Мальчик Миф и девочка Статистика

Мальчик Миф гулял по дорожке и увидел девочку с косичками и бантиками.

– Меня зовут Миф. А как тебя зовут, девочка,? – спросил мальчик Миф.

– Меня зовут Статистика, и я знаю всё-всё-всё, что происходит на свете.

– Я тоже знаю всё, что происходит на свете. – ответил мальчик Миф.

– То, что ты знаешь, это неправда. – ответила девочка. – А то, что я знаю – это правда, потому что цифры не лгут.

– И что твои цифры говорят тебе о бессмертных деяниях великих героев? Известно ли тебе, скольких врагов убил Беовульф? Сколько кубометров речной воды понадобилось Гераклу, чтобы расчистить Авгиевы конюшни? Сколько минут продолжался поединок Ахиллеса с Гектором, и сколько ударов нанёс каждый из них?

– Мои цифры ничего об этом не говорят, потому что всё это выдумки. Но даже если бы всё это было на самом деле, то в те времена всё равно не было ни центрального арбитра, ни боковых судей. Никто не вёл протокол поединка, и поэтому никто знает, сколько ударов Ахиллес нанёс, а сколько пропустил.

– Вот видишь! – назидательно произнёс мальчик Миф и качнул головой.

– Зато мои цифры говорят, сколько человек рождается и умирает на Земле каждую минуту, сколько телефонных звонков раздаётся в Китае за сутки, и сколько самоубийц прыгнуло с Бруклинского моста с тех пор, как его построили.

– А известна ли тебе судьба этих людей, что родились и умерли? Знаешь ли ты, о чём говорят китайцы по телефону, и что заставило самоубийц броситься с Бруклинского моста?

– Нет, не знаю. Меня интересуют только цифры и факты. – сухо отрезала девочка Статистика и поджала губы.

– А меня интересуют человеческие деяния. -промолвил мальчик Миф сильным грудным голосом. – Люди верят в бессмертие души, в своё великое предназначение, в неоднократность бытия, в лучший мир. Это даёт им силы совершать подвиги. Или любоваться тем, как их совершают другие.

– Глупый мальчишка! – засмеялась девочка Статистика серебряным смешком. – Люди верят в то, что средний программист получает зарплату на сорок два процента больше чем средний бухгалтер, что паста Блендамед очищает в полтора раза больше кариозных бляшек чем Аквафреш, что прокладки с крылышками на двадцать процентов гигиеничнее тампонов, и что девяносто восемь процентов сведений о мире человек получает из телевизора.

– Глупая девчонка! – певуче возразил мальчик Миф. – Люди просто знают это. А “знать” и “верить” – это большая разница. Если уж говорить о вере, то люди верят в то, что несмотря ни на что, им уготовано лучшее будущее. А ещё люди верят в то, что по телевизору всегда говорят правду.

– Но ведь они верят и тем, кто говорит по телевизору, что по телевизору всегда говорят ложь. – хихикнула девочка Статистика.

– Именно потому что в телевизоре всегда находятся люди, которые говорят, что по телевизору всегда говорят ложь, люди и верят, что по телевизору всегда говорят правду.

– Но в это никак нельзя верить, потому что это противоречит логике! – воскликнула девочка Статистика.

– В это нельзя было бы верить, если бы люди верили в логику. – усмехнулся мальчик Миф. – Но люди не верят в логику. Поэтому ничто не мешает им верить в телевизор.

– Люди верят в факты! – горячо воскликнула девочка Статистика.

– Нет. Люди верят не в факты, а в легенды – спокойно возразил мальчик Миф. – Люди верят, что Рим спасли гуси, а погубили варвары. Люди верят, что Супермен умеет летать, что кинозвёзды живут такой же интересной и возвышенной жизнью как и их киногерои, что дед Мороз приносит подарки на Новый год. Точно так же они верят, что существует Средний Программист, Средний Бухгалтер и Среднее Квадратичное Отклонение. Другими словами, милая девочка, они верят тебе, потому что они верят мне.

