Краткая лекция по научному агностицизму

Ignoramus et ignorabimus.

Emil Heinrich du Bois-Reymond

И молвил Морж: “Пришла пора

Подумать о делах:

О башмаках и сургуче,

Капусте, королях,

И почему, как суп в котле,

Кипит вода в морях”.

Льюис Кэрролл

Многоуважаемые жертвы прогресса! Разрешите вам прочесть… нет! Разрешите вам прочистить! Посредством интерпретации общеизвестных фактов прочистить вам то, что у вас давно заросло вследствие неупотребления. Чтобы избежать обиняков, укажу не медля, что прочистить следует атрофировавшееся вследствие неупотребления естественное биологическое образование под названием “здравый смысл”.

Согласно статистическим данным, здравый смысл не употребляется в обиходе под влиянием того обстоятельства, что всё происходящее вокруг постоянно ему противоречит. Когда здравый смысл твёрдо заявляет, что наблюдаемые факты происходить не должны, а они происходят вопреки здравому смыслу, то сохраниться в этих условиях может только что-то одно из двух.

Отсюда непреложно явствует, что здравый смысл можно сохранить только в том случае, если хорошенько зажмуриться и заткнуть уши.

Наши знания о мире покоятся на трёх китах, которые именуются Теория, Практика и Финансирование.

Первый кит – это то, как людям хотелось бы видеть мир.

Второй кит – это то, как всё в этом мире на самом деле далеко не так как обычно этого хочется.

Третий кит – это как сделать так чтобы этой разницы не замечать как можно дольше.

Из трёх вышеперечисленных китов последний кит несомненно является наиглавнейшим, ибо он определяет, какие факты, известные из практики, разрешено использовать для создания теории, и как в дальнейшем применять полученную теорию к тем фактам, которым не разрешили принимать в её создании никакого участия.

Развивая эту мысль метафорически, можно с уверенностью утверждать, что Теория – это карта местности, Практика – это реальное болото, а Финансирование – это путеводный компас социального прогресса.

История же – это путь, пройденный нашими предками по болоту Практики, нанесённый на карту Теории. Что разрешено наносить на карту, а что нет, решает, разумеется, Финансирование.

Бразды правления в обществе довольно часто переходят от одной группы негодяев к другой. Вместе с ними переходят в другие руки и источники Финансирования. Поскольку новая группа негодяев ни в чём не желает походить на старую, она кардинально меняет всю систему навешивания понтов, а вместе с ней и основополагающие взгляды на прошлое и будущее человечества. В результате на свет рождается масса новых политически корректных теорий, а горемычная Практика разбирается с ними как может, и далеко не всегда успешно.

Всё это повторялось уже столько раз, что теперь уже и сам Всевышний не скажет с уверенностью, чем встретит нас день грядущий. Вероятно, он только сейчас начинает понимать, что устроить Большой Взрыв – это куда как просто, а вот постоянно просеивать мусор, поднятый взрывной волной и пытаться понять, что в этом мусоре осталось от первоначального замысла — намного сложнее. Спрашивается, а нахрена тогда вообще было это взрывать? Собственно, именно с этого вопроса, а не с какого-нибудь иного, начинается любая философская теория.

Научный агностицизм – это философская теория, которая опирается на здравый смысл и полное отсутствие достоверных фактов. Она объясняет, что надо делать, когда процесс идёт, и остановить его нельзя, в то время как ни его конечная цель, ни возможные результаты его течения никому достоверно не известны. Известно лишь то, что вышеописанная триада – Теория-Практика-Финансирование – составляет основу процесса, известного в теории под названием “разумная жизнь”.

Здравый смысл – это порождение и квинтэссенция разумной жизни. Здравый смысл зиждется на логике. Логика же зиждется на постоянстве вещей, как о том свидетельствует lex identiatis, или, формально выражаясь, на их тождественности самим себе в течение того времени пока суждения, сделанные об этих вещах, остаются в силе.

Поговорим теперь о тождественности, ибо тождественность есть краеугольная мина, лежащая в основании гносеологии.

Лейбницевское “тождество неразличимых” определяет тождествественные объекты как “термины, могущие быть замененными друг на друга так, чтобы эта замена не влияла на истинность”. Заметьте – именно термины, а не объекты реального мира, обозначаемые этими терминами. Очевидно, что логика исключает реальный мир из круга своего рассмотрения весьма шулерским образом. Спрашивается, а почему?

Да потому что человек едва ли властен даже над собственными словами, и уж никак не над вещами, и вводить в логику что-то помимо слов означает сделать её недоказуемой, а следовательно, неработоспособной.

Поэтому здравый смысл, покоящийся на логике, покоится по сути на обмане, который за большой давностью исторического срока был амнистирован и поставлен на довольствие в качестве непреложной истины, и только специалисты понимают, что любая наука должна сделать выбор между математической строгостью и здравым смыслом.

Наука, сделавшая выбор в пользу математической строгости, является фундаментальной и занимается Теорией. Наука, склонившаяся в сторону здравого смысла называется прикладной и занимается Практикой. Ни та ни другая наука не обходится без Финансирования, которое в любом случае ожидает от науки политически корректных результатов.

Таким образом, если позабыть про здравый смысл и обратиться к правде, то не составляет труда понять, что вопрос о тождественности терминов, как и многие другие вопросы, решает не Теория, и не Практика, а Финансирование. И эта фундаментальная привилегия позволяет тем, кто держит в руках Финансирование, пригвоздить кого угодно каким угодно словом, за которым обычно следуют соответствующие действия.

Специфический способ взаимодействия трёх вышеназванных ветвей древа человеческого познания, характеризующийся частой сменой окончательной правды и безразличием к истине, неумолимо ввергает нашу цивилизацию во власть законов побочного эффекта, которые мы тут же и перечислим.

1. Побочные эффекты любого мероприятия всегда превышают его основной выхлоп по силе, продолжительности и разрушительности своего воздействия на окружающих невольных жертв.

2. Побочные эффекты любого мероприятия почти никогда не известны заранее вследствие того что общество ориентировано на политически корректную правду, а не на объективную истину.

3. А если они даже и известны, то тем, у кого в руках Финансирование, на них наплевать.

4. Когда становится ясно, что плевать не стоило, как правило бывает уже поздно.

5. Объктивная истина обычно известна горстке узких специалистов, а гораздо чаще – вообще никому, но никого это не заботит.

6. Сколько бы эта ситуация ни продолжалась, никто не учится на чужих ошибках и продолжает совершать свои собственные с немеркнущим энтузиазмом.

Ну и где же выход? – спросит наконец любознательный слушатель данного доклада.

Так вот, с позиций научного агностицизма выход состоит в логическом доказательстве того, что никакого выхода нет и быть не может. И после этого уже ни о чём не беспокоиться.

Если слушателя такой выход устраивает и оставляет в бодром и благорасположенном состоянии духа, то следует считать, что наш доклад произвёл ожидаемое действие, и докладчик покидает аудиторию с сознанием исполненного долга.