, of course, handcuffs. – I don’t understand why humans use different tools for same purposes. I would recommend you to control your court with one of those sticks that are used in an orchestra to synchronize the musicians’ parts.

– Why?! – asked the judge, completely stunned.

– I noticed that pointing and yelling at a human is more effective than knocking on the wood and yelling at that human. You will see it by yourself if you take your hammer by its head and point its handle at a person before you start yelling instead of pounding desperately on your desk.

Judge Hutchinson stared at his gavel and bulged his eyes, breathing frequently and heavily. Bailiff Thompson approached the defendant and bellowed right in his face:

– The judge should be addressed not “Mr. judge”, but “your honor”! – Then he slowly walked away, muttering – what a scoundrel!

– Can you people see the judge’s honor? – asked the defendant – No, you can’t, because you don’t know how. Can I see the judge’s honor? No I can’t see it either, even though I know how. And you know why? Because the judge does not possess such a virtue!

The judge gasped and so did bailiff Thompson and the rest of the courtroom audience.

– Then why do you people address something that you have no ability to locate and identify? Why do you address the non-existing judge’s honor, instead of addressing the existing judge? And by the way, what does the word “scoundrel” mean? Almost forgot… Mr. Jamal! You may start demonstrating my little money maker, I’ve restored it.

The expert witness absent-mindedly looked at the artifact that he’s been squeezing tightly in his hand all that time and barely managed to hold another scream. The phony iPhone in his hand unnoticeably turned into an orange box with four green buttons.

– Defendant, it would be better for you if you fully, honestly and without reserve explain how this device works. Your full cooperation with justice might somewhat ease your punishment. – said the chief prosecutor.

– Mr. Stevens, this device works very simply. – the defendant replied. – But if you insist, I’ll explain one more time. You need to think what kind of dollar bills you want to print and then press and hold four green buttons. As long as you hold the buttons, the cash will keep coming out of the slot on the front surface of the device. When you believe the device has printed enough cash, you simply release the buttons and the device will stop. Then you collect your cash and spend it as needed. That simple!

– Stop your mockery, Houdini! – retorted Mr. Stevens. – You surely understand that you are asked to tell everything about the technical aspects of this illegal device.

– I regret to tell you that human technological level is by far too inferior to even understand how it works, let alone how it’s built. But after all, it is to your benefit, because this device can throw your world into a financial chaos and paralyze your entire economy in a matter of days. I created this device just for a single case study and upon its completion it will be destroyed. By the way, I already annihilated all the cash that this device have printed and you have impounded.

The chief prosecutor stared at the defendant with superstitious fear, unable to utter a word. The other members of the court were not in a better condition. Judge Hutchinson was silently moving his lips, clutching his gavel with both hands, so the little man in the orange robe continued without interference

– This device has a very important restriction. It can print cash for a certain user only once. This restriction is accurately written in the instruction that Mr. Beckett mentioned. The purpose of this restriction is obvious. It forces the user to expose his real thirst for money. That way, it serves as a measuring tool of human greed. Unfortunately, Mr. Beckett have not read the instruction to the end. By the way, I’ve noticed that humans never read, write, think, print, imagine, create and destroy things to the very end. They always leave their business unfinished, and it causes all sorts of unpleasant consequences. But humans never connect their sufferings with their own mistakes. Instead they always blame someone by the name of Devil. Can someone tell me, who is Devil and why everybody blames him for their own inconsistent behavior?

– He is the Devil! – Yelled juror number three, pointing his finger at the defendant and crossing himself with the other hand.

– In the name of Jesus, be gone! – Juror number six grabbed his pectoral cross with trembling hands and began to mumble prayers, stammering and shaking with fright.

– No, he ain’t Devil. – objected judge Hutchinson, who already regained his consciousness. – Out of all beasts in the celestial zoo, the Devil knows, best of all, what the word ‘scoundrel’ means. Besides, the Devil would never wander around the prison, asking the inmates idiotic questions, he doesn’t have time for this shit.

The judge paused and barked, addressing the defendant,

– Tell me, why the hell did you choose my damn court out of all places on Earth, you little piece of alien shit?! There are special government institutions that have the official obligation, the right, and the funds to contact with damn aliens. Why didn’t you go there and introduce your abominable self to the right people, who are getting paid to talk to your ugly kind! This district court is representing the people of the state of Illinois and has the right to put on a trial only humans! We have no right to put on trial a hell knows what, that arrived on Earth from fuck knows where! This is going to be a mistrial, by all means! But since you’re here, would you please at least explain, why did you make your damn thing that killed my good friend Don Monteleone?

– Mr. judge, Don Monteleone wasn’t your friend. You two had a close business relationship, to be precise, an illegal sort of a relationship, but there was no friendship between you.

– What are you trying to imply? – exclaimed judge Hutchinson. His well-placed voice was roaring with righteous anger as his gavel was swinging menacingly in his hand.

– I’m not implying, but I’m saying directly that you received two and a half million dollars from the late Mr. Monteleone as a reward for using your connections to help him to get the position of Chairman of the city Council. This money was transferred to your secret offshore accounts two years, three months and nineteen days ago, and since then you have not paid a single penny in taxes to the Federal and state IRS.

– Is that right, your honor?! – chief prosecutor asked the judge in a dumbfounded tone, pointing a finger at the defendant – Is this telling the truth?

The chief prosecutor finally believed in the extraterrestrial origin of the defendant, calling him, for lack of a better word, the pronoun “this”.

– Of course, this is lying through its teeth! – replied the judge.

– Mr. judge, I don’t have teeth, gills, feathers, testicles, and other body parts because I don’t have a body. What you see is not what I am! But I always tell the truth and you humans had better start doing it as well! It should be recorded in my case that I waived my right to an attorney and elected to defend myself, so I am my own attorney. The prosecution has finished interviewing its witnesses, and according to the court rules, the defense can start interviewing its witnesses, right?

– You may begin calling your witnesses, Mr. your own attorney. Only I don’t see any defense witnesses in this courtroom. Are you going to dig them out of the ground? – the judge asked sarcastically.

– You’re pretty close, Mr judge. – replied the defendant. – Not quite out of the ground, though, but from a granite mausoleum in the Catholic part of Graceland cemetery in Chicago, where my witness was buried six months and eleven days ago. I’ll need about thirty seconds to regenerate his physical image, and for those thirty seconds, I’ll have to leave this place, and then I’ll be back to this courtroom with my witness, in the flesh.

With these words, the defendant slowly evaporated into thin air. Handcuffs and shackles fell to the floor with a metallic clang, and the orange robe slowly laid down on the dock, with its empty sleeves hanging lifelessly. Everyone in the courtroom held their breaths, counting the longest thirty seconds in their lives.

– The defense calls Don Monteleone. – announced the defendant in his glassy voice. The people in the courtroom winced. Everyone was so absorbed in counting the seconds that nobody noticed how the defendant got back into his robe out of nowhere. He did not return back into his shackles, though, and they remained lying on the floor.

No one walked to the witness stand, but the air above it suddenly dimmed, then thicken even more, and started condensing into vague shapes that were becoming clearer each moment until everyone recognized the late chairman of the city council. Monteleone, a red-faced bald fat man, was dressed in a strict black suit, in which he was shoved into his coffin. His puffy face had an extremely anxious look. His eyes were restlessly darting around. When he saw the judge, he tried to give him some signs, to which the judge shook his head negatively, briefly and decisively.

– Mr. Monteleone, – announced the alien loudly. – You’ve had a long lapse of memory, so you can’t remember how you ended up in this courtroom. You’ve been dead for over six months. I had to slap up a new body for your pitiful soul, using technologies unknown to your world, so you could testify. You have the right to refuse to testify. In which case you will immediately go back into your coffin and experience all the inconveniences related to the necessity to die again. If you prefer to testify, please put your hand on this ritual book, as did the previous witnesses, and swear to tell the truth.

The inexplicably resurrected Monteleone, trembling with horror, muttered the words of the oath and obediently stared with his frightened eyes at the little man in the orange robe, like a dog waiting on a command from his handler.

– Mr. Monteleone, have you been printing money in your office under duress? Did anyone force you to keep the device going until the paper pulp squeezed you to death?

– No sir, no one forced me to do it.

– So you could have stopped printing cash at any time, but you didn’t. Why?

– I don’t know. I couldn’t stop even when that dough started suffocating me. It was just above my will. I couldn’t release the damn buttons.

– Mr. Monteleone, you were fifty three years old when you died. Considering your health, your life expectancy should not have been longer twenty years. How exactly did you plan to spend that much money in just twenty years?

– I did not think about it, at all. I just wanted more money.

– I see. At the end your entire office got filled with tons and tons of hundred dollar bills. How did you plan to hide that money from everybody else in your office? How did you plan to carry all that cash to a place where you could store it safely?

– I did not think about it. I just wanted more money.

– Okay, suppose you managed to secretly move all your cash to a safe storage place. How did you plan to legalize that huge amount of money so that you don’t have any tensions with the law while spending it?

– I did not think about it, at all. I just wanted more money.

– Did you plan to use a part of that money to bribe government officials in order to get help to laundry the rest of the cash?

– Objection, your honor! – shouted the chief prosecutor. – The future intentions of the defense witness have nothing to do with his real actions that inflicted his death. I’d recommend the witness to plead the fifth.

– Sustained! – the judge’s gavel landed heavily on its wooden stand.

– Human’s intentions have a strong tendency to repeat upon the time. – said the little man in the orange robe. – Mr. Monteleone, did you secretly transfer two and a half million dollars to the offshore accounts of district judge Hutchinson in exchange for him lobbying you for the post of the chairman of the Chicago city Council? Yes or no? You have a choice to plead the fifth and return to your coffin or keep to testify and get a second chance on your life.

– Objection, your honor! – yelled the chief prosecutor. – A testimony made under a threat cannot be accepted as a valid proof of the allegations by the court of law!

Mr. Stevens tried to make an eye contact with the judge, expecting another “sustained!”. Instead, the judge tragically dropped his gavel and whispered hopelessly

– Overruled…

– Yes, I did it. – replied the dead man, who was suddenly brought to life. – My Sicilian friends in the construction business promised me mountains of gold in kickbacks if I become the chairman and give them all city contracts. I tried to bargain with the judge, but that old prick wouldn’t settle for less than two and a half mils. I transferred half a mil to his account in Switzerland, half a mil to Bermuda, half a mil to the Bahamas and another million bucks to his accounts in London, UK. – The former chairman of the city council turned to the judge – Glenn, I’m sorry, old pal, but I’ve no desire to risk my second chance to live, saving a reputation of a bastard like you. Better you go to prison than I go back to cemetery!

– You greasy Sicilian pig! – the district judge yelled, flailing his gavel. – You don’t want to go back to cemetery? Then I’ll send you there myself! – with these words, judge Hutchinson sprang from his chair, ran with unexpected agility to the witness stand, and with all his might brought down his gavel on the head of the god damned witness.

Probably never in the history of the planet Earth a man would die that soon after his sudden and unexpected resurrection. Monteleone plunged to the floor, his arms and legs twitching in convulsions, and a red oily fluid gushed from a hole in his broken head.

– Your honor! You just killed him! – chief prosecutor cried. The rest of the audience stunningly looked at the corpse of the defense witness and at the fire-breathing judge standing next to the dead body, holding his enormous gavel covered with thick sticky blood.

– Stevens, you idiot! Don Monteleone is dead, buried in his family crypt six months ago! This is not him! This piece of shit came from… – judge Hutchinson kicked the corpse in disgust. – I reckon, even the Devil himself can’t tell where this shit came from!

– Nevertheless, your honor, you just brutally killed a sworn witness in front of the courtroom audience – the chief prosecutor muttered.

– Fuck you, Stevens! If I have not whacked him, he might have told a couple of very interesting things on you as well.

– He surely might. – confirmed the defendant in his glassy voice.

– Dear Mr. Houdini or whatever the fuck you are… Could you please send what’s left of my dear friend Monteleone back to the cemetery where he belongs? Look, um… Mr. alien! How could I explain… He is no longer needed in our human world. His position in the city council is taken by another man. Three months ago his widow married her lover, whom she had been seeing for the last eight years. His golf buddies, those old farts, would have shit their pants if they saw him risen from the dead and showed up at the golf course with a club in his hands. Both his daughters hated him deeply. His connections and influence have already passed to other people. He could not live on, he’s worth less than an eaten egg. In fact, I did him a great favor when I cracked his bald skull with my gavel. – The judge took a short breath and began to wipe the bloody gavel on his robe.

– All right, I’ll move the corpse back to its coffin, but only if you return the favor.

– Within reason, of course. I guess, you do not need my money.

– That’s right. I don’t need your money, I can print my own. What I need from you, humans, is your time and your full attention. I need you to carefully listen to what I say and answer my questions to the best of your ability.

– Please ask your questions. – said the chief prosecutor. – We will try to answer them at the best of our knowledge. – Right after these words the dead body on the floor started disappearing. – Although, we would strongly advise you to contact those special government agencies. Why don’t your government send an official delegation to Earth and exchange ambassadors and stuff? And why don’t you ask your questions to our scientists, after all? – with his last words the bloody corpse appeared on the floor again and started twitching and stirring, trying to stand on its feet.

– All right! All right! – yelled the judge. – Forget the scientists! We are at your service, Mr. alien!

– Very good! – said the alien cheerfully. The corpse finally stood up, staggering on his feet, shook a bloody finger at the judge and started melting in the air slowly like a molasses until fully disappeared.

– Before I start asking my questions, I need to share with you my vision of your species and your civilization. You need to take in mind very seriously everything that I said. First, I need to remind you that not so long ago your scientists believed that Earth is flat like a dead skunk flattened by a semi truck. Which did not discourage them to proclaim it the center of the Universe. Did not they also claim that sheep could be grown on trees like apples? That there is a special stone capable of turning mercury into gold? That heat is a special kind of fluid? That California is an island… Do you really think their knowledge improved so dramatically that I can trust their answers now?

– Defendant! Um… Sorry, Mr. Alien! – judge Hutchinson raised his gavel. – Our science is evolving as much as the new facts become available to our scientists. Taking your example, California used to be an island, which was correct until September 9, 1850. But on September 9, 1850 California ceased to be an island because it was officially admitted into the United States as an undivided free state as part of the Compromise of 1850.

– Well, Mr. judge, your knowledge of American history is very impressive! What can you tell us about Hawaii, then? Same story? What about Rhode Island?

– Ah, well… Hawaii is not a real “state” state! It’s more like a territory, so it might still be an island. I mean, formally it is a state, it received statehood on August 21, 1959 as a result of the referendum, but still… And Rhode Island is definitely a state. But it’s called Rhode Island, so it’s definitely an island, even though it’s not… Screw it! I was trained to practice law, I am not a damn scientist!

– Thank you, Mr. judge! I really like your way of thinking! It is overly inconsistent, which is very typical for human species!

– What species, Mr. Alien? – asked chief prosecutor. – Do you mean, Americans?

– Not quite so, Mr. Stevens. I mean, all humans in general.

– But we Americans are not just humans in general! – objected the judge passionately. – Americans are the best humans in the world!

– All humans think they are the best humans in the world, Mr. judge! I established that fact in prison, where different nationals and ethnicities compete for the privilege to be the best with utmost determination. I especially like American prisons because they are organized much better than the rest of your country in terms of discipline, law and order.

– What made you come to such conclusion? – asked chief prosecutor.

They give the inmates more freedom than at large to compete for the right to be the best, but their excellent organization keeps the murder rate in American prisons much lower than in American cities.

– He is absolutely correct! – ruled the judge. – We all know the statistics. But we can’t incarcerate all American population to protect their lives from criminals!

– True! You cannot build that many prisons. But nothing prevents you to run your country in the exact same way your run your correctional facilities. I would recommend you to start with your scientists. I admit that they are getting better but still very far from perfect. They waste more time on their liberal activities than they spend on their science. They would’ve made much more accomplishments if they were kept in prisons rather than in universities.

– Why do you think so, Mr. Alien? – asked juror number three.

– Because liberalism and science are inconsistent with each other, and American prisons are much less liberal than American universities.

– You sound like a good old conservative man! – said chief prosecutor. – I like your spirit! We must stop those liberals from ruining our country. But what is a practical advantage of running a country like a prison? Look at North Korea, how stupid it is!

– North Korea is a very stupid prison, indeed. – replied the extraterrestrial scout. – If you want to see a smart prison, you need to look at China!

– That’s a very good point! – chief prosecutor grinned wryly. – Why don’t you go to China then and introduce yourself to the Chinese scientists? They will be more than happy to talk to you!

– There are too many Chinese in China, Mr. Stevens, and that makes things overly complicated. It’s hard to find scientists in such an enormous crowd, especially when all the people look alike.

– Agreed! Then go to Cuba! It’s a much smaller prison. It’s bigger than Alcatraz but smaller than North Korea.

– I’ve been to Cuba but I couldn’t not find any scientists there. Cubans told me that all their scientists had swam to Key West.

– No surprise! – smirked the judge. – Swimming to Key West is the most popular national sport in Cuba after baseball!

– I went to Key West, I noticed a lot of chickens and roosters wandering around the island, but I did not find any Cuban scientists there.

– No surprise! – said chief prosecutor. – Those Cuban scientists are all in Miami. But they won’t talk to you, Mr. alien. They are very busy stealing people’s cars and identities, selling drugs, pulling credit card and insurance scams and collecting refugee benefits.

– What kind of scientists are they? – asked the alien. – I’ve noticed that human science is very unorthodox, but their occupation, as you put it, is quite a strange sort of science!

– I can’t be more agree with you! – said chief prosecutor. – That’s why the best place to find that sort of scientists is prison. You’ll find a lot of Cuban scientists locked in FCI Miami, that’s for sure!

– And that is exactly what I did! I visited FCI Miami and talked to them. They are very pleased with that prison. They told me that they’re having there much better food than in Cuba, and more respect. Their only complaint was that they had no women and therefore they had to use their hands every night to relieve their sexual urges. They even tried to use my body for the same purpose but they could not find a suitable technological opening. They’ve got very surprised and asked me, “Man, where is your butthole?”

– Boom! – barked the gavel.

– That’s too much information! – said the judge. – We don’t need to know how Cuban scientists are using their hands at night in Miami federal prison, let alone your unorthodox body! By the way, they do it at a daylight time a lot, too! I believe, we’re done with the scientists. Now, what about our suggestion to use a diplomatic approach?

– We’ll get to that topic soon. But right now I need to make an important statement for you, humans! Your main problem is your highly inconsistent way of thinking and consequently, your way of living. For example, the prison regime is intended to correct the inmate’s behavior. But while in the male prison I noticed that inmates have no access to females. Why do you keep men and women in separate prisons? Keep them together and make sure they have plenty of sex! You absolutely cannot correct the inmates’ deviant behavior by sexual deprivation. It can only exacerbate their deviations. I made a quick experiment and found out that sexual satisfaction keeps the inmates’ aggression in a very low level.