– Ты плохой мальчик! Я тебе не верю!

– Не веришь? Ну тогда давай пойдём дальше по дорожке – в реальную жизнь, в гущу событий. И посмотрим, кто из нас прав.

И они пошли по дорожке в гущу событий. Никто не обращал на них внимания, потому что все люди были заняты своими неотложными делами. Кто-то лежал на диване и мечтал о том, как бы скорее разбогатеть. Кто-то спал и видел во сне скачущих блох, кто-то мучительно умирал, кто-то рождался на свет, кто-то выписывал квитации, стирал бельё, водил поезда и самолёты, воровал мелочь из чужих карманов, ел шашлыки и пирожные и пил спиртные и безалкогольные напитки. Кто-то вопил от боли, а кто-то от восторга, кто-то признавался в любви, а кто-то врал, не краснея.

Помогите, помогите! – отчаянно закричал вдруг голос из гущи событий. – Я тону! Я тону!

– Если бы рядом был Супермен, он был тебя непременно спас. – с сожалением сказал мальчик Миф.

– В мире каждый час двадцать семь человек умирают от утопления в различных водоёмах. – холодно заметила девочка Статистика.

Голос ещё покричал, затем немного побулькал и смолк, а вместо него послышался плач.

Это плакала молодая беременная женщина, приближаясь к дверям абортария.

– Семнадцать процентов мужчин заставляют женщин идти на аборт, а ещё восемь процентов бросают их, узнав о беременности. – сообщила девочка Статистика.

– Эта женщина могла бы родить великого политического деятеля. – заметил мальчик Миф. – Или композитора. Или лётчика. Или капитана дальнего плавания. Или, на худой конец, пожарного.

– В мире каждую минуту производится тысяча триста одиннадцать абортов. – сообщила девочка Статистика.

В этот момент из гущи событий высунулись длинные руки и загребли мальчика и девочку в ближайшую подворотню. В последующие несколько часов из подворотни раздавались смачные звуки, свидетельствующие о том, что какие-то нехорошие дяди насиловали мальчика и девочку во все щели.

– Извращенцы! Педофилы! Перестаньте нас насиловать! – периодически кричали из-за забора детские голоса.

– Это называется “созданием позитивного имиджа”. – со смехом возражал нехороший дядя.

– Это называется “интерпретацией статистики”. – смеясь, добавлял второй.

– Это блядство называется “пиар”. – сказала наконец девочка Статистика, вытирая трусиками промежность и оправляя платьице.

– Похоже, нас с тобой не по детски отпиарили. – со стоном отозвался мальчик Миф, приводя в порядок натруженную попку.

– В мире каждую минуту происходит сто тридцать семь изнасилований. – не преминула заметить девочка Статистика.

– Насилие является неотъемлемой частью любого эпического подвига. – ответил в тон мальчик Миф.

Девочка Статистика медленно опустилась на корточки, обдирая спину об шершавые доски забора.

– Зачем они это сделали? – сказала она, бросив взгляд на растерзанный низ своего платьица. – Я теперь никому не нужна. Я потеряла свою достоверность.

– Зачем они это сделали? – эхом отозвался мальчик, присев рядом. – Я теперь никому не нужен. Я потерял свою первозданность.

Мальчик с девочкой медленно встали, повернулись, словно во сне, и пошли назад по дорожке, подальше от реальной жизни, потому что они поняли, что реальная жизнь – это не миф, и не статистика. Реальная жизнь – она потому и реальная жизнь, что в ней насилуют всех подряд, и никогда изнасилованных не жалеют.

Никто так и не ответил на их укоризненные и печальные вопросы, а если бы кто-то и ответил, то и тогда бы легче не стало. Потому что что правдивый ответ состоит в том, что ни достоверность Статистики, ни первозданность Мифа никому не нужны, а нужно только то, что в данный момент по кайфу. А что будет по кайфу в следующий момент, об этом никто не знает. Может быть, это и к лучшему.