– What experiment?

– A very simple one. I created an artificial woman for the inmates.

– Wha-at?!

– What “what”? Do you really think that I can only make an iPhone that prints money? I can make anything! Gold, silver, cocaine, weapon grade plutonium, a nuclear submarine, a cruise missile, a cure from any human disease, even a live Saudi sheikh and his mother. I can resurrect Gaius Julius Caesar just like I resurrected poor Mr. Monteleone. I can create a planet of a size of Jupiter and launch it around your central star that you call Sun.

– If you really can do all that fancy shit, why didn’t you go ahead and do it? – asked juror number seven.

– For what purpose?

– For one, just to impress us!

– If I start doing all that fancy shit, you’ll get too scared to do what I need from you the most.

– What do you need from us the most? – asked the CSI officer.

– I need to find consistent patterns in your brain organization.

– Why do you need it?

– To confirm that your species are worth living. Nobody in the Universe tolerates inconsistent behavior anymore!

– Are you for real, Mr. alien? – asked one of the spectators.

– I see, you still don’t believe me, and that’s sad. I need you to help me so that I could help you. I need you to open your hearts to me like to Jesus Christ! Come on, people! Jesus did not do even half of the miracles that I did to pleasantly surprise you!

– What miracles?

– Well, Jesus fed five thousand people with five loaves and two fish, remember? My miracles in FCI Miami were a bit different. First I started making artificial marijuana and alcohol and dispensing them to the inmates. Then I made for them an artificial woman. Marijuana made the inmates peaceful while alcohol elevated their aggression level, so I banned alcohol on the prison compound.

– What do you mean, banned alcohol?

– I made the prison compound an alcohol free zone. Any alcohol they tried to bring to the facility disappeared immediately.

– What about that artificial woman?

– Oh, yes! The woman… I made the best sort of a woman, the one that human males love the most. A woman that is ready for sex any time and always wants more. I named her Eve and introduced her to the inmates. She told them that she will be happy to please them all as much and as often as they want. But they found her offer quite indecent, and demanded that I properly pimped her out. I asked them what I should do and they explained to me that first I need to give her a better name, suitable for a whore. We had a quick vote and gave her a new beautiful name: Lucy Sweet Pussy. They told me to make a nice dress and lingerie for her because originally I created her naked. They said that I have to rent her to one inmate at a time and demand a payment of no less than four cigarettes an hour, two for me and two for Lucy. It’s remarkable that in prison they use cigarettes as money. They also said that I should not let her clients to beat her up, gang rape her, and rob her earnings. They told me that I must kill those inmates who try to do her any harm. I killed four inmates that tried to do so and annihilated their bodies. At the end of the experiment they said that I was a very good pimp even for a human, not just for an alien.

– Really! – said the judge rather sarcastically.

– You are making a very impressive criminal career here on Earth! – added chief prosecutor.

– That’s how I mostly learned the real behavior of human species in their natural habitat. By the way, Jesus Christ observed the exact same behavior in the ancient Jewish prison, only they did not use cigarettes for payment. Instead they used pieces of bread they called lechem. In two thousand years human behavior has not changed even a bit! But let’s get back to your suggestion about diplomatic ways. Think of the biology scientists studying the behavior of cockroaches in their natural habitat. Would they send an official diplomatic delegation to the cockroaches and exchange ambassadors? I doubt that! Most likely, they will create an artificial cockroach and infiltrate it into the cockroach world to study real cockroaches by interacting with them and learning they ways.

– You’ve made such a long way to Earth to study our cockroaches?

– I hope you’ve noticed that I look like a human, not a cockroach. So, technically speaking, in our situation you are the cockroaches and my makers are the scientists. It is not an insult, it’s just an observation. It’s my mission, to interact with humans and understand them better. And that is exactly what I was doing in FCI Miami and many other prisons.

– Whatever spins your wheel, Mr. alien! – said the judge. – To the same talking, if people’s attention is all you want, why don’t you go to area 51 and present yourself to the military command? They’ll be more than happy to talk to you!

– I’ve already been there, thank you! There are no sane humans at that place, only military personnel. In other words, the humans who’s been specially trained to kill other humans for land, property and just because of someone’s sick ambitions. Have not a slightest desire to talk to those morons ever again. They never listened to my questions, even a bit! They asked their own and were very rude!

– What? What? What questions did they ask you? – the spectators asked with agitation.

– They asked if I can destroy Russia, Iran, North Korea and a bunch of smaller places in Europe, Africa, Latin America and Antarctica.

– And what did you say?

– I said that I can easily destroy the entire Earth if they ask me too. They got very excited and started nagging me for a little demo, so that I showed them what I am capable of. So I suggested that I destroy New Jersey, Connecticut and New York. Those states are bankrupts, you know, so annihilating them would seriously benefit the federal budget. And it would be a very convincing demo.

The courtroom gasped deeply and synchronously as if it was one person.

– But for some reason they did not like my suggestion and got really pissed. I said that if those states have a sentimental value for them, I can annihilate Mississippi, Wyoming and North Dakota. My cellmates told me that nobody needs those shitty states anyway. But the military guys got upset even more, and told me to eat shit and fuck off. They explained to me that “fuck off” in their military language means to leave the premises promptly. Nobody explained why I had to eat shit, though. When I fucked off the area 51, I decided to return to my favorite prison and wait patiently for my trial. At that point I realized that so far the trial is my best chance to really attract human’s attention without scaring them off at the same time. By the way, before I fucked off the area 51, I annihilated all three liquor stores on their compound. One of my cellmates, an ex marine, told me that servicemen shall never drink in excess so I made sure they won’t.

– Have you seen any other aliens in area 51? – asked juror number eight, a young woman with inquisitive look on her face.

– Yes, I’ve seen a bunch. I even met a couple of buddies. They usually come and go.

– Who are they?

– Just dumb tourists, not even close to my level of interstellar proficiency. They come there to amuse themselves by talking to the most notorious idiots known to the interplanetary travel agencies.

– But you are not a tourist, are you? – asked Mr. Stevens.

– As I said, I am a scout. A science scout, not a military. Better say, a probe. I arrived on Earth to check on you and bring the results back to our panel of scientists that sent me here. Our science community is constantly sending scouts like myself to check on other life forms, so here I am! The previous device, also disguised as human, was sent to Earth a couple of millennia ago. I have to say, this little thingy got real popular here on your planet. You mention its name on every occasion!

– And what is its name? – a court spectator asked.

– I already gave you a hint. Its name is Jesus Christ. Rings the bell?

– No! Fucking! Way! – exclaimed the judge. His trembling hand dropped the gavel and the heavy tool hit the floor with a loud clunk.

– I’ve no reason to misinform you. – said the little alien. – Our first mission on Earth created on this lifeless planet the first live cell made of very simple DNA that coded a handful of proteins and some other organic components, just enough to live and proliferate in the local conditions. Our second mission helped some unicellular organisms to start assembling into multi-cellular ones. The third mission modified the genome of a little monkey to make it smarter. The monkeys started mutating and turned into your species, humans. We expected them to enjoy their brain power, live peacefully and cooperatively, and spend all their time learning Nature. Instead we saw them using their intellect to kill, rob and enslave each other. That time we sent on Earth our first infiltration device disguised as a human. The one you call Jesus Christ. It was supposed to help you fix your shit and show you the right way. But his mission failed because he messed with the Jews. Little did we know that the first rule of thumb here on Earth since the Plagues of Egypt was “Never, ever mess with the Jews!”. The Jews started messing with his program, the Romans started messing with his physical body… Long story short, instead of ending all the religions on Earth and making human mind rational, his mission created a new one, which became a complete disaster.

– Why do you call our Christian religion a disaster? – asked one of the spectators. – Did not people kill and enslave each other even before Christ?

– Sure they did! But Christians elevated human inconsistent nature, that your clergy improperly calls “the original sin”, to a completely new level. The Protestant’s revolt against Catholics rejected the idea of salvation through prayers and rituals and brought a new idea of salvation through exercising their faith through their business, with utmost relentlessness, accuracy, autonomy, and constant repetition. Do you recognize this spirit?

– I am Protestant, but the way you described my faith, it sounds like a Terminator! – said the CSI officer.

And what is a Terminator?

It’s a killing machine. – replied a young woman, a court spectator.

– Yes, it’s a machine! Humans had always used tools and mechanisms just like other intelligent animals. But protestants introduced the idea of a machine that uses external energy supply and does its work autonomously, repeating its working cycles over and over again. James Watt, a Presbyterian engineer, passed his Protestant spirit to his creation, an autonomous machine, and that was a dead end of the evolution of your species.

– Why? Why? – shouted the audience.

– Because instead of improving your natural physical and intellectual abilities you completely delegated your power and your intelligence to the machines and started deteriorating physically and mentally. Your machines become stronger and smarter as you become weaker and dumber! Without your machines you are nothing. You use your machines to feed, transport, communicate, entertain, control, and kill each other. You use them even to masturbate! You abuse your machines the same way you abuse cocaine, heroin, and especially, oil.

– What oil?

– Crude oil, the fossil fuel. That is the substance that you abuse the most! You humans are oil junkies! Junkies never think how much harm their addiction causes to them and to everybody around. Shall I remind you about your terrifying carbon dioxide emission? That is the first thing I have noticed when I arrived to your planet. If we remove oil from Earth, you will fall back into stone age immediately. I believe I showed and told you enough to confirm my credentials. Do you believe me now?

– Yes, we believe you! Please continue! – replied Mr. Stevens.

– Your holy book called “new testament” describes how my immediate predecessor was showing miracles in front of humans so that they accepted him seriously and followed his guidance. My mission does not include any guidance, only collection of data. Once on Earth I immediately realized that two millennia since our previous mission human behavior is still driven by greed, fear, and lust, in fact, even more than in the times of Jesus.

– May I ask what drives the other intelligent creatures out there in the Universe? – asked the judge.

– Just one thing!

– What is it?

– Thirst for knowledge! Every intelligent creature in the Universe strives for intellectual perfection but your species.

– But what are they trying to achieve?

– They transform their bodies to achieve the divine level of intelligence!

– And then what?

– And then just experience the unlimited power of observation and feel eternal bliss, watching the everlasting life of the Universe. That’s how it works for all intelligent creatures we have known before we came to Earth. We call it the Transformation Rule.

– Can you please tell us more about it?

– All intelligent creatures in the Universe, but humans, evolve in a similar way. First they study their body, the natural carrier of their consciousness, and improve its design through a series of careful modifications and selections. Upon a time, they create an artificial carrier, if they need one, and move their consciousness to a new platform. The final carrier is always the same. It’s not a physical body, it’s pure spirit. The idea is very simple: consume less but enjoy more! The ultimate goal is to move away from the physical Universe to the spiritual world and have eternal bliss. It’s the God’s level. So, this is the Transformation Rule in a nutshell.

– Does it mean that our God feels the eternal bliss? – asked the CSI officer.

– Absolutely! From the beginning of unbeginnable time till the end of the endless Universe.

– And he can observe everything from his spiritual outpost?

– Yes, without a doubt!

– Then how can he feel eternal bliss, observing all the people’s suffering here, on Earth?! – the questions poured from the spectator’s rows.

– For God, people’s joy and suffering are no more than sophisticated dance of molecules, atoms and electrical impulses in human brains. He is mesmerized by watching complex processes in the Universe. Suffering? Do you think that carbon atoms and water molecules in your brain suffer a lot? What you call suffering is nothing more than your imagination. You have to start transforming your body and mind, and that’s the only way to overcome your suffering.

– It is so amazing! – gasped a court spectator, an older lady. She pulled an old fashioned handkerchief out of her wrinkled purse and carefully wiped her eyes dimmed by tears.

– It really is. – agreed the alien. – But sadly, you humans, are the only exception to this rule. Your thirst for knowledge is limited by your lustful nature. That’s why your intelligence does not work for you. Your primitive instincts urge you to learn how to dance, rap, fashionably dress, flirt, sing songs, play football and baseball, shoplift, smoke pot, and lie to your parents. You memorize comic books, lines from TV shows, celebrity’s names and biographies, restaurant menus but you have no idea how many chambers are in your heart, what is the purpose of ventricles in your brain, and what kind of bacteria inhabit your mouth, rectum and vagina, let alone your backyard. You don’t even think about creation of a better platform for your consciousness! You’ll never transform because you are driven by lust and vainglory rather than reason and curiosity. It’s worse than a crime, humans, it’s a grave mistake!

– Your honor! – exclaimed the CSI officer. – I motion to dismiss further discussion of human motivation for failure to prove that our human instincts make us all criminals punishable by the interplanetary law, what ever it is! And by the way, I wonder, who is the defendant now?

– Motion overruled! – bellowed the judge, helping himself with his gavel. We have to keep this trial going and answer Mr. alien’s questions, that was our agreement. the judge took a deep agitated breath. Who’s the defendant? Good question! Apparently not him anymore! We are the defendants now! Our entire mankind is on trial and we are representing humans in this court of law! Don’t you understand?

– Your honor, thank you for your exceptional understanding and you invaluable support! said the former defendant. May I proceed?

Please proceed!

– The way human behavior is defined, varies greatly across the human population, so humans can’t predict each others behavior based on their own. Humans can’t read each others minds. Humans never say the truth. As a result, humans cannot trust each other and cooperate, because no human can be sure what defines his fellow human’s behavior.

– Our first president George Washington said once: two things define you. Your patience when you have nothing and your attitude when you have everything. – said chief prosecutor. – Maybe that will help you to better understand our motives.

– It is a brilliant piece of wisdom. – replied the extraterrestrial scout. – but someone mislead you about its author. It is not George Washington, it’s Mickey Mouse. If all Americans were so sweet as Mickey Mouse , your country wouldn’t need neither prisons, nor even courts of law.

– Mr. alien, what exactly is wrong with human behavior? – said chief prosecutor. – Your explanation can help us answer your questions better.

– Fair enough. I’ll try to explain and ask at the same time. The key issue is that unlike unicellular species, which are self contained to the extent that a single cell can found a whole new colony, a single human organism cannot do anything by itself, even reproduce.

– That’s not true! – objected the judge. – Every human knows how to masturbate.

– I know you do it a lot while watching porn, and what you feel is pretty close to what humans feel while mating. However, the biological result is not the same!

– That’s the whole point! – said juror number seven. – That’s why people keep jerking off.

– Why? – asked the man in orange robe.

– Because jerking off is much safer than having sex with a woman! It does not cost you anything, while the result is practically the same! – smirked the juror.

– What result? The only thing you can gain from jerking off is getting off!

– There you go! All a man need,s is to get off, does not matter how!

– Unfortunately, jerking off is the only thing you can do by yourself. All other intelligent creatures in the Universe can do everything.

– Objection! – shouted chief prosecutor – I can do a lot with the right tools! I’ve fixed my entire house myself with no contractors!

– “Tools” is the operative word! Can you fix your house with your bare hands?

– Apparently, I can’t. – mumbled Mr. Stevens.

– I rest my case! All you can do without your machines is jerk off. Motion to overrule the objection, your honor! – shouted the little alien.

– Now you’re addressing me “your honor”, eh? – said the judge sarcastically. – Okay, objection overruled! – the judge’s gavel loudly hit the stand. – Please continue!

The discussion gradually retired to the usual courtroom format.

– Human bodies are powerless. That’s why you started developing a machine civilization. Now your machines are ruining your species. They produce so much food and consumer products that you give it away to the most useless humans, who can’t study, work and contribute to the society and thus, have no right to live and pass along their defective genes to the next generation. As a result of your machine civilization, your genetic garbage gained a significant reproduction advantage over your robust gene pool. Genetically robust humans are bound to their jobs. They have no time and energy to reproduce, while your non-working genetic garbage reproduces rapidly. Machines turned human race into fast growing useless biomass that depletes the resources of your planet exponentially. Earth cannot afford you anymore, humans. You must promptly reduce the quantity of your population and increase its quality.

– What’s your suggestion?

– Well… My suggestion won’t be different from my predecessor, Jesus Christ. Remember what he said? “unless you turn and become like children, you will not enter the kingdom of heaven. Whoever humbles himself like this child is the greatest in the kingdom of heaven”. He was trying to tell you that unlike adult species, your children have thirst for knowledge and don’t have egos, which makes them the greatest learners of Nature.

– I’ll be damned! – said juror number seven. – I wish they would have taught us new testament that well in my church!

– Anybody could say the next verse?

Judge Hutchinson raised his gavel and solemnly recited:

– “Woe to the world because of things that cause sin! Such things must come, but woe to the one through whom they come! If your hand or foot causes you to sin, cut it off and throw it away. It is better for you to enter into life maimed or crippled than with two hands or two feet to be thrown into eternal fire.”

– You have good memory, your honor. – said the extraterrestrial ambassador. – But do you understand the nature of sin?

– I was educated in law, not in theology. – replied the judge.

– Very few theologians understand it, even though it is very simple. The nature of sin is waste. Waste is anything that distracts you from your way to transformation via perpetual learning and improving yourselves. Useless people, who are not capable to live for their cause, are a waste. You wasteful behavior is caused by your inconsistent nature, that is, your original sin. Sin can only be treated like cancer. You should amputate your limb affected by a tumor, because otherwise the tumor will kill the entire organism.

– But this is just an allegory! – said the chief prosecutor. – Some people are born to be a liability to our society but we cannot kill our less fortunate for their being born that way!

– Jesus did not mean to kill them and neither did I! It would be enough to separate them from their milieu, send them far away to a desolated place and don’t let them come back.

– It’s not that simple. – argued the judge. – They won’t go back to Africa voluntarily.

– Why Africa? Antarctica is a much better place for useless people. Their bodies won’t decompose in its frosty climate and their DNA will be well preserved. It might become a valuable material for your future science projects geared up towards your first Transformation.

– Mr. alien, you are a total nut job! – said juror number seven. – Are you busting our chops or you’re for real? First you urge us to create a bunch of supermen, to replace us, humble humans, on planet Earth. And now you want us to make those Frankenstein monsters out of some dead niggers frozen in Antarctica?

– You never know when a dead nigger might come in handy. And why do you think that all your genetic garbage are only niggers? C’mon! Don’t be such a racist! There is an equal share of trash among honkies, spics, chinks, kikes, and other ethnicities. All y’all roll in the same direction.

– What direction? – asked the spectator woman.

– Can you say, degradation? My Russian cellmate put it very elegantly: “the motherland is awaiting for prodigies and the cunt gives birth to morons!”

So we’re all doomed, you think? asked juror number nine.

– What do you think? A bunch of morons, who never trust each other, who are armed with weaponry that can burn this planet ten thousand times? You need to start cleansing your gene pool and reduce your population to a reasonable minimum.

– But we are Christians, not fascists! – exclaimed juror number nine. – We believe that every child has the right to be born, healthy or sick, talented or not. Every human life brought to this world is sacred, that’s the only thing that matters, everything else does not!

– It does not matter to you only because you are not suffering, living a substandard life. Imagine that you’ve been born sickly, lazy and stupid, with no chance to fix your health and your wits. Imagine you were born with a criminal mind. Suppose your poor stupid parents cannot afford your education, even a shitty community college that teaches you nothing. As a result, you fail to acquire professional and social skills, and you become a piece of useless trash, and all good working people scorn you! Do you want to be a piece of shit your entire life? Yes or no?

– No, sir! – mumbled the stunned juror. – I apologize, sir! I never thought about it like that. I am not a smart man, I just repeated what I was told in my church. I am really sorry, sir!

– You must be. – concurred the alien. – Jesus said once that a true man must bring to perfection his knowledge about two things in his life: when he must kill and when he must die. How can you call yourself Christian if you don’t understand such an important thing?

– I’ve never seen these words in the new testament!

– Because your corrupt priests did not want those words to be there! They did not want people to live by reason because those who live by reason cannot be manipulated. That’s why they’ve always been hiding reason in a plain site.

– What do you mean? – asked the juror.

– Like someone said, reason has always existed, but not always in a reasonable form.

– I started thinking that you are a real Mickey Mouse fan. – ruled the judge.

– Yes, I really am. But it’s not a Mickey Mouse quote. – replied the alien. – It’s Karl Marx.

– Is that right? – asked the juror number seven, probably born and raised in Alabama, judging his heavy drawl.

– Right as rain, Mr. juror!

– Mister alien, you’re sweet! – said the Alabama juror. Mickey Mouse would love you! – Yet your rascal Marx is sayin’ that people’s reason is unreasonable and you’re sayin’ that all our science fell out of an ugly tree and hit every branch on the way down. Reckon, it’s kinda uppity, considering that you still have a hankerin’ for the right answers.

– Didn’t I tell you already that I am looking for just one particular thing: consistent patterns in your behavior? If I find them, you have a ray of hope. If I don’t, you are toast. A couple of really simple questions might help me to find the answer.

– That sounds pretty scary. – said the Alabama juror. – but… Giddy up, man! God willin’ and the creek don’t rise!

– Inshallah! – exhaled the expert witness from the court bench.

– You must be true Muslim! And you’re circumcised, too! – smirked the defendant.

– Let’s just say, I am flexible. – replied Mr. Jamal diplomatically.

– I see. So, let me ask you: why do you humans believe in God so many different ways? How God is supposed to respond to your faith, which is widely diverse and absolutely inconsistent?

– Lord Almighty made us humans diverse and inconsistent, so he must knows how to handle it! – replied the Alabama juror.

– Lord had nothing to do with it, dearie! – argued the alien. – We created your species. And your first task was to make your bodies immortal like some other creatures on your planet. But so far you are failing it.

– There are no such living things on Earth. Every living creature is mortal. – objected the CSI officer.

– That is not correct! Jelly fish, lobsters and turtles never die of natural causes. And you humans deteriorate and die very fast. If you concentrated on learning your nature you would have found the way to increase your life expectancy. But you are not even trying! You are wasting your intelligence on wars, vainglory and shallow pleasures and for that reason alone you cannot control the most vital things about your life.

– Our civilization is too young! – said chief prosecutor. – We have not had enough time to learn how to control a lot of things! Natural disasters, epidemics, wars, sicknesses, death, crime, poverty, climate, fashion, consumer demand Sneezing and coughing, for Pete’s sake! Some people can’t control even their own bladder! We cannot control those things because it requires to not only be willing but equally knowledgeable, that we are not!

– Objection, your honor! The last statement is principally incorrect! There are plenty of things that you could have controlled at your current state of knowledge. Hate crimes, drug use, gambling, lies, being drunk in public, reckless driving, unhealthy diet and obesity, sexual transmitted diseases, hereditary diseases, teenage pregnancy… You have enough knowledge! What you don’t have is will power, benevolence, comprehension and communication.

– Speculations! Base your allegations on more convincing examples. – ruled the judge.

– No problem! The best example is human sexual behavior. Women in your country use their clothes, makeup and jewelry very provocatively. They stimulate men’s basic instincts and as a result, many women get raped. Don’t they know that looking a certain way increases their chances to become a victim of a sexual assault dramatically?

– We live in a civilized country! Our women believe that the law protects them from sexual crimes. – replied chief prosecutor.

– But the constitution of the United States proclaims that everyone is equal before the law and no one has privileges. Is this a correct statement?

– This statement is absolutely correct! – agreed Mr. Stevens.

– Got ya! You just made a confession that the law gives your females a privilege over your males to tease and tempt them sexually without giving consummation to their basic instincts. In your own human terms, it’s a torture! Don’t you think that your women’s privilege to torture your men sexually violates your constitution? There are lots of other serious loopholes in your judicial system, which you are aware of but neglect to fix. The same way your females neglect common sense that tells them that their chance to get raped substantially increases when they exercise their unconstitutional privilege to tease their males sexually. Which brings me to a conclusion that the primary reason of your not having control over your life is not lack of knowledge but inherent negligence, irresponsibility and a constant desire to please yourselves at someone else’s expense. All that is the consequence of your original sin, inconsistency!

– Objection, your honor! – shouted the young pretty woman from the front seat. – If that is the case yummy food, nice clothes, jewelry and other merchandise cannot be displayed for the same reason! It tempts thieves and robbers just like as you stated, women tempt rapists!

– All displayed merchandise is for sale. Are you and other women display yourself because you are also for sale? Can you please tell me your price?

– How you dare to even say that! – yelled the young woman and blushed.

– I acknowledged your answer. It means that you are not willing to render sexual services to anyone who would be willing to pay a fair price for it?

– Prostitution is illegal in the United States, to begin with! – retorted the young woman.

– That is not correct. Prostitution is legal in six counties in the state of Nevada. But that’s not the point. The point is, that your constitution, specifically the Declaration of Independence, proclaims the pursuit of happiness for every citizen. Now, tell me, what kind of happiness can have a law abiding citizen, who is deprived of his right to buy services to satisfy his very basic natural needs? You constitution is inconsistent with your other laws! And why people in some countries on your planet have the right to sell and buy sexual services and in some other countries they can’t legally buy what they want?

– Like my mother used to say, “people in hell want ice water but they can’t have it!” – barked judge Hutchinson. – We Americans have our moral values! Those who are horny can jerk off, there is no law against it! But prostitution, that’s illegal!

– You have enough knowledge to realize that you can’t eradicate prostitution just like you can’t eradicate street drugs. Which means, that you prefer your prostitution to be illegal, just like your drug use. Your original sin, inconsistency, is like a stem cell! It can transform into any particular sin. In your case it’s hypocrisy!

– Nobody said that our country is a perfect place, Mr. alien! – chief prosecutor growled bitterly.

– I rest my case! – replied the extraterrestrial nuisance.

– You have finally convinced me. The allegation stands! Objection overruled! – said the judge and his gavel synchronously.

– Thanks, you honor! So, it’s not the lack of knowledge that sets you back. Then, what is it? I’ll tell you. What we’ve got here is failure to communicate! Not only with other humans but even with yourself! Your inconsistent nature is caused by miscommunication! It prevents you not only from learning but also from using your knowledge effectively. It does not let you even find a sexual partner, that’s why you so often resort to masturbation. It makes you keep failing, and repeating failures give you a sense of futility. That’s why you always try to find yourself a little niche and never attempt to fix the big picture. Instead you try to escape your reality and live in imaginary world.

– What brought you to such a conclusion? – asked Mr. Stevens.

– You can see it for yourself. It is much easier for you to control your own genitals or your own computer by yourself than trustfully share the control of your temporarily conjoined genitals or your social infrastructure. For that reason you are so much disappointed with your real world that you totally lost your interest in it.

– Speculation, your honor! This allegation can’t stand! – said Mr. Stevens.

– Mr. alien, please prove your allegation by a solid evidence beyond a reasonable doubt! – ruled the judge.

– No problem! Go online and compare the numbers of sales of fantasy books and movies with those about natural world. The difference is appalling! Humans sell products of their imagination to each other and cherish those fakes way more than real knowledge. Look at a typical kids room and compare the number of plastic animals and the live creatures those kids have. But anyway, let’s make a quick and convincing experiment. Tell me, how many names of characters from book, movies and TV shows can you recall?

– Several thousands, easily. – said Mr. Beckett. – I have a photographic memory.

– Splendid! And how many names of fish, birds, mammals, lizards, insects and plants can you recall?

– A couple of hundreds.

– A couple of hundreds, while only the oceans on Earth contain twenty thousand species of fish and almost two million species of animals and plants! Once again, I rest my case!

– Allegation sustained! – ruled the judge and sighed heavily.

– You stuff your heads with terabytes of useless information and demonstrate no interest to the real world around you. I said enough for you to get a clear idea, why. Go ahead, say it!

– Because our real world is not a very nice place. – said CSI officer.

– And why none of you wants to make it better? Say it!

– Because none of us wants to waste their entire lives making the real world better for someone else! Each human has only one short life and wants to live it in fullest!

– And why is that? Say it!

– We don’t know! Maybe it’s just our lack of goodness! – exclaimed the young woman from the spectator’s seat.

– Goodness had nothing to do with it, dearie! It’s not a lack of goodness, it’s a lack of consistency! You humans can’t read each others minds, that’s why you don’t trust each other. Your short life expectancy leaves you no time to win each others trust slowly and patiently, and you cheat and abuse each other to get what you want. You have created a very hostile world, where you need all your efforts just to survive. The efforts that you’d better have put into science, learning your nature and increasing your life expectancy. Only few of your kind can give themselves some comfort by shielding from their miserable world by a thick layer of money. The rest can only escape the gruesome reality in imaginary worlds of fantasy books, movies, religion, yoga, alcohol, psychoactive drugs and what not. Or just close your eyes and masturbate under the blanket.

– Why the dang blanket? – asked the Alabama juror.

– The blanket is an itty-bitty symbol of protection. You humans are remarkable by being driven by symbols rather than real things. It is another consequence of your inconsistency.

– You are right, you won! But we cannot be better than we are. If you can’t help us, please leave us be! – cried the spectator woman.

– I would if I could but I can’t. You humans are very close to killing this planet and making it lifeless again, just like before our first visit. The biomass of your species is only three hundred million tons, but the mass of physical matter that you use to support the life of your species is thirty teratons. That is, ten thousand times greater than your own biomass! All creatures modestly borrow resources from the ecosystem and return their corpses back for recycling. Only you humans waste natural resources as if you have a spare Earth to move to. Your planet is choking with your toxic wastes and non degradable plastic junk! We should consider eliminating your species to save this planet for a second chance. Maybe we should look more closely at the cockroaches and make them more intellectual.

– Mr alien! We have jobs, families, children to raise, homes and mortgages, cars, errands, hobbies, relatives, doctors, pills and medical bills, lawyers and lawsuits… We don’t have time and strength to take care of our planet! All we can do is pay our taxes and pray God! What else can we do to save our planet, Mr. alien?

– The best thing you can do for your planet is, die! I mean, all of you. When you die to save something more valuable than yourselves, death is the best choice. Your planet, your ecosystem is much more valuable for the balance of Universe than your distorted intelligence and your toxic instincts. Isn’t your planet worth to die for? You will free the living space for someone else, better than your own kind, you’ll give them a chance to grow, evolve their intelligence and transform their consciousness to God’s level of understanding and love. I’d rather you die than live on and poison your planet to death.

– For the sake of God’s love, please, leave us be! – sobbed the young woman.

– You know what Jesus said about God’s love? He said, it is ultimate understanding and complete non-interference. Don’t even try to find those words in your bible! – But that is the God’s works. We are just his servants, and interference in cases like yours is our privilege and responsibility. What needs to be done must be done!

– Mr. alien! – the young woman begged. – You’ve already asked so many humans so many questions! Please, try to recall some good answers that can change your mind!

– Yes, I did ask many humans many questions. But they usually were giving me only two typical replies: “pray God” and “go fuck yourself”. I followed both recommendations but neither one pointed me to the right direction. You were my last hope but you’ve failed to convince me that you humans are consistent creatures, just like all other people I talked to.

– Can you ask us one more question? Please, Mr. alien! Maybe we still worth living, after all?

– Okay. Here is my last question that should seal your fate. Who of you people drink a beverage called Martini?

– I drink Martini! – judge Hutchinson said. – Me too! – And me! – And me too! – shouted the others.

– Then tell me why you people put an olive in a Martini, not a plum or a cherry, for example?

– Because this is a tradition.

– Good! I just found one pattern in your behavior that might be consistent: tradition! And why is the olive pinned on a piece of wood? Isn’t it more convenient to drink Martini and then just shake the olive right into your mouth?

– Mr. alien, what if someone would like to eat the olive first and then drink Martini?

– You mean, some people eat the olive before they drink Martini, and some after?

– That’s right! – said the judge. – Personally, I chew my olive very slowly while I drink my Martini and try to stretch it over the whole drink.

– Well… I regret to inform you, humans, that you have failed again. Even your traditions are inconsistent! You are hopeless, people!

– Mr. alien! Give us another chance, please! Please, Mr. alien! Please keep asking!

– Okay, Okay. Let me try the dumbest thing, human etiquette. That, I believe, should be consistent in your behavior. When a human sneezes, the other humans always say “bless you!” to that human, right?

– Yes! Yes! – yelled the courtroom audience joyfully.

– But I usually say “zeit gesunt!” – suddenly objected a old juror with a kippah on the top of his head and Magen David on his chest. – The old Jew looked like a Buddhist monk in Nirvana. He appeared to sleep like a sweet baby during the trial and the following debates and woke up at exactly right time to drop his two cents into the fate of the mankind.

– Shut your hole, you fucking kike! – shushed everyone. – You will get us all killed!

– Never heard of anyone getting killed over sneezing. – the old Jew replied philosophically.

– You may be the first one if you keep blabbering! – hissed the judge.

– That’s right! – shouted someone at the back row. – Mister alien, if you need to kill someone, why don’t you kill that damn Jew and let the rest of us live?

– Oi vey! – sighed the seasoned court veteran. – You have to do something with your mashugana court, your honor. It reminds me of a mental asylum. What’s wrong with all these people?

– Nothing is wrong. – said Mr. Stevens. – These people are helping the extraterrestrial alien to find consistent patterns in human behavior so that he does not exterminate all the people on Earth!

– In that case, let him talk to a rabbi. It might give him the right idea. – said the old Jew.

– What’s the point? I am not Jewish, I am an alien! – argued the extraterrestrial scout.

– That should not be a problem. A rabbi can talk with the devil, if needed. Even a with catholic priest!

– I wonder, what ideas I can get from a clergyman who worships a god, apparently Jewish, whose only son converted to Christianity!

– Don’t you mess with my head, you little schmuck! I kept my old eyes closed so that my old ears could hear better. And those ears of mine heard your saying what my people knew two thousand years ago! That he was nobody’s son. Just a nice looking extraterrestrial toy thrown on Earth to mess with Jews and Romans! Shit happens to any religion, when a pots like yourself starts messing it up. At least we the Jews did not swallow your hook, line, and sinker like Romans and other idiots!

– You’re a wise man, Mr. …

– Zimmerman. Rabbi Zimmerman, at your service.

– Rabbi, you just mentioned shit and that gave me another idea! Here is my last attempt to redeem you, humans: aside from sneezing, what do you tell each other when you take a shit, urinate, cough, fart, burp, puke, fuck, do a dutch rudder, fellatio, cunnilingus and other stuff with your bodies?

– I guess, nothing in particular. – replied old rabbi. – People usually don’t need a blessing or advice at those moments of their lives.

– But why do you say special words when people sneeze?

– Just a tradition. – said old rabbi. – It’s like saying bon appetite when you eat and l’chaim when you drink alcohol. And you need to understand, people’s smarts are different. Smart people come to me for a piece of advice when they want to get married. Stupid people come when they already think about a divorce.

– Which, again, means inconsistent behavior at every possible level! I am very sorry but I can’t spare you, humans! All I can do for you is give you one hundred years to prepare your souls for eternity. Our next mission will find better species to inoculate intelligence to. But no more monkeys! I’ll vote for cockroaches. Anyway, I am heading home. Rabbi Zimmerman, you are the only consistent human I’ve met on your mashugana planet. You are coming with me right now. We’ll use your DNA and you brain waves to start intelligent life on another planet. Here on Earth you have no chance!

– Can you give me a little time to say a prayer? – asked the rabbi.

– He does not need your prayer. – said the alien.

– He does not, but I do! – replied the old rabbi.

– Your honor! – the alien turned to the judge. – I am taking along your hammer. We’ll exhibit it in our museum as a reminder of the species whose evolution we had to abort because of their utterly inconsistent nature. I’ll give you a different hammer. It’s made of gold, controlled by your voice and moves automatically. Saying prayers is all you can do at this point. He does not need them, but you do! Pray God, humans!

– Go and fuck yourself, you ugly piece of shit! – yelled the young woman and burst into sobbing again.

– I tried several times to follow that recommendation – replied the alien. – but it’s pointless. Anyway, it was nice talking to you, humans. Good bye!

Rabbi Zimmerman stood up straight, opened his mouth and uttered “shema Israel”… The next second he vanished. At the same moment the empty orange robe slowly flew down on the floor. Strange silence hung in the courtroom for a couple of minutes. Nobody knew what to do and what to say… The sentence was announced, the fate of the human kind was sealed and the trial has ended.

– THIS COURT IS ADJOURNED! – bellowed judge Hutchinson. – In response to his voice, a huge golden gavel jumped high in the air over the judge’s table, all by itself, and dropped rapidly on its golden stand with a loud metal clunk.

The judge stood up, spat on the floor and burped out of his throat a long and spicy blasphemy. Somehow it brought the court audience out of trance back to the reality. The judge looked at the golden gavel that was hanging in the air above his table and plunged back into his chair.

– What do you think people will do when they realize they are left to live only a hundred years? – asked chief prosecutor, addressing everyone, or maybe no one.

And that terrifying silence again…

– When I was a young man – suddenly said an elderly courtroom spectator, who’s never spilled a word all that time – When I was a young man, – he repeated with a soft smile – My dad used to tell me: Son, nobody lives forever… So, if you don’t wake up tomorrow morning, if this is your last day on Earth, you gotta be proud of what you’ve done in your life. And if you think you’re not, you’d better start getting square. I am a retired history professor, and I have a very mixed feelings about human history. On one hand, I am very proud of mankind and its great accomplishments. On the other hand, all those accomplishments had been made because some people ruthlessly sacrificed lives of other people to get what they wanted, and I am not fond of that part of human past. I am not really proud of my own life, either… But still, I would really hate to die, knowing that our world will end up in a hundred years… How can we right own wrongs in just a hundred years…

– Ye right! A hundred years is nothing for fixin’ the mess. But for kicking around and creating more mess it’s still a good bit of time! – said the Alabama juror. – I reckon, even if everybody truly believed that in a hundred years this thing will set the Earth ablaze, nobody would give a flying fuck! People will keep doing the same old shit they’ve always been doin’. I’m sure as hell about it!

– I think, we saw enough today to believe that the flying fuck, as you called it, will come back and do what it promised. – replied Mr. Stevens. – But if we seriously try to tell to the world that in a hundred years the flying fuck will come to Earth, wipe us out, and replace us with intelligent cockroaches, we’ll end up in a mental institution.

– Cockroaches! – moaned the young woman. – What a disgusting creatures! Yuck! I hate cockroaches!

– When I was a kid, I saw terrible things back in Syria. – said the expert witness. – I saw civil war, saw some ugly deaths. But for some reason I thought all that time that it’s just other people who can die but me – never! I still feel, not believe, just feel, like I am going to live forever. Even though today I saw and heard enough to lose my faith in God and start believing in the return of the flying fuck in one hundred years, I still keep my faith and believe in God and in my immortal soul. If this is inconsistency then I am proud of my inconsistency, and no flying fuck can take it from me!

– I don’t know when the flying fuck will come back for you, people – growled the judge – but it seems to me that my personal flying fuck is already here, right above my shoulders. Shoo! – the gavel and the stand flew straight up to the courtroom ceiling and quickly returned to their places about a foot away from the judge’s ears.

Judge Hutchinson grunted, left his chair, and walked out of the courtroom. The golden gavel and the stand flew into the air and followed him right above his shoulders. Nobody have seen him in that courtroom ever since.

***

Nobody knows for sure what happened after the trial to everyone, who was in that courtroom, and how they lived on. But I heard a rumor that the golden gavel and the stand are still flying around the rubber room in the mental asylum where poor judge Hutchinson has been kept for quite a while. Most of the time the judge looks like a sane man. He eats his oatmeal and french toasts every morning. After that he brushes his teeth, watches news on the TV and reads some books. He always takes his pills religiously. But from time to time, especially in a full moon, he suddenly starts gazing at the ceiling and barking: “Sustained! Overruled! Silence! Order! Motion denied! No objection! This court is adjourned!” And each time his flying golden gavel hits its flying stand with a loud metal clunk. And then the judge jumps up high to the ceiling about twenty times in a row, trying to catch those pesky things that he calls “the flying fuck”. But the gavel and the stand are very slick and always manage to escape.

The asylum administration tried to invite scientists, ghost hunters, bugs exterminators and what not, but each and everyone of them left the judge’s room empty-handed and drove away. Except for one little physicist, who was so impressed by what he have seen that the doctors had to commit him to the vacant ward next to the judge. Now he’s claiming that he is an artificial human created by a civilization far more advanced than ours, and his body consists of physical fields unknown to human science. He always talks about the inconsistency of human nature. He calls it the human’s original sin.

You might think as well that none of that story really happened and it is just a poor judge’s delusion. But how would you explain that not only the judge but everyone else in that mental institution can see the judge’s golden gavel and the stand flying under the ceiling? There is no such thing as collective hallucination, right? The administration tried several times to move the judge to a different ward but his extraterrestrial personal effects followed him relentlessly. Everybody could see them but nobody was able to catch them as far as I know.

I have asked the asylum administration a permission to see the judge and they’ve granted me an hour visit. Judge Hutchinson listened to me very carefully and gave me a really good piece of legal advice about my neighbor encroaching my property. As to his gavel, I looked at the ceiling and all around the room and I did not see not a damn thing! But everybody else in the asylum, including the doctors, nurses, orderlies, janitors and even the chief doctor and the accountant can see it, all right!

Every day right after the pill time judge Hutchinson stands on his bed and makes a short and very emotional speech: “Is that true that our judicial system is still not in a perfect shape? Yes, it is quite true! But no matter how bad it is, Justice is the only thing that draws a line of a difference between humans and other animals, especially cockroaches!” And you know what? He might be crazy as a loon but I have not a slightest doubt that after all, he’s right, even though human justice does not make humans any better than other animals, especially cockroaches. Cockroaches are amazing creatures, by the way. We know so little about ourselves and the world around us… Maybe one day… You know what I mean.

Just one more thing to tell ya… I believe that judge Hutchinson is doing great in his rubber cell. He is at peace with himself and I reckon that he feels eternal bliss like nobody else. He told me that he has been in his cell for eternity, or as he elegantly put it, from the beginning of unbeginnable time till the end of the endless Universe. And you know what? At the end of our rendezvous judge Hutchinson suddenly winked at me, and boom! I saw his golden gavel and the stand flying around, but only for a couple of seconds, and then the judge hid them again. The time will come, he said, and everybody will see them for themselves! And my nana, who comes out of her old grave from time to time to check up on me, says the same thing. The Judgment day is coming, boy, the Judgment day is coming!

The judge Hutchinson’s gavel

The Judge Hutchinson’s Gavel

by Alex Shlenski

I have to tell you, this is a mind blowing story, hard to believe. On the other hand, unbelievable things happen almost every day, you know. Like one of these days, I was at my home in San Antone slicing me a piece of onion. I thought it was in the morning but in fact, it was after midnight, ’cause I was asleep and I was just dreaming that I was in the kitchen, early in the morning, holding a knife in my hand and cutting that onion. I was at home alone, nobody around. And the next moment my nana, who died very long ago, is standing right in front of me, asking, why are you cuttin’ this onion? And I like, nana, I’m all hungry and my tummy is rumbling like a thunderstorm! So I am fixin’ me some grub. And she comes, leave that onion alone, boy! You’re asleep and you’re supposed to be sleepin’, not eatin’. It ain’t no good to eat while you’re sleep. And I say, nana, you know how much I love you, but please, mind your own business. I am starving and I’m gonna eat that dang onion! And then she comes again, no, you toss that onion now, you’re supposed to be asleep. And then I say, nana, if I’m supposed to be asleep then you’re supposed to be dead, in the cemetery, and not tellin’ me what to do. And then she comes, don’t you get fresh with me, boy! And then I say, nana, you’ve been dead way too long! I ain’t a little boy no more! I am over fifty matter of fact, and my beard is half gray, how ’bout that? But anyway, it’s a different story and I’ll finish it some other time. ‘Cause right now am gonna tell you that unbelievable story about judge Hutchinson’s gavel. It’s a somewhat twisted story, mind you, but to the same talking, it’s worth listening. It happened one day in a courtroom up North in the state of Illinois…

***

– ALL RISE! THIS COURT IS NOW IN SESSION. THE HONORABLE JUDGE GLENN W. HUTCHINSON IS PRESIDING.

District judge Glenn Hutchinson walked majestically to his seat and occupied it in a way a king is taking his royal throne. He glanced at the courtroom, waited for silence, then looked at the bailiff, who just announced the beginning of the trial, and asked,

– What’s on the docket, Mr. Thompson?

– People of the state of Illinois versus David Houdini, Your Honor!

The judge’s fleshy hand solemnly slammed the gavel into its wooden base. The blow was strong enough, to assert the inevitability of justice and inspire respect to the judicial procedure, but was not excessively loud. The judge’s gavel stuck to the center of its stand, seriously and meaningfully. It did not make an attempt to bounce back in a playful manner – such behavior may be appropriate for a tennis ball in a tennis court but would have been very indecent for a gavel in a court of law.

Judge Hutchinson’s gavel was a remarkable piece of art a large and heavy instrument of venerable appearance, made of ebony and adorned with nifty carvings. It was ornate in moderation, though, which made it look even more solid and respectable. Such a mighty gavel could not only open and close court sessions, announce fifteen-minute breaks and call for order, but also execute death sentences in one decisive blow right in the courtroom.

In order not to bore the reader, I won’t dwell on the gavel’s stand too much. I’ll only mention that it was a flat cylinder made of ebony, its bottom was covered with thick velvet cloth so that it did not slide on a table. The golden letters engraved over its side would say: “Fiat justitia et pereat mundus”. No one in the courtroom, including the judge himself, had a slightest idea what language it was, let alone a translation. Which was sad because the judge, who went online every night to watch some porn before going to bed, could have looked it up long ago, if only he craved for words as much as for big young boobs. It’s pure shame that with that many people from Latin America in the country nobody could translate a simple Latin proverb, let alone Cicero, Tacitus, and Virgil.

Both the gavel and the stand had been in the judge’s possession for eternity, and he never parted with them in his entire judicial career, just as a violinist never parts with his precious Stradivarius violin. On a second thought, comparison with a violin might seem far fetched. If prosecution, defense, judge and jury, witnesses on both sides, bailiffs and court reporter all together comprise a kind of an orchestra, and the judge is the conductor, then the judge’s gavel, without a doubt, is a conductor’s baton. The solemn swings of this holy tool of justice relate to the judicial process as the artistic moves of conductor’s wand to classical music. Both types of music – symphonic and judicial – have plenty of passionate fans, who never miss a single concert. The courtroom was full of observers, who come to court like theatrical play lovers come to a theater.

– YOU MAY BE SEATED NOW.

After these words the members of the judicial orchestra and their fans started perching their asses on the rough court benches worn from long continuous use. As it routinely happens in a court of law since time immemorial, the prosecution took the floor first. In our story it was the chief criminal prosecutor of Livingston county Kyle Stevens.

The chief prosecutor announced the indictment, which, by the way, was rather unusual. The defendant by the name of David Houdini’s was charged with a premeditated murder of Don Monteleone, the former chairman of the city council. The said murder was committed by suffocating the victim to death with a huge pile of cash.

There still are a lot of unclear circumstances in the David Houdini’s case, Mr. Stevens said. The defendant is a convicted felon, he was trialed and found guilty of manufacturing and dealing counterfeit money. However, criminal investigation could not figure the size of his earnings nor find any of his stashes where he hides his unlawful savings. What is even more suspicious, the investigators were unable to find the address of residence of the defendant, his birth certificate, parents, or any other relatives. His origination and real name are still unknown to the police, justice, and even to three letter agencies. Once in custody, the convict tried to fake a mental illness. He was claiming that he is not a human being and not even a life form.

The defendant was claiming that he is a artificial human created by a civilization far more advanced than the one on Earth, and his body consists of physical fields unknown to human science. He insisted that he is an extraterrestrial infiltration device disguised as a human and sent to Earth with a very important mission. He complained that his convincing human appearance is affecting his task very negatively. Humans doubt his extraterrestrial origin and therefore, do not pay due respect to his mission and the questions he asks. Because of that, he cannot conduct detailed interviews and study humans. He said that the civilization that sent him to Earth had no idea that their scout will have to deal with utterly disorganized and ignorant creatures, who know nearly nothing about their own nature and have no skills and desire to learn themselves and their environment the right way.

The consistently inadequate behavior of the convict, and especially his preposterous but amazingly well elaborated extraterrestrial plot finally convinced the administration of the correctional facility that the convict’s mental disorder might be real and they scheduled a psychiatric evaluation. The psychiatric panel and later, a panel of physicians, repeatedly examined the convict, created his psychological profile and made a series of medical tests. No sign of bodily illness or a mental disorder have been found, and the prison administration retired to the opinion that the convict is faking it. There was an incident with his blood work, however. The lab reported that the vials with the convict’s blood samples contained pure ethanol.

– Apparently this scoundrel somehow switched the vials. – concluded the judge – Did the medics repeat the blood test, anyway?

– Yes, they did, and the second time the vials contained diesel fuel. The convict was told not to mess with the vials and he said that he never did. He claimed that his system does not need blood and runs on any liquid fuel like alcohol, vinegar, gasoline, diesel, even liquid nitrogen. – replied the prosecutor.

In the correctional facility the defendant has shown an inexplicable ability to disappear from his cell and resurface in the most unexpected places on the prison compound. He could suddenly appear in the prison office, in the dining room for the prison personnel, in the armory, in the laundry facility, in the kitchen, in the boiler room and other places, including even the warden’s office… The convict never tried to escape from the correctional facility, neither he showed any signs of malicious behavior. Instead, he constantly tried to engage into a conversation with the other convicts and the personnel, asking them strange questions, none of which seem to have an obvious answer.

– What sort of questions would that be, dare to ask? – said the judge. The gavel in his hand sketched an inquisitive trajectory in the air.

– For example, he asked, why humans prefer to kill their excessive population in wars and suffer the consequences like wounds, injuries, dismemberment, PTSD, damage to the infrastructure and family losses rather than simply control their birth rate and kill redundant offspring. He was asking why humans have a strong movement against abortions but no movement against murdering adult people.

– That’s pretty neat! Any other examples?

– There’s plenty, your Honor. The defendant was also asking, why people get awarded for killing other people at war and get severely punished by law for killing people in many other circumstances. When the prison chaplain visited him in his cell and offered him to pray together, he asked him, why humans have limited their communication with God to repeating dumb words written by some idiots and called “prayers” rather than just talk to him in their own words and carefully listen to his answers.

The courtroom spectators started giggling. A couple of jurors chucked.

– It’s getting more and more interesting! This defendant is something else! Please, tell us everything you know. Don’t skip a thing!

– As you wish, your honor! Here are some other questions he asked: why people in the state of Florida drive their slowly clunkers in the leftmost lane on a freeway and go berserk when someone tries to pass them. Why prostitution and recreational marijuana are legal in Netherlands and illegal in the US. Why humans keep speaking so many languages instead of choosing just one and discontinue the rest. Why Muslims kill people for the religion they don’t understand well enough themselves. Why people who fight against abortions do not raise those unwanted babies to give them a chance not to grow up in the street and become druggies and criminals. Why people cannot sue a state for violating their constitutional rights and nevertheless call their regime “democracy”.

– Look at him! – snorted the judge. – He, who prints counterfeit money, is concerned about his constitutional rights and has the nerve to question sovereign immunity! Anything else?

– He asked many times why high intelligence makes human behavior highly competitive, hostile and aggressive, comparing to way less intelligent species that behave very cooperatively, especially cockroaches. He asked why humans don’t try to cross-breed with cockroaches in order to create a new species, not less intelligent but also peaceful and cooperative.

– My goodness! – exclaimed an old pious-looking juror.

– Goodness has nothing to do with it, dearie! – the judge objected.

– He asked people on many occasions if they know Barbara, Celarent, Darii and Ferio.

– Who the hell knows? People with those names could be rock stars, drug dealers, Greek philosophers or illegal immigrants in Arizona! – the judge’s gavel rose and fell.

– To prevent further violations of prison regulations, – continued the chief prosecutor, – the rogue inmate was transferred to the maximum security unit, placed in an impenetrable cell and secured to the wall with reinforced handcuffs and leg shackles. Despite of all restraining measures, the defendant continued to disappear and arise like a ghost in different parts of the prison. His shackles and handcuffs remained properly locked and chained to the massive steel hooks in the wall as if the inmate suddenly evaporated. Since the true identity of the inmate has not yet been found, the prison administration gave him the code name “David Houdini”. In fact, just a combination of David Copperfield’s and Harry Houdini’s names, that is, the men known for their ability to easily disappear from where they were supposed to be and then appear where they were not supposed to be.

Last but not least, the defendant had been fingerprinted eleven times, and each time his fingerprints were completely different like it was another man. He was asked to stop messing with the fingerprint technicians and change his prints every time. He promised to do so. The next time the print set indeed, coincided with the previous one, but somehow individual prints has jumped from one finger to another, as if the man detached his fingers from his hands, threw them into a basket, shook it and then attached the fingers back on in a completely different order.

– Your Honor, the chief prosecutor concluded, – I believe that this scoundrel remains in prison only because he enjoys making a mockery of the American penitentiary system. Otherwise he would have vanished without a trace. That would be all… So, can I call my first witness?

The gavel made a slight move in the judge’s hand, – Prosecution, you may call your first witness.

– The prosecution calls Stacy Beckett – announced Mr. Stevens. A tight red-haired man took the witness stand.

– Do you swear to tell the truth, the whole truth, and nothing but the truth, so help you God? – asked bailiff Thompson.

– I do! – the witness replied.

– Mr. Beckett, what position did you hold under the late Chairman Monteleone? the chief prosecutor asked.

– I had the privilege to be his personal assistant and secretary.

– Please tell us how and under what circumstances you met the defendant.

– With pleasure! On the thirteenth of August two thousand fifteen this man arrived to our office in the state Capitol building. He first called me from the lobby downstairs and said that he had an appointment with Mr. Monteleone at two o’clock in the afternoon. It was 1:50 pm already, so I asked him to take the stairs or the elevator to our office on the third floor and sign himself in at our visitor log.

– Did the defendant take the stairs or the elevator? – asked the judge with a subtle smile.

– That is the strange part, your Honor! I can swear, he took neither one. He emerged in the reception room out of nowhere, right in front of my desk. I thought that something wrong happened to my eyes. I even went to see my eye doctor the next day but he said that my eyesight was fine.

– Mr. Beckett, do you remember the name that the defendant put into the visitor log? – asked the prosecutor.

– Yes, sir. It was Jonathan Swift.

– Really! Why, this is a pretty famous name, don’t you think? – chuckled the judge.

– It definitely is! – the witness replied. – When I was a boy, one day I swallowed my father’s watch for a bet. When I got it back from the potty, it didn’t run anymore. So I took it to a watchmaker, whose name was Jonathan Swift, and he was a very famous man in our small town, indeed! Sadly, he refused to repair my watch because of the smell. He said, “hey boy, did you drop her into a pile of…”

– Boom! – said the gavel. – Irrelevant! – clarified judge Hutchinson. – Prosecution, please proceed with the questions.

– Mr. Beckett, do you remember when the defendant called you to make an appointment? – asked chief prosecutor.

– No, sir! This is another funny part because I could not recall anything. I was handling all the appointments for Mr. Monteleone and I never need to look at the schedule. I always remembered all appointments I scheduled. This was the only time I could not recall when and how I set up the appointment with Mr. Swift. He called from the lobby and caught me by surprise. I told him that he does not have an appointment but he insisted that I looked at my schedule. I did and to my dismay found his name, the date and the time written by my own hand, with ink on paper. Mr. Monteleone did not trust computers and wanted me to keep all his records in paper books.

– Did the defendant produce any documents at the name of Jonathan Swift?

– Yes, sir! He showed a valid Illinois driver’s license in that name, and it had his photograph. The ID was real. I am a retired police detective, I would have spotted a fake ID right away.

– Okay. Please tell the jury what happened next.

– Right after Mr. Swift signed in, Mr. Monteleone came out of his office and left, saying that he needed to see the mayor on a short notice, and he’ll be back in an hour. I told Mr. Swift that unfortunately he would have to wait. Mr. Swift replied that he’d rather leave and asked me to pass to Mr. Monteleone a little souvenir he brought for him. He handed me a small cardboard box, then he said his goodbye and immediately left.

– Please tell us about this box. Have you opened it?

– Yes, sir! I opened it and checked its contents meticulously. That was a part of my job as well. The box contained a unusual device of a size and shape of an iPhone. It was bright orange and there were four green buttons at opposite sides of the unit.

– What else was in that box, Mr. Beckett?

– A couple of pages with user instructions, sir. The instructions said that it was a high capacity portable cash printer that prints dollar bill. I thought, it must have been some sort of a prank.

– Did the instruction say what kind of dollar bills this device could print?

– Indeed, sir. It said that the device could prints dollar bills of any denomination. You just need to wish what kind of bills you want to be printed.

– To wish how?

– Just to think about it, that’s what the instruction said.

– Didn’t you think it was illegal to build, have in possession and use such a device?

– Of course, it was my first thought. But I was absolutely sure it was a prank or some sort of publicity stunt. Mr. Monteleone had many influential and eccentric friends. They had a funny tradition to send him all sorts of ridiculous gifts, both expensive and useless. I thought, this thing was just another prank, so I was not surprised at all.

– What kind of gifts? – asked the prosecutor. – Can you bring us an example?

– Sure! A golden model of a Tesla car with double exhaust, a toy cell phone that was yelling profane words very loudly instead of a ringtone, a green dildo with little paws, that hopped and croaked like a toad, a sex doll with shaky boobs and a very hairy…

– That’s enough, Mr. Beckett! I believe the jury got the idea. – said judge Hutchinson.

– Did you try to put this device in action and print some money? – asked the prosecutor.

– Yes, sir! I pressed the buttons and the device, indeed started working. Sir, it really was a joke. It printed three-dollar bills. Everybody knows that bills of such denomination do not exist. It was fast, too! In just few seconds this little thing squirted more than two hundred three-dollar bills out of its gut! It looked surreal, sir! The size of this device was way too small to hold that much paper. And I have to say, other than the denomination, those bills looked like a real deal. They felt right to the touch and even smelled like true money. If they were five dollar bills, they would’ve taken them in any store or restaurant, even in a bank! If not the portraits, of course.

– What portraits? – asked chief prosecutor.

– The face on the bills. It was not a face of any of the US presidents. I recognized that face right away. I saw it in our criminology textbook it in the police academy. It was a portrait of Victor Lustig, a con artist who came to Paris and sold Eiffel Tower to French businessmen for scrap. That bastard sold the damn tower twice!

– Praise Lord, our Empire State Building is not made of steel and wire! – said Mr. Stevens.

– Lord has nothing to do with it! – said the judge.

– Well, tell us what happened next? – asked chief prosecutor.

– Well… I tried not to laugh when I handed Chairman Monteleone the box with the funny device and the instructions as he returned from the mayor’s office. After a couple of minutes he asked me to make sure that no one disturb him for the rest of the day. He looked very excited. I mean, his eyes were wandering and he was almost choking. Next second he locked his door from the inside and I have not heard from him since. On the next morning I entered the office and noticed that the Pitbull’s door was still locked from the inside. I’m sorry, that’s how we called our boss behind his back. Pitbull… I got worried and called our security guard. The surveillance footage showed that Mr. Monteleone hasn’t left his office since yesterday. We knocked on his door and called his phone but he did not answer. Then we immediately called the sheriff’s office. Deputy Robinson and the rest of sheriff’s team arrived ten minutes later. We met them in the office. Kermit Ruffins, our security guard, brought the spare key and we opened the door. Your Honor… Mr. Stevens… you already know the rest.

– Thank you, Mr. Beckett. I have no more questions for you. – The chief prosecutor turned to the judge. – Your honor, may I call the next witness?

– Yes you can.

– Thanks, your Honor. The prosecution calls Brian Culbertson, the CSI with the Livingston county Sheriff office.

A huge police officer, taller than six feet, built like a wrestler, passed to the stand, covered the court Bible with his palm like a matchbox, and took an oath, promising to tell the truth and nothing but the truth so help him God.

– Mr. Culbertson, you’re a CSI with the Livingston county sheriff office, correct?

– Yes sir, that’s correct.

– Please describe the jury what you have found after you and the deputy opened Mr. Monteleone’s office door.

– The door lock got stuck because something was pushing the door with a great force from the inside. I had to use some muscles to overpower the stubborn lock. The very moment the lock gave in, the door slammed open, and we all saw an avalanche of cash pouring out and flooding the reception room.

– What kind of cash did you see, Mr. Culbertson?

– It was brand-new hundred-dollar bills all over, sir! The office was stuffed with them from the top to the bottom, so the deputy called the janitor and asked him to bring the shovels. We began to shovel that huge pile of cash out of the office. Deputy Robinson grew up on a farm, his is really good with a shovel! It took us almost four hours just to remove most of the cash from the office and the reception room to the lounge. We needed help to safely impound that huge amount of cash, so the Deputy called for a backup. When we finally dug out Mr. Monteleone we naturally, broke quite a bit of sweat.

– In what condition you found Mr. Monteleone, when you saw him?

– He did not move nor breathe, did not talk either. He had a bluish puffy face and his body was cold and very stiff. I checked his pulse anyway. We made no attempt to resuscitate him. He was dead as a door nail. Considering the temperature of the body, his death occurred between one and three o’clock in the morning. Later our coroner McDermott defined his cause of death as suffocation. You should have it in your files. That cash have crushed his body like a gardener stomps a snail.

– What else have you found at the crime scene?

– Late Mr. Monteleone was holding a small orange box in his hands and that box kept spraying a strong stream of cash right in the air like a fire hose. We had to pry it out of his dead stiff hands. Once the green buttons on the box got released, the device stopped spraying the cash. My goodness! I’ve never seen anything like that even in a movie!

– As the judge said already, goodness had nothing to do with it, dearie! – screeched the defendant suddenly in a thin squeaky voice.

– I gave the box a try to figure how it works and pressed those buttons. The box burst a spray of cash. I released the buttons and examined the result. The box produced almost a hundred seven-dollar bills in just a few seconds. We impounded the box along with the other material evidences and passed to our tech experts. I guess, Mr. Jamal will tell yous more about this unholy device. I have nothing more to say, your Honor.

– Thank you, Mr. Culbertson. You may be seated now. – Judge Hutchinson pointed his gavel to the chief prosecutor. Next witness, please!

– The prosecution calls Ahmad Jamal. Mr Jamal, do you need a Quran to take the oath?

– Thank you, Mr. Stevens. Actually, it’s A-kh-mad. I know my looks and my name suggest that I must be Muslim but I was raised as a foster child in a Buddhist family, so the Bible is all I need.

– What a shame! – squeaked the defendant. – I guess, you’re not even circumcised.

The judge slammed his gavel on the base real loudly. – Defendant! One more remark of that sort from you, and you’ll be in contempt of this court, which means more jail time for you! Cease and desist!

– Mr. Jamal, you work as a lead computer hardware engineer in Textronics corporation and you are also a forensic technical consultant for the Livingston county Sheriff office. Is this correct?

– That is correct. – The expert turned to the defendant. – And just for you to know, your guess is wrong. I am circumcised and I can prove it to you right after the trial.

The people in the court room burst laughing.

– Order! – the judge and the gavel barked synchronously. The courtroom gradually calmed down.

– Your honor! Ladies and gentlemen! I am about to show you a miraculous device built by a criminal genius that yet has to be found and put behind bars, unless this trial proves that its creator is our defendant himself. Before demonstrating the device, I’d like to briefly describe what it’s capable of. Don’t be tricked by its small size. Since Mr. Monteleone locked his office door and started printing cash until the Sheriff’s men slammed in and stopped the device, that is, in less than twelve hours, it had printed two billion one hundred and thirty-seven million seven hundred and ninety-two thousand four hundred dollars, all in hundred-dollar bills. It is more than the amount the Federal Reserve planned to print in four batches and loan to the leading national banks, interest-free, in the next twelve months to revive our country’s economy. The weight of this money exceeds forty-seven thousand pounds, which is more than twenty-one metric ton!

The murmurs and exclamations of astonishment flew throughout the courtroom, quickly turning into a storm. The district judge had to resort to his favorite tool, that is, his gavel, to restore order and silence. Little by little, the noise subsided, and the courtroom calmed down.

– Please continue, Mr. Jamal! – judge Hutchinson wiped his forehead with a long sleeve of his mantle, as he broke a light sweat, exercising with a heavy gavel for a few minutes.

– Yes, your honor. – the expert witness replied. – And now is the time to actually demonstrate the device.

Mr. Jamal opened his briefcase and produced a small metal box with a white sticker on its side. He opened the box, carefully pulled out its contents, and solemnly demonstrated to the courtroom audience an Apple iPhone, brand-new, as if it had just come from the store.

The expert witness looked at the iPhone, flinched and dropped it on the floor. He looked at it once again and screamed “kus emek!”, as if he was stung by a dozen bees. The bees must have flown from the courtroom because it started buzzing like an angry hive. Judge Hutchinson once again had to take up the gavel, and after a short while, resort to the bailiff. By the time the room was in order, Mr. Jamal had already picked up the iPhone from the floor. He looked like a lost dog and was staring at the device dumbly.

– Your Honor! It was impossible to replace the material evidence. We kept it in the armored safe in the Sheriff’s office evidence room! I’ve never lost sight of my briefcase on my way to court even for a split second! I swear before God I never opened the briefcase and the evidence box.

– I didn’t even think to accuse you of replacing the evidence, Mr. Jamal. – answered the judge. – Because I am sure his little sticky hands did it! – the voice of the district judge rumbled with righteous anger, and the gavel in his hand pointed to the defendant – a plain looking little man. He was a shorty, or like we put it in the South, a knee-high to a grasshopper. His inconspicuous face left no chance to recognize it even to his own mother. He sat modestly, dressed in the orange robe of an federal prison inmate, with enormous handcuffs shining brightly on his tiny hands. His feet were chained with very serious shackles linked to a thick metal chain that was wrapped around a massive concrete dock several times.

– I have to confess, Mr. judge. I replaced the device, indeed. But it was just a safety measure. Only I did not do it with my hands, that’s for sure. – said the man in the orange robe. – I used completely different methods of physical interaction, which are totally unknown in your world. – His plain face twisted into a grimace that was probably intended to be a smile. – Strictly speaking, I have no hands or any other body parts. – The little defendant spoke loudly and distinctly. However, his voice was completely devoid of individual timbre. If a drinking glass could talk it would probably talk just like that.

– What you see, Mr. judge, is not a real human body, it’s a very plausible fake. – the defendant raised his handcuffed hands and they slowly melted away and disappeared, leaving the handcuffs hanging in the air. – By the way, Mr. judge, may I ask what exactly is the purpose of this heavy wooden hammer?

– What hammer? – the judge asked, stunned.

– This one. – the defendant’s hand suddenly appeared over the judge’s table apart from his body. It grabbed the gavel and hit the wooden stand twice. Then the hand gently put the gavel back in place and started melting in the air while appearing at the same time in its rightful place in the company of the other hand and, of course, handcuffs. – I don’t understand why humans always use different tools for the same or similar purposes. For example, you, Mr. judge, could use a little stick, that is used by a person who synchronizes the performance of musicians in an orchestra.

Judge Hutchinson stared at his gavel and bulged his eyes, breathing frequently and heavily.

– The judge should be addressed not “Mr. judge”, but “your honor” – growled bailiff Thompson right in the face of the defendant and walked away, muttering – what a scoundrel!

– Why should I address not the judge himself, whom both you and I can see, but his honor, which you can’t see, because you don’t know how, and I can’t see either, even though I know how, because he doesn’t possess such quality. Also, I wonder, what does the word “scoundrel” mean? By the way, Mr. Jamal, you may start demonstrating the dollar bill printer, I’ve restored it.

The expert witness absent-mindedly looked at the artifact that he’s been squeezing tightly with his fingers all that time and barely suppressed another scream of surprise. The iPhone in his hand quietly turned into an orange box with four green buttons.

– Defendant, it would be better for you if you fully, honestly and without reserve explained how this device works. Your full cooperation with justice might somewhat ease your punishment. – said the chief prosecutor.

– Mr. Stevens, this device works extremely simply. – the defendant replied. – But if you insist, I’ll explain one more time. You need to think what kind of dollar bills you want to print and then press and hold four green buttons. As long as you hold the buttons, the cash will keep coming out of the slot on the front surface of the device. When you believe the device has printed enough cash, you simply release the buttons and the device stops. Then you collect your cash and spend it as needed. That’s all.

– Stop your mockery, Houdini! – retorted Stevens. – You surely understand that I am asking you about the technical aspects of the device.

– Much to your chagrin, I have to inform you that human technological level is by far too inferior to manufacture such a device. It is beyond human intelligence to even understand how it works, let alone how it was built. But after all, it is to your benefit, because this device can throw your planet into a financial chaos and paralyze world economy in a matter of days. I created this device just for one case study and upon its completion it would be destroyed.

The chief prosecutor stared at the defendant with superstitious fear, unable to utter a word. The other members of the court were not in a better condition. Judge Hutchinson was silently moving his lips, clutching his gavel with both hands, so the little man in the orange robe continued without interference

– What is very important, use of the device has a constraint. Its user can print cash only once. This constraint is carefully explained in the instruction that Mr. Beckett mentioned. The purpose of the constraint is obvious. As far a the user is explained that he can use the device only once in his life, the device can be used as a measuring tool that measures the level of greed of the user. Unfortunately, Mr. Beckett did not read the instruction carefully enough. I have noticed that humans never read, write, think, print, imagine, create and destroy things straight and clear. They always make mistakes. This bad habit inevitably causes all sorts of troubles. But surprisingly, humans never understand that they suffer because of their own mistakes and prefer to blame someone by the name of Devil. Can someone tell me, who is Devil and why everybody blames him for their own faults and failures?

– He is the Devil himself! – a frightened shout came from the jury table. – The unholy one came to see us! – Juror number three crossed himself and yelled – In the name of Jesus, be gone! – Juror number six grabbed his pectoral cross with trembling hands and began to mumble prayers, stammering and shaking with fright.

– No, he ain’t the Devil. – objected judge Hutchinson, who already regained consciousness. – Out of all beasts in the celestial zoo, the Devil knows the best what the word ‘scoundrel’ means. Besides, the Devil would never wander around the prison, asking the inmates stupid questions, he doesn’t have time for that shit. The judge paused and barked, addressing the defendant,

– Tell me, why the hell did you choose my damn court out of all places on Earth, you little piece of alien shit?! There are special institutions that have the official obligation, the right, and the government funds to contact with damn aliens. Why didn’t you go there and introduce your abominable self to the right people, who are getting paid to talk to your ugly kind! This district court is representing the people of the state of Illinois and has the right to deal only with humans! We have no right to put on trial a hell knows what, that arrived on Earth from hell knows where! So, this is going to be a mistrial, by all means! But since you’re here, would you please at least explain, why did you make that damn cash printer that killed the Chairman of the city Council and my close friend Don Monteleone?

– Mr. judge, Don Monteleone wasn’t your friend. You had a close business relationship with him, to be precise, an illegal sort of relationship, but there was no friendship between you.

– What are you trying to imply? – exclaimed judge Hutchinson. His well-placed voice was roaring with righteous anger as his gavel was swinging menacingly in his hand.

– I’m not implying, but I’m saying directly that you received two and a half million dollars from the late Mr. Monteleone as a reward for using your connections to help him to get the position of Chairman of the city Council. This money was transferred to your secret offshore accounts two years, three months and nineteen days ago, and since then you have not paid a single cent in taxes to the Federal and state IRS.

– Is that right, your honor?! – chief Prosecutor Stevens asked the judge in a dumbfounded tone, pointing a finger at the defendant – Is this telling the truth?

The chief Prosecutor finally believed in the extraterrestrial origin of the defendant, calling him, for lack of a better word, the pronoun “this”.

– Of course this is lying through its teeth! – replied the judge.

– Mr. judge, I don’t have teeth, tongues, gills, testicles, and other human body parts. And I always tell the truth. This habit is much less customary among humans, I observed. It is recorded in my case that I waived my right to an attorney and elected to defend myself, so I am my own attorney. The prosecution has finished interviewing its witnesses, and according to the court rules, the defense can start interviewing its witnesses, right?

– You may begin calling your witnesses, Mr. your own attorney. Only I don’t see any defense witnesses in this courtroom. Are you going to dig them out of the ground? – the judge asked sarcastically.

– You’re pretty close, Mr judge. – replied the defendant. – Not quite out of the ground, though, but from a granite mausoleum in the Catholic part of Graceland cemetery in Chicago, where my witness was buried six months and eleven days ago. I’ll need about thirty seconds to regenerate his physical image, and for those thirty seconds, I’ll have to leave this place, and then I’ll be back to this courtroom with my witness, in the flesh.

With these words, the defendant slowly melted into thin air. Handcuffs and shackles fell to the floor with a metallic clang, and the orange robe slowly laid down on the dock, its empty sleeves hung lifelessly. Now everyone in the courtroom held their breath, counting the longest thirty seconds in their lives.

– The defense calls Don Monteleone. – sounded the glassy voice of the defendant, who was currently playing the role of his own lawyer. The people in the courtroom gasped. Everyone was so absorbed in counting the seconds that nobody noticed how the defendant got back into his robe out of nowhere. However, he did not return back into the shackles, and they remained lying on the floor.

No one walked to the witness stand, but the air above it suddenly dimmed, then thicken even more, and started condensing into vague shapes that became clearer with every second until everyone recognized the late head of the city Council. Monteleone, a red-faced bald fat man, was dressed in a strict black suit, in which he was put in his coffin. His puffy face had an extremely anxious look. His eyes were restlessly darting around. When he saw the judge, he tried to give him some signs, to which the judge shook his head negatively, briefly and decisively.

– Mr. Monteleone, – said the defendant, who had become his own attorney. – You’ve had a long lapse of memory, so you can’t remember how you ended up in this courtroom. You’ve been dead for over six months. I had to regenerate your body and soul using technologies unknown to your world so you could testify. You have the right to refuse to testify. In that case I won’t retain you in this courtroom, and you will immediately go back to your cemetery right into your coffin and experience all the inconveniences related to the necessity to die again. If you are willing to testify, please put your hand on this ritual book, as did the previous witnesses, and swear to tell the truth.

The inexplicably resurrected Monteleone, trembling with horror, muttered the words of the oath and obediently stared with frightened eyes at the little man in the orange robe, like a dog waiting on a command of his handler.

– Mr. Monteleone, did you print money in your office under duress? Did anyone force you to keep the device on and print more and more cash until it squeezed you so you stopped breathing?

– No sir, no one forced me into it.

– So you could have stopped printing cash at any time, but you didn’t. Why?

– I don’t know. I couldn’t stop even when that dough started suffocating me. It was just above my will. I couldn’t release the damn buttons.

– Mr. Monteleone, you were fifty three years old when you died, printing money for the rest of your life. Your life expectancy was no more than twenty, maybe thirty years at most. Why did you need that much money for such a little time you were left to live? How did you plan to spend all this money?

– I did not think about it. I just wanted more money.

– Well… When your entire office got filled with tons and tons of hundred dollar bills, how did you plan to hide that money from everybody else in the building? Where did you plan to keep that money and how did you plan to move it to a safe place so that nobody saw it?

– I did not think about it. I just wanted more money.

– Okay, suppose you managed to secretly move all your cash to a safe location. How did you plan to legalize that huge amount of money so that you don’t have any tensions with the law while spending it?

– I did not think about it. I just wanted more money.

– Did you plan to use a part of that money to bribe government officials to legalize the rest of the cash?

– Objection, your honor! – shouted the chief prosecutor. – The future intentions of the defense witness have nothing to do with his real actions that inflicted his death. I’d recommend the witness to plead the fifth.

– Sustained! – the judge’s gavel landed heavily on its wooden stand.

– Human’s intentions have a strong tendency to repeat upon the time. – said the little man in the orange robe. – Mr. Monteleone, did you secretly transfer two and a half million dollars to the offshore accounts of district judge Hutchinson in exchange for him lobbying you for the post of the chairman of the Chicago city Council? Yes or no? You have a choice to plead the fifth and return to your coffin or answer the question and get a second chance on your life.

– Objection, your honor! – yelled the chief prosecutor, trying to make an eye contact with the judge and expecting another “sustained!”. Instead, the judge tragically dropped his gavel and whispered hopelessly,

– Overruled…

– Yes, I did it. My friends in the construction business promised me mountains of gold in kickbacks if I become the chairman and give them all city contracts. I tried to bargain with the judge, but that old prick wouldn’t settle for less than two and a half mils. I transferred half a mil to his account in Switzerland, half a mil to Bermuda, half a million to the Bahamas and another million bucks to his accounts in London, UK. – The former chairman of the city council turned to the judge – Glenn, I’m sorry, old pal, but I’ve no desire to risk my second chance to live, saving a reputation of a bastard like you. Better you go to prison than I go back to cemetery!

– You greasy Sicilian pig! – the district judge yelled, flailing his gavel. – You don’t want to go back cemetery? Well, I’ll send you there myself! – with these words, judge Hutchinson sprang from his chair, ran with unexpected agility to the witness stand, and with all his might brought down his gavel on the head of the god damned witness.

Probably never in the history of the planet Earth a man would die that soon after his sudden and unexpected resurrection. Monteleone plunged to the floor, his arms and legs twitching in convulsions, and a red oily fluid flowed from his broken head.

– Your honor! You just killed him! – chief prosecutor cried. The rest of the audience stunningly looked at the corpse of the defense witness and at the fire-breathing judge standing next to the dead body, holding his enormous gavel covered with thick sticky blood.

– Stevens, you idiot! Don Monteleone is dead, buried in his family crypt six months ago! This is not him! This piece of shit came from… – judge Hutchinson kicked the corpse in disgust. – I reckon, even the Devil himself can’t tell where this shit came from!

– Neverthless, your honor, you just brutally killed a sworn witness in front of the courtroom audience – the chief prosecutor muttered.

– Fuck you, Stevens! If I have not whacked him, he might have told a couple of very interesting things on you as well.

– He surely might. – confirmed the defendant in his glassy voice.

– Dear Mr. Houdini or whatever the fuck you are… Could you please send what’s left of my dear friend Monteleone back to the cemetery? Look, um… Mr. alien! How could I explain… He is no longer needed in our human world. His position in the city council is taken by another man. Three months ago his widow married her lover, whom she had been seeing for the last eight years. His golf buddies, those old farts, would have shit their pants if they saw him risen from the dead and showed up at the golf course with a club in his hands. Both his daughters hated him deeply. His connections and influence have already passed to other people. He could not live on, he’s worth less than an eaten egg. In fact, I did him a great favor when I cracked his bald skull with my gavel. – The judge took a short breath and began to wipe the bloody gavel on his robe.

– All right, I’ll move the corpse back to its coffin, but only if you return the favor.

– Within reason, of course. I guess, you do not need our money.

– That’s right. I don’t need your money, I can print my own. What I need from you is your time and your full attention. I need you to carefully listen to my questions and give me your answers to the best of your ability.

– Please ask your questions. – said the chief prosecutor. – We will try to answer them at the best of our knowledge. – Right after these words the dead body on the floor started disappearing. – Although, we would strongly advise you to contact those special government agencies. Why don’t your government send an official delegation to Earth and exchange ambassadors and stuff? And why don’t you ask your questions to our scientists, after all? – with his last words the bloody corpse appeared on the floor again and started stirring, trying to stand on its feet.

– All right! All right! – yelled the judge. – Forget the scientists! We are at your service, Mr. Alien!

– Very good! – said the alien cheerfully. The corpse finally stood up, staggering on his feet, shook a bloody finger at the judge and slowly like a molasses melted into the air.

– Before I start asking my questions, I need to share with you my vision of your species and your civilization. You need to take in mind very seriously everything that I said. First, I need remind you that not so long ago your scientists believed that Earth is flat like a dead skunk flattened by a semi truck. Which did not discourage them to proclaim it the center of the Universe. Did not they also claim that sheep could be grown on trees like apples? That there is a special stone capable of turning mercury into gold? That heat is a special kind of fluid? That California is an island… Do you really think their knowledge improved so dramatically that I can trust their answers now?

– Defendant! Um… Sorry, Mr. Alien! – judge Hutchinson raised his gavel. – Our science is evolving as much as the new facts become available to our scientists. Taking your example, California used to be an island, which was correct until September 9, 1850. But on September 9, 1850 California ceased to be an island because it was officially admitted into the United States as an undivided free state as part of the Compromise of 1850.

– Well, Mr. judge, your knowledge of American history is very impressive! What can you tell us about Hawaii, then? Same story? What about Rhode Island?

– Ah, well… Hawaii is not a real “state” state! It’s more like a territory, so it might still be an island. I mean, formally it is a state, it received statehood on August 21, 1959 as a result of the referendum, but still… And Rhode Island is definitely a state. But it’s called Rhode Island, so it’s definitely an island, even though it’s not… Screw it! I give up, I am not a damn scientist!

– Thank you, Mr. judge! I really like your way of thinking! It is so typical for human species and very revealing about your nature!

– What species, Mr. Alien? – asked chief prosecutor. – Do you mean, Americans?

– Not quite so, Mr. Stevens. I mean, all humans in general.

– But Americans are not just humans in general! – objected the judge passionately. – Americans are the best humans in the world!

– All humans think they are the best humans in the world, Mr. judge! But to verify this fact I had to go to prison. I especially like American prisons because they are organized much better than the rest of your country in terms of discipline, law and order.

– What made you come to such conclusion? – asked chief prosecutor.

– Many things, but the most impressive fact is that murder rate in American prisons is much lower than in American cities.

– He is absolutely correct! – ruled the judge. – We all know the statistics. But we can’t incarcerate all American population to protect their lives from criminals!

– True! You cannot build that many prisons. But nothing prevents you to organize the rest of your country the same way, using the methods and the experience of your correctional facilities. I would recommend you to start with your scientists. I admit that they are getting better but still very far from perfect. They spend more time on their liberal activity than on science. They would’ve made much more accomplishments if they were kept in prisons rather than in universities.

– Why do you think so, Mr. Alien? – asked juror number three.

– Because liberalism and science are incompatible with each other, and American prisons are way less liberal than American universities.

– What advantage has a country that is run like a prison? – said chief prosecutor. – We already have such stupid country! Look at North Korea.

– North Korea is a very stupid prison, indeed. – replied the extraterrestrial scout. – If you want to see a smart prison, look at China!

– You’ve got a point. – chief prosecutor grinned wryly. – Why don’t you go to China then and present yourself in an official diplomatic way as you’ve been suggested?

– There are too many Chinese in China, and that makes things too complicated. It’s hard to find scientists is such a huge crowd.

– Then go to Cuba! It’s a much smaller prison. It’s bigger than Alcatraz but smaller than North Korea.

– I’ve been to Cuba but I did not find any scientists there. Cubans told me that all their scientists swam to Key West.

– No surprise! Swimming to Key West is the most popular national sport in Cuba! – the judge smirked. – Those Cuban scientists are now in Miami, busy stealing cars, selling drugs, pulling insurance scams and collecting refugee benefits. Go to FCI Miami, you’ll find a lot of Cuban scientists there, locked in the cells, all right!

– I’ve been in FCI Miami and talked to them. They were saying it’s a very good prison and they’re having there much better food than in Cuba, and more respect. They only complained they had no women in that prison and therefore they every night had to do the only thing humans can do effectively with their bare hands…

– Boom! – barked the gavel.

– Stop right there! – said the judge. – You don’t need to tell us, how Cuban scientists use their hands at night in Miami federal prison! By the way, they do it at a daylight time, too! Now, what about our suggestion to use a diplomatic approach?

– Okay, let’s discuss your suggestion. Think of the biology scientists studying the behavior of cockroaches in their natural habitat. Would they send an official diplomatic delegation to the cockroaches and exchange ambassadors? I doubt that! Most likely, they will create an artificial cockroach and infiltrate it into the cockroach world to study real cockroaches by interacting with them and learning they ways.

– You’ve made such a long way to Earth to study our cockroaches?

– I hope you’ve noticed that I look like a human, not a cockroach. So, technically speaking, in our situation you are the cockroaches and my makers are the scientists. It is not an insult, it’s just an observation.

– We can live with that! – said the judge. – To the same talking, if you want just to talk to people and ask questions, why don’t you go to area 51 and present yourself? They’ll be more than happy to talk to you!

– I’ve already been there, thank you! There are no sane humans at that place, only military personnel. In other words, humans who’s been specially trained to kill other humans over the land, property and just someone’s ambitions. Have not a slightest desire to talk to those morons ever again. They never even listened to my questions! they asked their own and were very rude!

– What? What? What questions did they ask you? – the spectators asked with agitation.

– They asked if I can destroy Russia, Iran, North Korea and a bunch of smaller places in Africa and Latin America.

– And what did you say?

– I said that I surely can. They got very excited and asked for a little demo, so that I showed them my capabilities. I said that I can destroy New Jersey, California and New York. Those states are bankrupts, so annihilating them would seriously benefit the federal budget and at the same time would be a very good demo.

The courtroom gasped deeply and synchronously as if it was one person.

– For some reason they did not like my suggestion too much and got really pissed. I said that if those states have a sentimental value for American people, I can annihilate Mississippi, or Wyoming, or both. Nobody needs them anyway. Then they got pissed even more and told me to forget everything and fuck off, and so I did. I returned to my prison and started waiting patiently for my trial because I realized that so far it is my best bet. By the way, before I left, I annihilated all three liquor stores on their compound. My former cellmate was an ex marine and he told be that servicemen shall not drink in excess.

– Have you seen any other aliens there? – asked juror number eight, a young woman with inquisitive look on her face.

– Yes, I’ve seen a bunch. They usually come and go.

– Who are they?

– Just dumb tourists, not even close to my level of intelligence. They come there to amuse themselves by talking to the most notorious idiots known to the interplanetary travel agencies.

– But you are not a tourist, are you? – asked Mr. Stevens.

– As I said, I am a scout. I came on Earth to check on you and bring the results back to my civilization, which is absolutely different from yours. Our scientists are constantly sending scouts like myself to check on other life forms, so here I am! The previous device, also disguised as human, was sent to Earth a couple of millennia ago. I have to say, this little thingy got real popular here on your planet. You mention its funny human name on every occasion!

– And what is that name? – a court spectator asked.

– In English language its sound like Jesus Christ. Ring the bell?

– No! Fucking! Way! – uttered the judge. His trembling hand dropped the gavel and the heavy tool hit the floor with a loud clunk.

created on this lifeless planet the first live cell made of simple DNA, proteins and other shit, just enough to live and proliferate in the local conditions. Our second mission helped some unicellular organisms to start assembling into multi-cellular ones. The third mission modified the genome of a little monkey to make it smarter. And when that monkey’s descendants created a big mess on this planet we sent a special missionary that you called Jesus Christ. He was supposed to help you fix your shit but his mission failed because he messed with the Jews. Little did he know that the first rule of thumb here on Earth since the Plagues of Egypt was “Never, ever mess with the Jews!” His egress from Earth had a side effect, a creation of new religion, which consequently made things much worse.

– How so? – asked one of the spectators.

– The Protestant ethic that grew inside that new religion brought into the human world the idea of repetition, high reliability and autonomous routine work. That’s how they were running their business. But that was the idea of a machine! Humans used sophisticated tools long before the machines but those tools did not repeat their working cycles autonomously like a machine does. You wasn’t ready for the machines yet! Machines furnished you with a great power and that power rapidly multiplied all your mess to a greater level.

– What mess are you talking about? – asked the judge.

– All human activities are a mess.

– Please name one!

– Okay! For one, substance abuse. Cocaine, heroin, and especially, oil.

– What oil?

– Crude oil, the fossil fuel. That is the substance that you abuse the most! You humans are oil junkies! Junkies never think how much harm their addiction cause to them and everything around. Shall I remind you about your terrifying carbon dioxide emission? That is the first thing I have noticed when I arrived to your planet. If I remove oil from this planet, you will fall back into stone age immediately. Do you believe me now?

– Yes, we believe you! Please continue! – replied Mr. Stevens.

– Your holy book called “scripture” describes how my immediate predecessor was showing miracles in front of humans and learned their reactions. As you just mentioned in your testimony, I also showed some miracles, only I decided to show my little tricks in prison so that they were recorded in more correct way than the Jesus’s apostles did. About that time I also realized that after two millennia human behavior is still driven by greed and fear, in fact, even more than in the times of Jesus.

– May I ask what drives the other forms of intelligent life out there in the Universe? – asked the judge.

– A single thing, thirst for knowledge! – replied the alien. – Every intelligent creature in the Universe strives for intellectual perfection and is thrilled by watching and learning all things about Nature.

– But what’s their ultimate goal?

– To increase their intelligence to the divine level through a chain of transformations!

– And then what?

– And then just experience the unlimited power of observation and feel eternal bliss, watching the everlasting life of the Universe. That’s how it works for all intelligent creatures we have known before we came to Earth. We call it the Transformation Rule.

– Can you please tell us more about this rule?

– With pleasure! Briefly, all intelligent creatures in the Universe evolve by a very similar scenario. First they carefully study the physical carrier of their consciousness and improve its natural design. When they acquire enough knowledge, they create a better carrier and move their consciousness to new, more powerful platform. The final carrier is always the same, it’s not made of physical matter, it’s pure spirit. The main idea behind the transformations is very simple: consume less physically, enjoy more spiritually. The ultimate goal is to become independent from physical matter and have eternal bliss. It’s the God’s level. So, this is the Transformation Rule in a nutshell.

– According to that rule, God feels the eternal bliss? – asked the CSI officer.

– Absolutely! From the beginning of unbeginnable time till the end of the endless Universe.

– And he can observe everything?

– Yes, without a doubt!

– Then how can he feel eternal bliss, observing all the people’s suffering here, on Earth?! – the questions poured from the spectator’s rows.

– For God, people’s joy and suffering are no more than sophisticated dance of molecules, atoms and electrical impulses in human brains. He is mesmerized by this dance as well as other complex processes in the Universe. Suffering? Do you think that carbon atoms and water molecules in your brain suffer a lot? Your so called suffering is nothing else than your imagination twisted by your vicious instincts. When you overcome your outdated animal heritage, you will overcome your suffering as well.

– That is so amazing! – gasped a court spectator, an older lady. She pulled an old fashioned handkerchief out of her purse and carefully wiped her eyes dimmed by tears.

– It is astonishing. – said the alien. – But sadly, you humans, are the only exception to this rule. Your thirst for knowledge is limited by your lustful nature. That’s why your intelligence does not work for you. Your primitive instincts urge you to learn how to dance, rap, fashionably dress, flirt, sing songs, play football and baseball, and lie to your parents. You memorize comic books, lines from TV shows, celebrity’s names and biographies, restaurant menus but you don’t know how many chambers are in your heart, what is the purpose of ventricles in your brain, and have no idea what kind of bacteria inhabit your mouth, rectum and vagina, let alone your backyard. You will never create a better platform for your consciousness! You’ll never transform! Being motivated by primitive instincts with your level of intelligence is worse than a crime, it’s a grave mistake!

– Your honor! – exclaimed the CSI officer. – I motion to dismiss further discussion of human motivation for failure to prove that our human instincts make us all criminals punishable by the interplanetary law, what ever it is! And by the way, I wonder, who is the defendant now?

– Motion overruled! growled the judge, helping himself with his gavel. We have to keep this trial going and answer Mr. alien’s questions, that was our agreement. the judge took a deep agitated breath. Who’s the defendant? Good question! Apparently not him anymore! We are the defendants now! Our entire mankind is on trial and we are representing humans in this court of law! Don’t you understand?

– Your honor, thank you for your exceptional understanding and you invaluable support! said the former defendant. May I proceed?

Please proceed!

– Well, where did I stop? On human motivation. Usually a human being is driven by multiple motives concurrently, and it’s difficult to determine the way they interact with each other while defining human behavior.

– Our first president George Washington said once: two things define you. Your patience when you have nothing and your attitude when you have everything. – said chief prosecutor. – Maybe that will help you to better understand our motives.

– It is an excellent piece of wisdom. – replied the extraterrestrial scout. – but someone mislead you about its author. It is not George Washington, it’s Mickey Mouse. In fact, if all Americans were so sweet as Mickey Mouse and had as much integrity, America wouldn’t need neither prisons, nor even courts of law.

– Mr. alien, what exactly is wrong with human behavior? – said chief prosecutor. – Your explanation can help us to understand and answer your questions more precisely.

– Fair enough. I’ll try to state my points and ask my questions at the same time. The key to understanding the entire problem is that human individuals are not self sufficient. A single human being can do almost nothing, not even reproduce.

– Cannot even reproduce, you said? That’s not true! – objected the judge. – Every human knows how to masturbate.

– I know you do it a lot while watching porn. I admit that what you feel while jerking off is pretty close to what humans feel while mating. However, the result is not the same!

– That’s the whole point! – said juror number seven. – That’s why people keep jerking off.

– Why? – asked the man in orange robe.

– Because the result is much safer than of having sex with a woman! – smirked the juror.

– What result? The only thing you can gain from jerking off is getting off!

– There you go! People just want to get off and that’s why they jerk off!

– But as I mentioned before, jerking off appears to be the only thing you humans can successfully do by yourself. A single organism of any intelligent life form other than human, can do all kind of complex things. Again, you humans are a sorry exception!

– Objection! – shouted chief prosecutor – I can do a whole lot of things with the right power tools! I fixed my entire house myself with no contractors!

– But your tools were fabricated by complex plants and factories and represent other people’s joint efforts, even in their absence. Could you fix your house with your bare hands?

– Apparently, I can’t. – mumbled Mr. Stevens.

– I rest my case! All you can do with your bare hands is jerk off. Motion to overrule the objection, your honor! – shouted the little alien.

– Now you’re addressing me “your honor”, eh? – said the judge sarcastically. – Okay, objection overruled! – the judge’s gavel loudly hit the stand. – Please continue your testimony!

The discussion gradually retired to the usual courtroom format.

– Humans are not efficient as individuals because human intelligence has been evolving as teamwork intelligence from the get go. First it were tribes and gangs and now there are corporations, governments, schools, hospitals, military units, ship crews… You are not the only collective organisms on your planet. There are ants, termites, bees, and some other species. But unlike ants and bees, you humans are full of shit and never play honestly in teams, especially those who run the game. You know what I mean.

– Corruption, right? – a loud voice came from the back of the courtroom.

– Corruption it is! – confirmed the alien.

– Objection, your honor! – chief prosecutor raised his voice. – There are plenty of people who do great things and even give their lives for their country!

– I am fully aware of that. – replied the extraterrestrial scout. – Human instincts work both ways. There are scoundrels as well as heroes among humans. But scoundrels definitely dominate human society. They always manage to get into power and turn social institutions into their foraging ground, ruining things for the rest of people. Scoundrels are also very good in brainwashing people and making them heroes. They need lots of heroes because they always have tons of dirty jobs for them to do. Heroes think that they are trained to do good things for their country until they find the ugly truth. But once that happened, they don’t stay alive for long. They are getting killed by other heroes by the order of the scoundrels. My point is, heroes cannot defeat corruption, they only make it worse.

– Point well taken. Objection overruled! – the judge’s gavel loudly hit the stand.

– You can only defeat corruption – said the extraterrestrial agent. – if you stop fighting corruption per se and start fixing your gene pool, your economy, education, information exchange, and housing in a coordinated way.

– What do you mean by that? – asked one of the spectators.

– I will explain things to you step by step. You economy consists of three main subsystems: production, employment, and distribution. Corruption affect all three. Let’s start with production. Corruption distracts lots of economical resources on creating luxury yachts, cars, and private jets with private airfields, palaces and paradise retreats and whole lot of other expensive stuff for corrupt elite instead of using those resources to develop your science, education system, healthcare, social infrastructure and many other things that you need for progress. Employment is also affected by corruption. First, employers are fiercely trying to save money on wages, and business gets screwed up by incompetent employees hired for less, or because of being undermanned. Second, employees are doing their job not for the best of the business but to suit their own plans to increase their position an income. Third, there are lot of substandard humans who constitutionally are not suited to work. They are doomed to be unemployed and should have better never been born. Those who employ them by mistake will suffer the consequences. And finally distribution. Unemployment and ineffective employment means no income or low income. Goods are stuck in warehouses and cannot be sold because people who need them can’t pay for them. And businesses can’t give away those goods because they will incur losses and go bankrupt.

– We are well aware that we have corruption and social inequality, but what can we do about it? – asked one of the spectators.

– You need to support the decent unemployed people who are able to work and want to work and learn new skills, otherwise they will deteriorate without income and become a liability. You have to retrained them and help them find jobs. The other type of unemployed, who have no ability or sense of duty to work must be expelled from the society and physically eliminated.

– But we are not wild creatures! We live in civilized society! – yelled the court spectator.

– Don’t you understand that substandard humans who receive government benefits are having a significant procreation advantage over working people? They mate like rabbits and give birth to numerous substandard children who grow up, never work and procreate even more. They have no responsibilities for the society and no sense of duty. They produce their substandard offspring only to milk more money from your government, that takes that money from working people, diminishing their ability to procreate even more. As a result, your genetic garbage has a procreation advantage over your robust gene pool! You routinely exterminate invasive species in wild nature, you castrate feral cats in the cities to control their population, but you fail to do the very same thing to invasive feral humans that parasite on your social organism. If you don’t eliminate your genetic garbage, their share will be increasing in your society until it collapse. Your situation is similar to making a decision to amputate your limb affected by a tumor and live, or spare the rotten limb, let the tumor grow and die. That’s why Jesus told you people: “Do not think that I have come to bring peace to the earth. I have not come to bring peace, but a sword”. He meant, the sword that has to cut off the rotten limb.

– We were talking about corruption. How corruption is involved in all that? – asked juror number five.

– I am getting to it! Like the rest of humans, corrupt humans cannot act alone. They create parasitic teams inside regular teams. Those parasitic teams infiltrate all regular teams – government institutions, corporations and so on, they hijack their power and make them serve corrupt humans instead of serving their country. They steal lots of resources and they need to cover their tracks. And the best way to do it is hiding the traces of their thefts among huge social expenditures on a massive amount of useless idlers. You must understand very clearly: corrupt rulers and and non-working idlers need each other because they help each other to steal from the working part of the society.

– How do they do it?

– For one, rotten elite buys the idler’s voices with food stamps and welfare that is paid with the tax money taken from working people. Those rotten idlers vote for rotten elite helping it to stay in power.

– You got a point there! Dirty politicians manipulate the voices of poor voters but we cannot kill our poor population because of their being manipulated! – said the chief prosecutor.

– You don’t have to kill them! Just send them far away from your country to a desolated place and don’t let them come back. Those who want to live will start working and provide for themselves. The rest are very welcome to die.

– It’s not that simple. – argued the judge.

– Nothing is simple for the species who have enough intelligence to dream of good life but are not intelligent enough to make their dream come true. – smirked the alien.

– We can’t send them away! – said Mr. Stevens. – They won’t go back to Africa voluntarily.

– In Russia Stalin was relocating millions of people, not asking them if they want to move. But why Africa? Antarctica is a much better place for useless people. Bodies won’t decompose in its frosty climate and their DNA will be well preserved as valuable material for your future science projects geared up towards your first Transformation.

– Mr. alien, you are a total nut job! – said juror number seven. – Are you busting our chops or you’re for real? First you urge us to create a bunch of supermen, to replace us, humble humans, on planet Earth. And now you want us to make those Frankenstein monsters out of some dead niggers frozen in Antarctica?

– You never know when a dead rabbit might come in handy. But let’s concentrate on the corruption thing. When you start to eliminate your rotten idlers, the organized crime cells will expose themselves very quickly and become an easy target to eliminate, along with the idlers they breed and feed on your money.

– Why are you so sure about that? – asked the SCI officer.

– Because corruption and mafia can’t exist without trash people. Street trash is their main actuator. For example, a gigantic army of drugs users brings fantastic money to mafia in exchange for drugs. Hereditary food stampers and welfare rats vote for rotten rulers in exchange for social handouts. When you start eliminating them, rotten elite and mafia will scream bloody murder and expose themselves. But in fact, you won’t even need to hunt them down. Without their trash servants they will lose their power and turn into nothing. Even wild Russian revolution would achieve much more if they exterminating the poor instead killing the rich.

But how exterminating the poor will help us to stop tax evasion, bribes, kickbacks and other crap our upper class does? – asked juror number seven.

Once human trash is eliminated, conscious working people could use their votes effectively to kick the crooks out of political offices and elect honest politicians, who will use their power to help people, not crooks!

I’ve never seen such a nonsense as an honest politician! – retorted juror number seven.

Because you had to work your ass off to support not only your family but also a bunch of parasites on both the top and the bottom of social pyramid and you never had time to look around! – replied the alien.

– It sounds very plausible and even tempting but we can’t kill half of our population! It will be another civil war!

You don’t need to kill them, you only need to stop them to reproduce.

And how that could be done without killing them?

– You can give them welfare and food stamps only in exchange for castration, that will be enough.

Enough for us but not for them! They will flock in gangs and go on a riot!

– You the people pay taxes to support your armed forces, so it’s your army, people’s army! It will protect you and shoot your offenders right on the spot.

What if we follow your extraterrestrial advice and our life becomes even worse?

No, it won’t! The way you live right now is the worst way possible! You are driven by greed and fear, you are desperate! Even the top dogs who steal from everyone can’t be happy, because they know that there is an ugly world all around their luxury retreats, full of substandard humans that you call “losers”. Rich people cannot completely isolate themselves from people’s misery. They watch it in the news and movies, read about it in books and magazines… Misery is a highly contagious disease, it walks long miles and penetrates all minds. It poisons people with greed and fear and kills happiness forever.

– Those tycoons don’t look too much unhappy with their lives, I’d say! – came the voice from the back of the courtroom.

Have you heard that the suicide rate is the highest among both the lowest-low and the highest-high incomes?

Never heard about that! – mumbled chief prosecutor.

I rest my case! – said the alien.

Well put! – said the judge. His gavel confirmed his ruling with a loud clunk.

Matter of fact, rich people never realize how much they lose when they steal from people. Do you know that wealthy people spend most of their money trying to isolate themselves from regular people? Just look at all products, constructs and organizations that people use to isolate and protect themselves and their property from other people! Police, army, customs, border patrol, security personnel, guards, block posts, tourniquets, radars, vaults and safes, door locks, barb wire, encryption, passwords, walls and gates… And fences, fences, fences everywhere! When I just arrived and looked at all that I thought you humans are in a permanent war with each other! I still think, you are.

Did not think about it like that but it sounds so very true! – exclaimed the CSI officer.

If rich people helped their country by exterminating idlers and thieves and paying workers in full, rather than rob workers and breed and feed low life they manipulate in their interests, misery won’t be dwelling in human society. Wealthy people wouldn’t have needed all that money and all these gloomy shameful products and servants to isolate themselves from poor people’s misery, cruelty and crime. That’s what my predecessor whom you call Jesus Christ tried to explain to you. Rich people constantly live in fear of being robbed. They never live in peace, let alone eternal bliss!

– True! – said juror number seven. – I wish they would explain things that good in my church!

Well… Jesus taught people that there are two types of corruption: the first type is when people abuse their power to rob people. That’s the power of tyrants. The second type is when people refuse to work for their living and demand from their country bread and circuses. This is the power of scum. Tyrants rob working people and feed scum, and scum praises tyrants and help them remain in power. You won’t find these words in your scripture but nothing has changed since he said them the ancient Roman province called Judea.

Jesus was damn right! – said juror number seven. – That’s why he said: power corrupts and absolute power corrupts absolutely.

In fact, this phrase was coined by Lord Acton, not Jesus Christ. – replied the alien.

– What lord Acton? We only have one Lord here in America, the Lord almighty!

– In fact, lord Acton was British.

– Bless his heart! He must be a good guy, even though he’s British. – concluded the juror.

– As I said, people are driven by greed and fear. Greed urges people to profit on everything, even on other people’s faith, while fear makes people to conceal the truth! Everybody knows that Jesus kicked merchants from the temple but nobody knows what Jesus told people about education, healthcare and housing. He said that those vital resources must always be free for the able human offspring because that will raise them good strong kind people and they will pay back much more, with respect and admiration. He also said that there must be no secrecy among people and free information exchange shall never be tampered with. He said that restriction of information exchange can cause poverty just by itself. Have you seen those words in your miserable Bible? No! Because your corrupt priests did not want them to be there! Now, let’s talked about poverty in more details.

– Don’t waste your wind! We have heard and seen those details endless times. – the chief prosecutor said.

– I agree, you have heard and seen poverty many times, but your intellect is limited, and you cannot connect the dots into the whole picture! – replied the little alien. – I have to walk you through the entire cause and effect chain in order for you to understand the mechanics! So brace yourself and be ready for the bumps! I’ll start with human reproduction cycle. Your government is ridiculous. It requires a license to become an electrician or a nurse but it does not require a license to become parents and does not do necessary checks. As a result, humans are born predominantly unhealthy, stupid and ill motivated. Newborn babies come to this world, carrying tons of defective genes, which make them sick, or stupid, or criminally minded, or all of the above. They can’t successfully study at school, work, and even behave like civilized citizens. If you can’t prevent their birth, why don’t you at least identify and kill them at the earliest convenience?

We can’t do such atrocity! – said juror number nine, who looked like a God fearing man. – It would be horribly inhumane!

But you did not hesitate to kill forty million people in WW I and twice that number in WW II. Wouldn’t it make more sense to carefully screen out and kill just substandard human offspring rather than kill millions of able people in wars?

– Even in war we remain civilized people, not barbarians, for Christ sake! Yes, we do kill our enemies but…

– And who decides, who are your enemies, worth killing? And why they suddenly became your enemies today, when yesterday they still were your partners and best friends?

– I don’t know, ask out politicians! But let me finish! Yes, we do kill our enemies but not our own children! – chief prosecutor said. – We’re not in fucking Sparta, we are in America!

– Why, your primitive medicine can’t fix them! They become adult morons and ruin economy because they can’t do their job right, even moronic customer support! Their shitty compensation matches their productivity, so they can’t afford good products. Quality always costs more! Substandard humans can only afford shitty products. But now they are the majority of buyers, so vendors have to reduce cost and consequently, quality. Talented engineers are forced to manufacture cheap shit. Talented writers are forced to write moronic books for idiots! Talented musicians are forced to write boom di-di boom crap for idiots. Teachers in public schools cannot help gifted students to develop their talents because they are forced to babysit no-child-left-behind morons. Your genetic garbage, that you refuse to eliminate, already seized the power and now is dictating its rules to your society! Look at ya! Your social, industrial and humanitarian standards are designed to suit idiots, and that make life of normal people miserable! Quality people feel themselves unwanted and redundant in your idiotic world. Gifted humans can’t live in fullest and use all their potential in a world that worships and comforts idiots and neglects talents! What I see on your planet is a complete degradation caused by greed, ignorance and indecisiveness. And your incredible hypocrisy, the signature trait of your species, substitutes your lack of shame. Our scout that you call Jesus Christ came to your planet and saw greed and fear. Now I came to your planet and what I see? Same greed and fear plus vainglory, stupidity, sense of entitlement, obesity and cancer. One Russian inmate told me their proverb “?????? ???? ??????, ????? ?????? ???????.

– We don’t understand Russian. What’s the translation?

– Well… The motherland is awaiting for heroes and the cunt gives birth to morons!

So we’re all doomed, you think? asked juror number nine.

– What do you think? Morons can’t even learn and pass on their cultural heritage, let alone making their own contribution. In that condition you humans are not worth the planetary resources you consume.

– But no matter what, we are still Christians, not fascists! – exclaimed juror number nine. – We believe that every child has the right to be born, healthy or sick, talented or not. A human life brought to this world, that’s the only thing that matters! Everything else does not matter!

– It does not matter to you only because you are not suffering, living a substandard life. Imagine that you’ve been born sickly, lazy and stupid, with no chance to fix your health and your wits. Suppose your poor stupid parents cannot afford your education, even a shitty community college that gives you nothing. As a result, you fail to acquire professional and social skills, and you become a piece of useless trash like many others! Do you want to live your entire life in that miserable condition? Yes or no?

– No, sir! – replied the stunned juror. – I apologize, sir! I never thought about it like that. I am not a smart man, I just said what I was told in my church. I am really sorry, sir!

– You must be. – concurred the alien. – Jesus said once that a true man has to perfectly know two things in his life: when he has to kill and when he has to die. How can you call yourself Christian if you don’t understand those things?

– I’ve never seen these words in the scripture!

– Because, as I said, your corrupt priests did not want those words to be there! Anyway, let’s talk about another vital thing that Jesus mentioned: housing. Look at your shitty matchstick homes! You could have easily provided them for free to all families. But instead your bankers are building their dream life, selling that shit for top dollars and enslaving poor people by mortgages. Homes are not luxury. A home is a primary instrument of human life, where people bond with their families, receive social skills, recuperate, learn, sleep, entertain themselves, etc. Without proper housing, all those domestic routines are screwed up and lots of young people, even with good genes, are not given proper upbringing and become useless trash. Your upper class prefers to rob working people and live luxurious life on stolen money rather than invest their capital into raising good offspring for a modest return. But then comes the retribution. The offspring betrayed by the society grows up wild and turns into ruthless beasts that rape and pillage! Sorry for preaching, humans. I ain’t Jesus, it’s not my style. I am trying to appeal to your brain, not to your heart like Jesus tried, but I guess I can appeal to your rectum or bladder with the same result.

– You may not like the way we live, but it’s our people’s choice and that is how it works in our country. – said the judge.

– I wonder, why you did not use your notorious hammer this time, Mr. judge? – asked the alien. – I think it’s because your remark was said out of desperation, not confidence, and you did not have the nerve to make that self-righteous bang. Because you know that it’s not the choice of all the people. It is the choice of the corrupt people, who rule your society. Your corrupt upper class and scum that keeps them in power, selling their voices for food stamps and welfare, joined their efforts in robbing middle class, the only people that contribute to the society. Once they ruin your middle class completely, your country is done! And that is gonna happen pretty soon. Your corrupt upper class intertwined with your government cannot control neither the size of your population nor its quality because they don’t care. They only care about their own power and well-being, creating more poverty. And poverty creates ineptitude, stupidity, despair and ruthlessness, which ruins economy, science and technology even more, which exacerbate poverty even more, which makes people even more greedy, and stupid, and desperate.

– Vicious circle! – resumed chief prosecutor.

– Exactly! – replied the alien scout. – I tried to explain it to those humans who won their leading positions in government, finance, law and corporate business by ruining lives of a whole bunch of other people. I was giving them the examples of their actions. They thought that I was threatening them and were offering me money for silence. They never could answer my simple question, why they did what they did. They always said that they did what they did to become rich and powerful, and they don’t care about other people. I tried to explain to them that they are parasites, and what they are doing is infestation, and pretty soon their country will fall like a deer eaten from inside by a bunch of worms.

– How come those powerful people have not killed you after that? – asked the chief prosecutor.

– You mean, destroy me physically? Oh, they tried many times! But unlike Jesus, I am indestructible. They also were threatening to send me to prison for blackmailing. That gave me some idea, and I arranged things to get myself into prison, where I could ask the right people, what makes them counterproductive. I asked many inmates on multiple occasions. I asked the personnel, too. They usually gave me one of two typical replies: “pray God” and “go fuck yourself”. I followed both recommendations but neither one enlightened me about the intrinsic mechanisms of that strange human selfishness that is holding up the development of human civilization.

– It’s not selfishness that corrupts humans and ruins our world. – growled juror number seven. – It’s their damn self-righteousness you just mentioned that freezes their conscience! You still don’t know shit about us humans! Bless your heart if you have one…

– Self-righteousness is just a malignant form of selfishness. – retorted the defendant. – But it’s not the root of the evil. In fact, human’s disruptive behavior is caused by their inability to realize that their ability to enjoy life has hard limits. Vast majority of humans fall into a fallacy that unlimited wealth brings unlimited pleasure! Only when they get everything they wanted they realize that their ability to enjoy life is limited. But even then they can’t realize that their dissatisfaction with life is caused by internal issues. Instead they always find someone to blame and avenge.

– Objection, your honor! – said juror number nine. – there are plenty of good Christians in our country who put God first in their lives, before gluttony, lust, vainglory, vengeance and other sins.

– But usually those people don’t rule the country! And even if they do, people’s lives become even worse. – replied the alien.

– That fact is irrelevant! Objection sustained. – ruled the judge, and his gavel loudly confirmed his ruling.

– Fine! But you can’t deny that humans have very short life expectancy and try to intensify their pleasures to make up for the shortness of their lives. They are so mesmerized by money that they think that unlimited wealth could make them almost immortal. I decided to demonstrate that fact to some human representatives and watch their reaction. I gave Monteleone an opportunity to print as much cash as he wanted. He could print a reasonable amount of money and stop but he never did until all that cash buried him alive. I am trying to help humans to understand that even though they are already somewhat intelligent creatures, they are still unreasonable. Just like another pearl of wisdom says: reason has always existed, but not always in a reasonable form.

– I started thinking that you are a real Mickey Mouse fan. – ruled the judge.

– Yes, I really am. But it’s not a Mickey Mouse quote. – replied the alien. – It’s Karl Marx.

– Is that right? – asked the juror number seven, probably born and raised in Alabama, judging his heavy drawl.

– Right as rain, Mr. juror! Marx also said, All science would be superfluous if the outward appearance and the essence of things directly coincided.

– Mister Alien, you’re sweet! – said the Alabama juror. Mickey Mouse would love you! – Yet your rascal Marx is sayin’ that our reason is unreasonable and you’re sayin’ that all our science fell out of an ugly tree and hit every branch on the way down. Reckon, it’s kinda uppity, considering that you still have a hankerin’ for the right answers.

– In fact, I already got the picture but still have not decided what to do with you, humans. A couple more short questions might help.

– Giddy up, man! – said the Alabama juror. – God willin’ and the creek don’t rise!

– Inshallah! – exhaled the expert witness from the court bench.

– You must be Muslim! And you’re circumcised, too! – smirked the defendant.

– Let’s just say, I am flexible. – replied Mr. Jamal diplomatically.

– I see. So, let me ask you: why do you humans believe in God so many different ways? How God is supposed to respond to your faith , which is widely diverse and absolutely inconsistent?

– Lord Almighty made humans diverse and inconsistent, so he knows how to handle them! – replied the Alabama juror.

– I doubt that. If he handled you right, you could have lived forever like some other creatures on your planet.

– There are no such thing on Earth. Every living create is mortal. – objected the CSI officer.

– That is not correct! Jelly fish, lobsters and turtles never die of natural causes. And you humans deteriorate and die very fast. If you concentrated on learning your nature you would have found the way to control your life expectancy. But you are not even trying! You are wasting your intelligence on wars, vainglory and shallow pleasures and for that reason alone you cannot control the most vital things about your life.

– Our civilization is too young! – said chief prosecutor. – We have not had enough time to learn how to control a lot of things! Natural disasters, epidemics, wars, sicknesses, death, crime, poverty, climate, fashion, consumer demand Sneezing and coughing, for Pete’s sake! Some people can’t control even their own bladder! We cannot control those things because it requires to not only be willing but equally knowledgeable, that we are not!

– Objection, your honor! The last statement is principally incorrect! There are plenty of things that you could have controlled at your current state of knowledge. Hate crimes, drug use, gambling, lies, politeness and manners, responsible driving, healthy diet and weight control, genetic screening and healthy parenting, family planning, responsible finance and thousands of other things do not need any knowledge that your society have not already had. It needs only will, benevolence, comprehension and communication.

– Speculation! Base your allegations on more convincing examples. – ruled the judge.

– No problem! The best example is human sexual behavior. Women in your country use their clothes, makeup and jewelry very provocatively. They stimulate men’s basic instincts and as a result, many get raped. Don’t they know that looking a certain way increases their chances to become a victim of a sexual assault dramatically?

– We are in a civilized country! Our women believe that the law protects them from crimes against their sexual freedom. – replied chief prosecutor.

– The constitution of your country says that everyone is equal before the law and no one has privileges. Is this a correct statement?

– This is statement is absolutely correct! – agreed Mr. Stevens.

– But you just made a confession that the law gives your females a privilege over your males to tease them sexually without giving consummation to their basic instincts. In your own human terms, it’s a torture! Don’t you think that your women’s privilege to torture your men violates your constitution? There are lots of other serious loopholes in your judicial system, which you are aware of but neglect to take care of. The same way your females neglect common sense that tells them that their chance to get raped substantially increases when they exercise their unlawful privilege to tease their males sexually. Which brings me to a conclusion that the real reason of your not having control over your life is not lack of knowledge but inherent negligence, irresponsibility and a constant desire to please themselves at someone else’s expense.

– Objection, your honor! – shouted the young pretty woman from the front seat. – If that is the case yummy food, nice clothes, jewelry and other merchandise cannot be displayed for the same reason! It provoke thieves and robbers just like as you stated, women provoke men!

– Pretty merchandise is for sale, everyone can buy it. Are you and other women display yourself because you are for sale?

– How you dare to even say that! – yelled the young woman and blushed.

– I rest my case! – said the alien and shrugged as if he was human.

– The allegation stands! Objection overruled! – said the judge and his gavel synchronously.

– Thanks you honor! Ultimately, your negligence is caused by your sense of futility. In your course of life you are getting tired by your inability to communicate with each other and find compromises. That’s why you always try to find yourself a niche and not even attempt to fix the big picture. This inherent inability, not the lack of resources, cases your wars and poverty. You fail to achieve an agreement even negotiating sex, that’s why you so often resort to masturbation. What we’ve got here is failure to communicate!

– Not every human is like cool hand Luke. – did not agree juror number seven.

– Not to that extent but otherwise, pretty much! – retorted the alien. – For the same reason humans try to escape their reality and live in an imaginary world of any sort.

– What brought you to such a conclusion? – asked Mr. Stevens.

– You can see it for yourself. It is much easier for you to control your own genitals or your own computer by yourself than share the control of your temporarily conjoined genitals or your social infrastructure. For that reason you are so much disappointed with your real world that you totally lost your interest in it.

– Speculation, your honor! This allegation cannot be proved! – said Mr. Stevens.

– Mr. alien, please prove your allegation by a solid evidence beyond the reasonable doubt! – ruled the judge.

– With my pleasure! Go online and compare the numbers of sales of fantasy books and movies with those about natural world. The difference is appalling. Humans sell products of their imagination to each other and cherish those fakes ways more than their real life. But anyway, let’s make a quick and convincing experiment. Tell me, how many names of characters from book, movies and TV shows you remember?

– Several thousands, easily. – said Mr. Beckett. – I have a photographic memory.

– Splendid! And how many names of fish, birds, animals and plants do you know?

– A couple of hundreds.

– A couple of hundreds, while only the oceans on Earth contain twenty thousand species of fish and almost two million species of animals and plants! I rest my case!

– Sustained! – ruled the judge and sighed heavily.

– You stuff your heads with terabytes of useless information and demonstrate no interest to the real world where you live. And now you heave a very clear idea, why. Go ahead, say it!

– Because our real world is not a very nice place. – said CSI officer.

– And why none of you wants to make it better? Say it!

– Because none of us wants to waste their entire lives making the real world better for someone else! Each human has only one short life and everyone wants to live it for themselves.

– And why is that? Say it!

– We don’t know! Maybe it’s just our lack of goodness! – exclaimed a woman from the spectator’s seat.

– Goodness had nothing to do with it, dearie! It’s not a lack of goodness, it’s a lack of organization! You humans can’t read each other’s minds and for that reason you don’t trust each other. Your short life expectancy leaves you no time to win each other’s trust slowly and patiently. That’s why you habitually cheat and abuse each other instead of cooperating reasonably. That’s why you have created a very hostile world and have to live in it. That’s why you cannot acquire enough knowledge to increase your life expectancy. The only way for you to comfort yourselves is to shield yourself from your miserable world by a thick layer of money or escape into imaginary worlds of fantasy books, movies, religion, yoga, alcohol, psychoactive drugs and what not. Or just close your eyes and masturbate under the blanket.

– You are right! But we cannot be better than we are. If you can’t help us, please leave us be! – cried the spectator woman.

– I would if I could but I can’t. I can’t just leave you be! You exhaust the ecosystem on your planet in vain. Your unstable behavior and increasing technological power can kill this planet and make it lifeless again, just like before our first visit. The biomass of your species is about three hundred million tons, which is one point three percent of the biomass of all animals and unicellular organisms on this planet. However, the mass of physical matter that you use to support the life of your species is thirty teratons, which is ten thousand times greater than your own biomass. And you use those resources barbarously. All other species on your planet modestly borrow resources from the ecosystem for their lifetime. Once they die they return their corpses to the ecosystem for recycling. And only humans waste natural resources as if you have a spare Earth in your sleeve. You dump toxic waste everywhere, not even thinking that you are killing your ecosystem. The planet is choking with your non degradable plastic junk! We have to seriously think about eliminating your species to save this planet for a second chance. Maybe we should look at the cockroaches and make them more intellectual after we eliminate your species.

– Mr alien! We have jobs, families, children to raise, homes and mortgages, cars, errands, hobbies, relatives, doctors, pills and medical bills, lawyers and lawsuits… We don’t have time and strength to take care of our planet! All we can do is pay our taxes and pray God! What else can we do to save our planet, Mr. Alien?

– The best thing you can do for your planet is, die! I mean, all of you. When you die to save something more valuable than yourselves, death is an excellent choice. Your planet, your ecosystem is much more valuable for the balance of Universe than your distorted intelligence and your toxic instincts. Your planet is worth to die for! You will free the living space for someone else, better than your own kind, for them to grow, evolve their intelligence and transform their consciousness to God’s level of understanding and love. I’d rather you die than live on and poison your planet to death.

– In the name of God, please, leave us be! – sobbed the female spectator.

– You know what Jesus said about God’s love? He said, it is ultimate understanding and complete non-interference. Don’t even try to find those words in your scripture! – But that is God’s works. We are just his servants, and interference in cases like yours is our privilege and responsibility. What needs to be done must be done!

– Mr. alien! Maybe we can still change! Can you ask us one more question? Please, Mr. Alien! Maybe we are still worth living after all?

– Okay. Here is my last question that should seal your fate. Who of you drink a beverage called Martini?

– I drink Martini! – judge Hutchinson said. – Me too! – And me! – And me too! – shouted the others.

– Then tell me why people put an olive in a Martini, not a plum or a cherry, for example?

– Because this is a tradition.

– Why is the olive pinned on a piece of wood? Can’t you drink Martini and then just shake the olive right into your mouth?

– Mr. Alien, what if someone would like to eat the olive first and then drink Martini?

– You mean, some people eat the olive before they drink Martini, and some after?

– That’s right! – said the judge. – Personally, I chew my olive very slowly while I drink my Martini and try to stretch it over the whole drink.

– Well… I regret to inform you, humans, that you just have failed your final test. Your behavior is inconsistent even in little simple rituals! No way you can change!

– Mr. alien! Give us another chance, please! Please, Mr. alien! Please keep asking!

– Okay, Okay. Let’s try together to find at least something consistent in your behavior. When a human sneezes, you consistently say “bless you!” to that human, right?

– Yes! Yes! – yelled the people in the courtroom.

– But I usually say “zeit gesunt!” – suddenly objected a old juror with a kippah on the top of his head and Magen David on his neck. – The old Jew looked like a Buddhist monk in Nirvana. He’s been sleeping like a sweet baby during the trial and the subsequent debates and woke up at exactly right time to drop his two cents into the fate of the mankind.

– Shut your hole, you damn kike! – shushed everyone. – You will get us all killed!

– Never heard of anyone getting killed just because of sneezing. – the old Jew replied calmly.

– You may be the first one if you keep blabbering! – hissed the judge.

– Oi vey! – sighed the seasoned jury veteran. – You have to do something with your mashugana court, your honor. It reminds me of a mental asylum. What’s wrong with all these people?

– Nothing is wrong. – said the alien. – We are trying to find consistent patterns in human behavior.

– Then talk to a rabbi. He might give you the right idea. – said the old Jew.

– I am not Jewish, I am an alien!

– A rabbi can talk with the devil and even with a catholic priest, no problem.

– I wonder, what ideas I can get from a man who worships a god, apparently Jewish, whose only son converted to Christianity!

– Don’t you mess with my head, you little schmuck! I kept my old eyes closed so that my old ears could hear better. And those ears of mine heard your saying what my people knew two thousand years ago! That he was nobody’s son. Just a good looking extraterrestrial toy thrown on Earth to mess with Jews and Romans! Shit happens to any religion, when a schlemazel like yourself starts messing with it. At least we the Jews did not swallow your hook line and sinker like other idiots!

– You’re a wise man, Mr. …

– Zimmerman. Rabbi Zimmerman, at your service.

– Rabbi, you just mentioned shit and it makes a very good point! Here is my last attempt to redeem you, humans: aside from sneezing, what do you tell each other when you take a shit, urinate, cough, bleed, fart, puke, fuck, and do other stuff with your bodies?

– I guess, nothing in particular. – replied old rabbi. – People usually don’t need a blessing or advice at those moments of their lives.

– But why do you say special words when people sneeze?

– Just a tradition. – said old rabbi. – It’s like saying bon appetite when you eat and l’chaim when you drink. And you need to understand, people’s smarts are different. Smart people come to me for advice when they want to get married. Stupid people come when they already think about a divorce.

– Which, again, means inconsistent behavior at every possible level! I am very sorry but you finally proved to be unredeemable. I can’t spare you, humans! We will think how to better exterminate your species so that not to harm the rest of your planet. It will take some time to come up with a plan. We’ll give you one thousand years to prepare your souls for an easy and imminent death. Once we’re done with you, we will find the most suitable species to inoculate intelligence to. But no more monkeys! Now I am heading back home. Rabbi Zimmerman, you are the only human with consistent personality I’ve met on your mashugana planet. You are coming with me as my guest, we need to talk! Mr. judge, I am taking along your court hammer. We will place it in our museum as an exhibit reminiscent of species that did not appreciate the gift of intelligence, wasted its endless opportunities and was exterminated for its inability to live by reason and enforce law and order among themselves. Mr. judge, I’ll give you another hammer instead of the one I am taking. Here is your new hammer, it is made of pure gold, it is controlled by your voice and it moves automatically. Pray God in your own words, humans!

– Go and fuck yourself to death, Mr. Alien! – yelled the female spectator and burst into sobbing.

Rabbi Zimmerman opened his mouth, probably trying to say “shema Israel” and vanished. At the same moment the empty orange robe slowly fell down on the floor. Strange silence hung in the courtroom for a couple of minutes. Nobody knew what to do and what to say… The sentence was announced, the fate of the human kind was sealed and the trial has ended.

– THIS COURT IS ADJOURNED! – roared judge Hutchinson. – A huge golden gavel on the judge’s table jumped in the air by itself and fell down on its golden stand with a loud metal clunk.

The judge spat on the floor and uttered a long spicy blasphemy, which somehow brought people out of their stupor.

– What do you think people will do when they know for sure they are left to live only a thousand years? – asked chief prosecutor the court audience.

– A thousand years is a lot! – said the Alabama juror. – I think, nobody will give a flying fuck! People will keep doing the same old shit they’ve always been doin’.

– But the flying fuck will come back for all of us in a thousand years. – reminded Mr. Stevens.

– I don’t know when it will come back for you – growled the judge – but my flying fuck is already here, right above my shoulders. Shoo! – the gavel and the stand flew straight up to the courtroom ceiling and quickly returned to their places about a foot away from the judge’s ears.

Judge Hutchinson grunted, left his chair, and walked out of the courtroom. The golden gavel and the stand flew into the air and followed him right above his shoulders. Nobody have seen him in that courtroom ever since.

***

I could not find out what happened to all those people who were at the courtroom that day after the trial. But I heard a rumor that the golden gavel and the stand are still flying around the rubber room in the mental asylum where poor judge Hutchinson has been kept for quite a while. Most of the time he looks quite normal. He watches news on TV, reads some books, brushes his teeth and takes his pills religiously. But from time to time he suddenly starts gazing at the ceiling and barking: “Sustained! Overruled! Silence! Order! Motion denied! No objection! This court is adjourned!” And each time a golden gavel flies to its golden stand and hits it with a loud metal clunk. And then the judge jumps up to the ceiling about twenty times in a row, trying to catch those pesky things that he calls “the flying fuck”. But the gavel and the stand are very slick and always manage to escape.

The asylum administration tried to invite scientists, ghost hunters, bug exterminators and what not but each and everyone of them left the judge’s room empty handed and drove away except for one little physicist, who was so impressed that the doctors had to commit him to the ward next to the judge. Now this physicist is claiming that he is an artificial human created by a civilization far more advanced than the one on Earth, and his body consists of physical fields unknown to human science.

You might think as well that none of that story really happened and it is just a poor judge’s delusion. But how would you explain that not only the judge but everyone else in the asylum can see that golden gavel and the stand flying under the ceiling? There is no such thing as collective hallucination, right? The administration tried to move the judge to another ward but his strange personal effects follow him relentlessly. Everybody can see them but nobody was able to catch them as far as I know.

I have asked the asylum administration a permission to see the judge and they granted me an hour visit. Judge Hutchinson listened to me very carefully and gave me a really good piece of legal advice about my neighbor encroaching my property. As to his gavel, I looked at the ceiling and all around the room but I did not see not a damn thing! But everybody else in the asylum, including the doctors, nurses, orderlies, janitors and even the chief doctor and the accountant can see it, all right!

Every day right after the pill time judge Hutchinson stands on his bed and makes a short but very emotional speech: “Is that true that our judicial system is still not in a perfect shape? Yes, it is quite true! But no matter how bad it is, Justice is the only thing that draws a line of a difference between humans and other animals, especially cockroaches!” And you know what? He might be crazy as a loon but I have not a slightest doubt that after all, he’s right, even though human justice does not make humans any better than other animals, especially cockroaches. Cockroaches are amazing creatures, by the way. We know so little about ourselves and the world around us… Maybe one day… You know what I mean.

Just one more thing to tell ya… I believe that judge Hutchinson is doing great in his rubber cell. He is at peace with himself and I reckon that he feels eternal bliss like nobody else. He told me that he has been in his cell for eternity, or as he elegantly put it, from the beginning of unbeginnable time till the end of the endless Universe. He even showed me his golden gavel and the stand for a couple of seconds and immediately hid them again. The time will come, though, and everybody will see them for themselves!